Вы здесь

Нейросеть. Вольфрамовый Ливень-2

Главные вкладки

- Неплохое начало, ребята. Теперь все метнулись по личным заданиям, мне надо звякнуть высокому начальству. Курт и герр Министр! Пожалуйте со мной в кабинет.

- Герр Канцлер, Кёллер на связи. Извините, я человек прямой, сразу к делу. Мне нужно допросить Барона, если более дипломатично, то задать ему несколько вопросов. Это совершенно необходимо для следствия.

- С головой у меня всё нормально, в медицинском смысле. Увы, герр Канцлер, без этого продолжать следствие невозможно. Если Вы не в состоянии обеспечить, то нет вопросов, выплачивайте сумму по договору и мы с ребятами расходимся по домам. Жду... Отлично, я знал, что Вы сможете это организовать.

------------

- Ребята, - Кёллер собрал очередной экспресс-совет. Те кто не мог появиться, участвовали как голограммы. Только что говорил со свидетелем, который доставлял потерпевшего к нам сюда, в Германию. Если кратко – решение о смене рейса было принято перед самым вылетом, даже пришлось задержать рейс. Следовательно, у убийц было буквально пять часов, максимум, шесть часов, чтобы спланировать и организовать преступление. Что это значит?

- Им надо было привести к нам сюда дрон! Подготовить заряд! Доставить к месту агентов! Вычислить автомобиль и посадить радиомаяк! Спланировать и подготовить отход! – наперебой загалдела толпа.

- Откуда они взяли дрон?

- Господин Кёллер, - надменно ответил длинный лысый сутулый объект, похожий на постаревшего гуся, - в отчёте БФФ сказано, что наиболее вероятно, заблаговременно подготовленный беспилотник был доставлен из другого региона специальной группой. Если Вы, конечно, удосужились прочитать…

- Удосужился, - холодно ответил Кёллер, - прочитать ваш малахольный бред. Вы там насчитали, что террористов должно быть в целом, человек двадцать минимум, чтобы соответствовать идиотским фантазиям дебилов, называемых у вас экспертами. Группа доставки, несколько групп наблюдения и обеспечения, прикрытия… - он сделал непередаваемую издевательскую паузу, - ну и группа ясновидения, без неё никак.

- Господин Кёллер, я бы попросил… - заносчиво ответил гусь.

- Заткнитесь-ка лучше, пока я и вас не выставил. Итак, ребята, откуда беспилотник и заряд, вряд ли у нас преступники держали его про запас в наших не самых выжных краях. Верно? Сеть из десятков людей, которую нафантазировали идиоты, очень сложно скоординировать за пять часов, а скорее всего, такую орду в нашем регионе давным-давно накрыли бы давным-давно даже наши дегенераты из контрразведки.

- Дрона напечатали на стереопринтере! – выпалил Анжей Ковальский, - Точнее на нескольких принтерах, потому что времени мало. Потом собрали и доставили к месту назначения. Дрона держать не нужно, достаточно материал и принтера. Материал точно не криминал, а насчёт спецпринтера я не уверен, но опять же, только профи отличит гражданский принтер от такого спец, насколько я понимаю. А может и гражданский тут подойдёт? Надо экспертов спросить.

- А заряд и движок? – ухмыльнулся Кёллер, - тоже напечатали?

- Вряд ли, точнее, их можно напечатать, но я слышал, это долго, хотя надо посоветоваться со спецами. Но я бы сказал, что это рискованно. Хранить дрона, тем более такого здорового, очень опасно, а движок – не криминал, его от других движков только профессионал отличит, можно хоть в тумбочку засунуть, а если какая-нибудь мастерская или гараж, то он даже внимания не привлечёт…

- Отлично, - кивнул Кёллер, - продолжай.

- Про заряд не уверен… ммм… Если это устройство направленного взрыва, то стрелки в снаряде могут быть отдельно от вышибного заряда. Ребят, дайте, у кого близко на экран схему снаряда…

- Молодец, парень! – Кёллер встал из кресла, - да, всем видно – эта штука, похожая то ли на высокую банку с краской, то ли на какую-то неопасную механику, может храниться среди других железяк, а если её чем-то обляпать, то и внимания никто не обратит и в руки брать не захочет.

- Такие штуки могут храниться в закладках чуть ли не открыто в каждом регионе… - раздался голос из толпы.

- Именно так, - улыбнулся Кёллер, - соображаете! Ну а что с зарядом и корректировочным движком?

- Ну так их можно хранить в тайнике, они ж маленькие. Если в упаковке то десятки лет могут храниться и подойдут к разным моделям, - опять ответили из толпы.

- Верно, - но тут мы подождём наших экспертов, а пока примем версию, что их тоже доставили, а не сделали на месте. Теперь насчёт доставки, какие есть мысли? Можно ли тут что-то выцепить?

-Эээ, - уныло загудела толпа, - можно хоть в сумке или в рюкзачке привезти, да хоть на мотоцикле…

Кёллер усмехулся, - Нет вопросов, что можно! Но времени-то в обрез. От момента получения информации о рейсе, принятие решения о способе исполнения, до снаряжения дрона и доставки его на позицию есть строгий временной интервал - начиная от пяти часов до преступления до получаса до него. Я бы сказал четыре-четыре с половиной часа на всё. Критически мало, но мы видим по результатам - это сделано. Для всего достаточно группы 3-5 человек. Так как будем пытаться поймать доставку. Согласен, если это курьером, то шансов почти нет.

- Я вот что думаю, - заговорил здоровяк Рольф, - вряд ли эти агенты живут поблизости и все закладки ихние под кроватью да и принтера все вряд ли в одном месте. В городе пробки, риск опять же… Я старый дуболом-полицай, по возможности не стал бы заморачиваться, а что можно бы отправил бы экспресс-доставкой с курьерским дроном. Надёжность почти 100%, срок гарантирован.

- Ты молодчина, Рольф! – Кёллер хлопнул детину по плечу. Если б в БФФ были все такие дуболомы как ты, то мы в Германии горя б не знали. Хотя наши спецы отлично ловят малолетних дурачков с серпами-молотами да свастиками и замечательно защищают мигрантов с педерастами. Ну да ладно, а что скажешь, старый зануда, ведь это рискованно, гонять посылки на свой адрес? Все посылки фиксируются, декларируются и выборочно просвечиваются по закону о борьбе с терроризмом и экстремизмом.

- А зачем на свой адрес? Я б нашёл пацана-турка, скинул бы доставку до востребования на него в несколько курьерских офисов неподалёку потом объехал бы с ним на мотороллере за полчаса, расплатился б с ним и исчез. Если человек неприметный, ищи его потом. Для отправления тоже кого-нибудь бы нанял, вот и всё. А, вот ещё, если надо доставить желязяки, я б положил бы их в ящик с другими безобидными железяками, заказал бы большой дрон и никто б просвечивать ничего не стал.

- Так, Курт, - Кёллер сел в кресло, раздавая задачи, - Всю подозрительную информацию об эксресс-доставках в указанном временном периоде в радиусе 50 км от места преступления как можно скорее. Если будут проблемы с получением информации – сообщать мне немедленно. Своих пацанов посадишь искать парочку со всех возможных камер наблюдения. При любых вопросах – тут же связываться с Хайде. Ты всё понял?

- Не маленький, будет сделано… - ответил Курт и быстрым шагом рванул к себе в комнату.

- Полицейский доставлен, - в дверь ввалился запыхавшийся, пунцовый метис из БФФ. – Вводить?

- Надо же! - восхитился Кёллер, - двадцать восемь минут! Наверное, даже Рольф не справился бы быстрее. А ты похоже, толковый парень, хоть и из БФФ. Ладно, шучу… Тащи его в комнату допроса немедленно! Зачем его ещё везли!

- Так, я допрашиваю, ты, ты и ты – за зеркальную стену. – Кёллер со скоростью пулемёта раздавал команды. Курт! – рявкнул он в селектор, - включишь камеру из комнаты допроса. Одним глазом ищешь инфу по доставкам, другим глазом слушаешь допрос! Понятно!

Толпа захихикала над старой солдафонской шуткой.

 

- Теперь задачи остальным…

--------------------------

- Твоему Кёллеру здорово везёт! – Министр потёр руки, - Только что говорил с Канцлером, он очень доволен прогрессом. Кажется, вы сели им на хвост! Никто не верил, что это возможно!

- Везение – результат грамотной работы, - пожал плечами Курт.

- Кёллер сказал, что я могу просмотреть видео допросов и экспертных заключений и ты можешь помочь…

- Конечно, но имеет смысл глянуть только ключевые моменты, иначе мы надолго засядем, а у меня ещё работа. Кёллер скидок не даст. Давайте, закройте дверь и начнём.

- Благослови Вас Господь, господин инспектор, - голограмма молодого красивого турка была настолько совершенной, что казалось, что они присутствовали при допросе, - голос парня дрогнул, - Я не могу поверить, что вы сможете сделать так, что меня не только не посадят, но ещё и восстановят на службе.

- Ты не заслужил такого жестокого наказания, Джошкун. Ты сделал ошибку, нарушил инструкцию, хотя и ты и имел право её нарушить в исключительных случаях. Ты счёл случай исключительным, ты ошибся, хотя… тут как посмотреть. Полагаю, строгого выговора с предупреждением тебе более чем достаточно.

- Сейчас он мне позвонит? – спросил Министр. Курт кивнул.

Голограмма Кёллера коснулась коммуникатора: - Господин Министр, это Кёллер, я насчёт того бедняги-полицейского из аэропорта, которого арестовали остолопы из БФФ. Мы говорили с Вами о нём полчаса назад. Как там с его восстановлением и закрытием дела? Господин Министр, он здесь у меня, включаю динамик.

- Гюнтер, дело на парня уже закрыто, я прямо сейчас отдаю распоряжение о восстановлении на службе. Но строгач с предупреждением он получит, мы уже об этом говорили. Ты слышишь меня, Джошкун? Не подводи нас больше! И помоги нам чем можешь! Всего доброго!

- Благослови Вас Аллах, господин испектор, я буду молиться за Вас и Ваших детей, - полицейский чуть не заплакал, - Спасибо Вам за всё! Я могу идти домой?

- После нашего разговора пойдёшь домой, приведёшь себя в порядок, оденешь форму и поедешь на службу. Понял? И ещё, моя просьба, я тебе помог, Джошкун, помоги и ты мне.

- Что могу, всё сделаю, господин Кёллер! Я не могу поверить, Вы просите меня помочь, а люди из БФФ только прессовали меня!

- Ещё раз по той парочке, ты всё уже рассказал, но попробуй вспомнить ещё какие-то детали, они могут оказаться очень важными. Ну напрягись же!

- Эээ…они стояли в запретной зоне, за чертой и турникетами, один турникет был отодвинут и запрещающего знака было не видно. Такое бывает, я уже рассказывал много раз на допросах. Если они не знали, то их и задерживать не за что. Начальство говорит, что я должен был задержать их для выяснения личности, но такие случаи у нас по пять раз в день, мы б только и задерживали невиновных людей и возни ещё сколько с бумагами!

- То есть такое у вас в порядке вещей, в смысле не в порядке, но случается? Так? А могли они сами отодвинуть турникет?

- Я тогда об этом не подумал. Могли конечно! Но камера наблюдения не работала, а у других они были вне поля зрения.

- Почему камера не работала? Это тоже каждый день?

- Нет, что Вы, господин испектор, такое редко! В тот день в четверти аэропорта в служебном секторе отключилось электричество. Потом починили, эта камера не заработала, такое иногда бывает. Ну я и подумал, что люди-то тут при чём? За что их задерживать, праздник портить!

- Когда отключилось электричество, как задолго до этого случая?

- Ну часа за четыре. Потом через час приехали электрики, за пару часов починили.

- Почему эти электрики приехали? Со стороны что-ли, не местные?

- Ну да, срочная договорная бригада, я тогда у ворот стоял, когда они приехали. Потом как этот кортедж долбаный с кучей охраны появился, они вскоре уехали. Их наши ребята торопили, те ещё собирались медленно, одного своего электрика никак не могли дозваться, он всё там что-то проверял.

Кёллер незаметно набрал на коммуникаторе: «Команда №3 – немедленно проверить по этому эпизоду. Детально пробить данные по всей команде электриков,» - одновременно приговаривая: - Вспоминай, вспоминай парень, все детали…

- Ага, вот ещё! – встрепенулся парень, - я уже в камере вспомнил, но ещё не говорил никому, забыл потом, когда меня стали запугивать и обвинять в связях с террористами и угрожали посадить на 20 лет… У того жениха заметный акцент – так говорят или на северо-востоке Турции, там живут азербайджанцы. Они почти турки, но не совсем… Я сам-то здесь родился, но в Турции часто бывал у родственников, в детстве каждое лето там жил…

- А азербайджанцем из русского Азербайджана он мог бы быть?

- Ой…, да, действительно мог бы… я совсем не подумал. Нет, так сходу не мог бы, ему надо было бы подучить, как у нас говорят, у них немного по-другому…

- Ещё вспоминай!

- Больше ничего в голову не приходит!

- Вспомни своё состояние, что ты чувствовал, вспомни обстановку. Ну, ты же хочешь нам помочь!

Турок смутился: - я потом забыл но… мне стыдно говорить…  я же мужчина и полицейский ещё… Мне… мне стало не по себе, когда я подумал, что придётся вести эту парочку через коридор в участок... Камеры нет, в коридоре тоже обычно никого… Я ещё подумал, наручники у меня только одни да и как-то ненадёжно это казалось. А все ребята наши на усиленном патрулировании. Начальник бы меня послал подальше, если б я подкрепления запросил с этой парочкой. Но… честно говоря мне внезапно стало страшно. Я в юности часто дрался, даже на ножах несколько раз, да ещё в полиции служу, вроде не трус... Да, я знаю, это стыдно… Но я не могу это объяснить…- он опустил голову.

- Это нормальная работа того, что называют «шестым чувством» или «внутренним голосом». По неуловимым признакам твоя интуиция подсказала тебе, что эти люди крайне опасны, но это совершенно не вязалось с их мирным и беззащитным обликом. Возник неосознаваемый внутренний конфликт и ты разрешил его тем, что отпустил эту парочку, тем более у тебя был отличный повод – люди, которых ты принял за земляков, тем более жених с невестой.

- Как Вы точно сказали, господин инспектор! Именно так! А если бы я задержал их?

 - Наиболее вероятно – через минуту ты был бы мёртв. Менее вероятно – тебя бы вырубили в том коридоре и вкололи наркотик, если он у них был под рукой. Ещё менее вероятно, это если бы у тебя было несколько человек товарищей – вы дошли бы до участка, где вскрылось бы, что они не те, за кого себя выдают, они признались бы в нелегальной эмиграции и согласились бы на добровольную депортацию. Если бы товарищ был один, то трупов было бы два, а парочка бы ушла по плану Б.

- А наручники?

- Этих людей это бы их не остановило. Тебе пора домой и на службу, если что вспомнишь – немедленно сообщай, каким бы незначительным это не казалось.

Курт включил другую запись, дав перед этим краткую вводную: - Я обработал все данные видеокамер вокзала и электрички, на которой уехала исчезнувшая парочка. У них не оказалось действующих коммуникаторов и сканеры меток не показали ничего. Ну, Вы знаете, господин Министр, в одежде, обуви и прочих вещах каждого человека должно быть несколько меток от производителя для анализа покупок, краж и прочего. Такие сканеры у нас везде, набор меток с хорошей вероятностью позволяет определить человека.

- Этому учат в полицейских академиях, Курт.

- Так вот, у них или не было таких меток, а снять их незнакомому человеку непросто, или даже у них поставлены динамические метки, которые меняются случайно. Так работает криминал или спецслужбы. В общем, на записях анализировалось несколько параметров – одежда, рост,  фигура, принадлежность к группе, отметались уже чётко определённые индивиды. Помогло то, что был вечер и толпа не такая плотная. В общем смотрите, как красиво они ушли от камер и исчезли из поля зрения. Это явно не обычный криминал, у них серьёзная подготовка.

Появилось несколько видеокадров старого типа – плоских, в вагонных видеокамер. Над парочкой зависли маркеры. Сутулый парень в тёмной дешёвой куртке и прыщавая девушка с цветами исчезли в толпе, а потом, когда открылись двери на очередной остановке, парочка исчезла, как и не было. Они просто растворились. Их не было ни в толпе, которая вышла на перрон, ни в вагоне.

- Чертовщина какая-то! – пробормотал Министр.

- Однако Хейде всего за два часа провела с моей помощью сеанс экзорцизма. Видите! Там где новые маркеры! – Курт ткнул пальцем в экран. – Они разделились, девка выбросила цветы в урну, набросила накидку, какой-то тёмный платок и, Хейде говорит, вроде как сняла прыщевой макияж. Парень вывернул куртку наизнанку, снял рюкзачок и взял его в руку, как сумку. Теперь оба присоединились к выходящим группам и идут с ними, как будто все вместе! Видите – девка сняла очки, надела платок, повесила сумку на плечо, присоединилась к группе девушек в платках, идущих с двумя парнями. Они о чём-то разговаривают и кажется, будто они все вместе! Но на самом деле эта группа зашла в поезд без этой девки, а она появилась из ниоткуда. А бровастый парень в очках снял очки с бровями и теперь в светлой куртке и какой-то тюбитейке идёт вместе с группой мужчин. Но его с ними не было при посадке…

- Я вижу… но ведь станция далеко от Ганновера!

- Именно так! С самого начала даже в БФФ установили, что у парочки были одноразовые билеты до конца, но они вышли намного раньше, а тем долбакам даже не пришло это в голову!

- Но они вроде как вышли в арабском районе, а сами они, типа… турки? Я ничего не путаю?

- Вот это как раз и интересно! Но смотрите дальше, мы вычислили людей на видео, это, как и ожидалось, две группы родственников, к ним просто прибились двое незнакомых людей и со стороны казалось, что прибившиеся – часть этих групп.

Появилась голограмма молодой девушки-арабки в зелёном платке: - Да прицепилась она к нам, как репей, господин инспектор! Не видели мы её никогда! По-арабски с сильным акцентом говорит, сказала, что тут выросла в приёмной семье и обратилась в ислам, религия предков и всё такое. Мы в электричке познакомились. Нет, не видела раньше никогда. Лицо? Лицо чистое, никаких прыщей. Брови? Ну нормальные, выщипанные такие, девушка симпатичная. Странно, что если мусульманка, без родственника идёт, хотя если новообращённая, такое бывает. Куда делась? Я видела, что в направлении старого парка пошла. Да, плохое это место и не говорите… Опасное, даже для арабов. Хорошо хоть ребята Ахмада за порядком присматривают, а то полиции совсем дела нет… Ой… извините!

- Теперь вторая, господин министр… Пожилой араб как будто материализовался из воздуха: - Ну не видел я никогда этого парня, господин инспектор! Он и по-арабски говорит не очень! Типа, новообращённый… Не, очков нет, небритый такой, брови как у обезьяны… А что он натворил? Ого, в убийстве подозревают! Ну тогда я понимаю… Не, шёл болтал со мной и племянниками, а потом к старому парку свернул. Да, плохое место, очень плохое…

- Блестящая работа, Курт! – а идиоты из БФФ думали, куда та парочка делась, а они просто вышли раньше, разделились и прибились к проходящим группам. Вы уже работаете по тому району?

- Да, адресная проверка в активной стадии, общей зачистки нет, местные пошли на сотрудничество. Похоже, там рядом стоял один из принтеров и парочка пошла, чтобы его забрать. Но самое забойное будет в конце видео…

- Ну и дерьмо!... Твою ж мать! – Министр вскочил со стула и заметался по комнате. – В это невозможно поверить! – Бронелимузинов у службы безопасности Барона было целых три! Стоило подождать ещё двух буквально полчаса и… То есть парня просто отправили на смерть! А теперь Барон как асфальтовый каток прессует Канцлера! Это что же…

Курт ухмыльнулся, - Всё сложнее, господин министр. Вот ещё одно видео с показаниями свидетелей. Оно длинное, так что скажу сразу - дронов тоже было три. Так что мы не можем сказать каким был мотив – то ли СБ Барона спешила отправить покойного, а тогда ещё живого, как можно скорее из опасной зоны, то ли специально подставляли его под удар.

- Это вы не можете сказать! – Министр с Куртом явно подскочили от внезапного голоса сзади- Кёллер беззвучно вошёл в кабинет, пока они смотрели видео.

- А я почти уверен. Автомобилей в кортеже было 4, но один был малопригоден для перевозки охраняемого, значит их было 3 и дронов тоже 3.

- Тогда почему отработал один? – поднял брови Министр.

- Элементарно, - устало буркнул Кёллер, - преступники не были уверены, что узнают в какую машину посадят покойного и перестраховались. Когда они определили точно, то два дрона не потребовались, хоть и находились рядом для страховки. Свидетели видели как две большие птицы улетали с места происшествия.

- То есть на расстрел был отправлен весь кортеж? – промямлил Министр.

- Думаю, Барона устраивал любой выход – расстрел трёх автомобилей или их безопасный проход. Но оппоненты сыграли свою игру, поэтому трупов три, а не тринадцать. Из погибших только водитель – гражданин Германии. Громкого теракта не случилось. Поэтому головизор молчит.

- Не понимаю, - Министр беспомощно развёл руками, зачем тогда он устроил весь этот Армагеддон, если готов был сдать своего доверенного человека? Зачем ему тогда ловить убийц?

- Очень просто - для торга. Даже ёжикам в лесу ясно, что охота идёт за всеми, кого пираты сочли организаторами недавнего захвата заложников. Принц Фарук, наш потом наш покойный клиент, последний в очереди – сын Барона. Ему очень нужно взять пиратскую агентурную сеть, чтобы серьёзно улучшить свои позиции по торгу. Типа мёртвых не вернёшь, зачем ненужные жертвы с обеих сторон, вот вам ваши люди, вот очень хорошие компенсации. Давайте согласимся, что все виновные наказаны, решение вашего СЧП выполнено, всё повесим на убитого и дело с с концом. Думаю, что кроме тех, кого мы должны поймать у Барона есть ещё козыри, он – хитрая бестия.

Министр плюхнулся в кресло, - как Вы здорово умеете так понятно всё разложить по полочкам, Кёллер! Я восхищён! И не надо морщиться, я действительно восхищён! Но скажите, я вижу как Вы работаете, в Вашем возрасте это ммм… непросто, но… неужели из-за денег? Или просто хотите утереть нам нос?

Курт ожидал, что Гюнтер скажет какую-нибудь колкость, но тот ответил серьёзно: - Во-первых, я профессионал, а во-вторых – мне не нравится, когда в моей стране устраивает разборки какая-то пиратская братва. Тем более, что они убили семь граждан Германии, пусть шесть из них и не самых лучших. Пиратской братве здесь не место. Вот и всё.

- Семь?! – опять подскочил министр. Ведь ты же говорил, что только один…

- Двадцать минут назад из канализационного коллектора старого парка в том самом арабском районе, куда юркнули наши шустряки, мои ребята достали шесть трупов. Местная шпана. Убиты в тот самый вечер.

-----------------

Говорить, а не обмениваться безличными сообщениями, было очень опасно, но собеседник категорически настаивал.

- Сергей, я понимаю, как ты рискуешь, поэтому кратко: мы дали вам возможность отработать свою операцию мести. Думаешь, мы не сумели бы защитить объект, когда он оказался в Германии? Твои ребята сработали на отлично, но только потому что мы позволили. Даже парня, который выез его из Халифата, специально отстранили, чтобы ненароком не помешал.

- Допускаю, что ты не лукавишь, однако, у нас был план «Б».

- У нас тоже. Если б мы всерьёз решили его прикрыть, то подогнали бы два десятка машин или объявили бы террористическую угрозу и вывезли бы его с армейской частью. Мы, кстати, потеряли двух человек. Нет, мы не в претензии, понимаем, что у тебя выбора не было. Теперь дай нам возможность сделать свой ход. Вы готовите отход агентов. Никто не просит, чтоб ты их сдал. Просто придержи отход, дай команду залечь на дно. Нам нужна максиму неделя. Обещаю, что с твоими людьми ничего плохого не случится. Даю слово, что их не будут жёстко допрашивать. Потом мы их выпустим просто под отмену решения СЧП о зачистке Барончика. Это будет часть соглашения.

- Акция по Барончику – не мой каприз, а постановление СЧП. Если я попытаюсь противодействовать, меня тут же отстранят и скорее всего, казнят. На моё место придёт какой-нибудь фанатик, с которым даже разговаривать будет невозможно.

- Сергей, законы и постановления как принимаются так и отменяются. Объясни своим в СЧП, правительстве или кто у вас там принимает решения, что месть – это не выход в этом случае. Вы не воскресите мёртвых, а только запустите карусель смерти. Ведь Семья будет мстить всерьёз. Объясни, что Барончик не давал распоряжения убивать заложников, это чисто инициатива исполнителей Фарука и попустительство Натана. Они уже мертвы. Ну зачем вам Барончик? Ты же знаешь, у него не было серьёзного опыта международных дел и пока Барона оперировали, тот к сынку приставил надёжного дядьку. Скажи, что по твоим данным, это была идея Натана. Он ошибся, перешёл черту и заслужил получил своё. Если нужно подогнать фактов – не вопрос, сделаем сколько нужно, комар носа не подточит. Вы получили свою месть и компенсацию. Я уполномочен предложить очень высокую цену – 25 миллионов североамериканских долларов на каждого погибшего, 8 миллионов на серьёзно раненого, 4 миллиона – каждому побывавшему в заложниках. Миллион каждому, кто участвовал в операции. Плюс мы компенсируем в тройном размере все материальные убытки. Это колоссальная сумма. Если потребуется мы заплатим золотом или чем вы скажете. Если потребуется кого-то лечить – любая клиника, мы оплатим любой счёт. Да, Барон согласен, что его семья сделала ошибку, он готов заплатить за неё. Вы уже убили всех непосредственно виновных. Давайте, наконец, разойдёмся по-человечески. Сергей, не доводи дело до войны…

- Ты всё сказал? Дальше разговаривать очень опасно.

- В главном – всё. И ещё – мы понимаем, что с Фейсалом не твоя вина, так легла карта, ты хотел как лучше.

- Меня стали подозревать после этого. Не уверен, что твою просьбу удастся исполнить. Пора заканчивать.

- Если есть дополнительные требования – скажи.

-----------------

- Ровшан, надо валить как можно скорее! – Красивая девушка в синем брючном костюме упрямо крутанула головой. Короткие чёрные волосы, блеснув в свете фонаря, хлестанули её по щеке. – Сегодня утром у метро арабка остановилась и прям вперилась в меня. Я не показала, что заметила и испарилась. Это девчонка из тех, к которым я прибилась как раз там, где мы тогда выходили. Я потом спряталась и глянула, та долго стояла, видно сомневалась, потом стала куда-то звонить. Я была со светлыми волосами, но она всё равно узнала, не сразу, но узнала. Сильно не повезло…

- Зачем ты шаталась у метро, там полно камер?!

- Я утром съехала от Мурада, перебрасывала вещи. Ночью Мурад сказал, что вечером из окна заметил того самого хмыря, что получал наши железяки. Они когда-то были шапошно знакомы и тот примерно знает, где Мурад живёт. Так вот, хмырь шарился, как неприкаянный и пялился на дома, видно, вспоминал нужный. Я не знала, что он возьмёт знакомого, это крупный прокол, мы тогда очень спешили…

- Это очень плохо. Значит, нас вычислили по камере, а тех, кто нас видел, допросили и пустили гулять по городу в том районе, где мы можем оказаться. Им неплохо платят, а если засекут нас, то получат столько, что можно полжизни не работать. Вы, бабы – наблюдательный народ, - он улыбнулся, - ты так меняешься, что сам с трудом узнаю, а она видела тебя только раз. Нет, она там оказалась не случайно. Дело не в везении, а в том что круг сужается. Сейчас они проверяют все камеры… - Стройный крепкий парень с короткой стрижкой озабоченно потёр гладко выбритый подбородок.

- Нам же говорили, что свалим сразу после дела! Зачем им нужно, чтобы мы сидели и ждали, пока нас найдут?!

Несмотря на темноту и весенний холод в парке аттракционов было очень людно. Было много молодых эмигрантов. Они стояли кучками и парами, болтали, брали кофе или чай в мехкафешках и пили тут же на лавочках или вовсе стоя. Парочка стояла неподалёку от большой группы и казалось, что они часть толпы знакомых, ничем не отличалась от сотен таких же. Прилично одетые старые знакомые, которым повезло неплохо устроиться в Европе.

- Орианна, - я сегодня встречался с Тарканом, помолчав, сказал парень. В общем... нам не дают разрешения на отход. Центр настаивает, чтоб мы легли на дно. Таркан не знает почему, может там считают, что уходить сейчас ещё опаснее. Он переехал на резервную хату, на работе сказал, что идёт в отпуск. Он контрактник, ему проще. 

- Это всё очень странно, Ровшан. Нас вычислят максимум через несколько дней. Мурада или уже нашли, или вот-вот найдут. Он быстро расколется, несмотря на горячую любовь.

- Что он знал про железяки?

- Я сказала, что двоюротный брат занимается починкой промышленных роботов, это ему нужно для срочного ремонта, брат-нелегал, я тоже, надо и на всякий случай надо взять подставного парня. Мурадка стал кочевряжиться, гнал, что у него всё в порядке с документами, он работает охранником, чего нам бояться, если ничего незаконного. Но я его убедила.  - Орианна слегка улыбнулась. – Сегодня ночью он устроил мне настоящий допрос, он догадался, что его из-за чего-то ищут и сильно напрягся. Еле отовралась. Утром, как свалил на работу, всё быстро перестирала, убрала, отправила вещи на роботакси через соседку и ушла через подвалы за микрорайон. Только вышла на улицу и на тебе, эта девка… Я тут же дёрнула оттуда с переменой внешности.

- Ты сейчас где? По плану?

- Ага, на запасном аэродроме у Хомяка. Он на седьмом небе, что я к нему приехала, уже мечтает, что чуть ли не надолго. Он вещи встретил на полицейской машине прямо на улице на полдороги, я ему сказала, что ошиблась с его адресом, теперь в такси не останется записи.

- Да, стрёмно сейчас жить у полицая, но может так и безопаснее всего, - кивнул Ровшан, тебе холодно? Пошли зайдём в павильон.

Они слились с потоком молодёжи, входящей в большой кафе-павильониз прозрачного пласткомпозита, там было тепло, автоматы с напитками, гудела восточная музыка, работали головизоры. Народ смотрел спорт и новости.

Орианна взяла Ровшана под руку, тот инстинктивно слегка дёрнулся от резкой боли. – Ой, - прости… я забыла со всем этим…. Как раны? Они глубокие!

- Ничего, обычные порезы, заживут. Если с ножами, то обычное дело, как не вертись. Он улыбнулся. Вон смотри, новости показывают, что-то странное…

На несколько секунд перед глазами Ровшана пролетели события в парке той ночи. Уже у выхода их подкараулила группа местных подонков. Он успел заметить опасность, до того, как их окружили, но было поздно.

Одна из отработанная схем в таких ситуация. «Да, конечно, берите её!» - Ровшан толкает девушку прямо на двоих подонков, она неуклюже валится первому прямо в руки. Сколько всё заняло? Секунд десять, может чуть больше. Схвативший Орианну за грудь и плечо взвизгивает. Жить ему оставалось несколько минут, тем более запаниковал: с внутренней части его левого бедра пульсирует тёмный фонтанчик, как вода из проколотого шланга. Широкоплечий негр успел отскочить назад и инстинктивно подставить предплечье под удар стилета. Крик боли, но полсекунды и в его в руке нож. Опасный противник.

Бородатый парень справа от Ровшана уже рухнул под ноги – со стороны казалось, Ровшан чуть повернулся в бедрах градусов на тридцать, влепив бородатому затрещину почти без замаха, но того как срезало. Ещё бы, рука просто передала в висок силу бёдер и корпуса примерно также как тостое бревно с торчащей веткой крутнулось бы, если его подвесилить за верхушку на цепь. Со стороны покажется, что человека ударило просто веткой, но за ней была сила всего вращающегося бревна.

Смуглый качок справа пырнул ножом в бок Ровшана, но нож воткнулся в подставленный рюкзачок, а качок тут же забыл и про всё на свете, кроме ослепляющей боли в колене. Молодой турок, казалось потерял равновесие, резко наклонившись в бок, в его руках блеснула длинная отвёртка, почему-то он держит её за ручку и жало сразу. Оказалось, что он сдвинулся так, что оставшиеся два бандита на пару секунд оказываются с ним на одной линии, ближний мешал дальнему. Орианна в опасности, видит Ровшан краем глаза, амбал пошёл в атаку. Короткий и резкий взмах рукой, и из спины детины торчит металлический стержень плоским концом отвёртки наружи. Четырёхгранный заточенный конец, прятавшийся в ручке, вошёл глубоко. Ранение серьёзное, но не смертельное. Орианне достаточно, чтобы противник на секунду ослеп от боли. Она оказывается рядом, как учили, в идеальной позиции - чуть снаружи, успев на пару секунд придержать его руку с ножом. Два удара стилетом в живот, прыжок назад. Амбал пытается сделать преследовать её, но, согнувшись, ткнулся лицов в газон, изо рта хлынула кровь.

Худощавый высокий негр ударом ноги выбил у Ровшана рюкзачок, игравший роль щита, полоснул его ножом по предплечью, в ответ получил сильный пинок в бедро и очень болезненный тычок чем-то в плечо. Боль в руке и ноге чуть замедлила движения, негр был опытным уличным бойцом, он сумел обмануть противника финтом и резануть предплечье ещё раз, но совсем неглубоко, сумел повернуть ногу чтобы очередной пинок не повредил колено. Рука с ножом совсем отнялась от резкой боли, нож чуть не выпал из ослабевшей кисти, казалось, противник ударил ребром ладони по предплечью, поймав на обратном движении, но оказалось, что в из кулака вдоль предплечья лежит металлический штырь вроде длинного ключа от старых бронированных дверей. Негр ударил другой рукой противника в висок, но тот успел опустить голову и поднять плечо, кулак лишь скользнул, максимум что будет - синяк. Ровшан сумел на полсекунды придержать порезанной рукой кисть противника, держащую нож. Затем сокрушительный удар локтем в печень, удар, который наносят мышцы ног и туловища, затем короткий удар той же рукой торцом штыря в висок. Он почувствовал, как подалась кость.

Последний остававшийся на ногах гопник сумел, наконец, зайти сбоку когда, его товарищ уже валился на прошлогоднюю траву. Две неудачные попытки атаковать ножом, в ответ два сильных пинка по ногам, от которых он стал хромать. Один раз он почти достал противника, но лезвие звякнуло о какую-то железяку. Уклон от удара в глаза, бандит разорвал дистанцию, чтобы оценить ситуацию, но это было смертельной ошибкой – небритый турок переложил железяку в другую руку и чуть присел, мгновенно подняв с земли валявшийся нож. Руки делают непонятное движение. Ложная атака штырём. Кто мог подумать, что он бросит нож? Профессиональный, как на показательных выступлениях, бросок из положения «хват за рукоять» с расстояния меньше метра чуть ниже солнечного сплетения. Поражение аорты. Начавшие приходить в себя двое арабов прожили меньше пяти секунд.

Начало передачи, он пропустил, но и чёрт с ним, самое интересное только началось. Рядом в воздухе еле заметно подрагивала голограмма одутловатого араба в куфье и внимательного, подобострастного тележурналиста. Он только закончилил пространные соболезнования по подводу смерти Халифа.

- Нам любезно согласился дать первое интервью после назначения на пост Министра Иностранных Дел Халифата, принц Наджиб.

- Мы понимаем, что у Вас на интервью отведено очень мало времени, поэтому простите меня, я перейду сразу к двум важным вопросам, вызывающим много толков по всему миру. Первый – что случилось с принцом Фаруком, он, как известно, был главой объединённых спецслужб Халифата. Связана ли его смерть с недавними событиями в Пиратской Океании, где из-за непрофессональных безжалостных действий пиратских спецподразделений погибло огромное количество заложников? Простите, я понимаю, что покойный был Вашим родственником и…

Министр картинно вздохнул: - мне трудно говорить об этом, потому что принц Фарук был моим двоюродным братом. Он совершил тяжкий грех для мусульманина, лишив себя жизни. С другой стороны его мотивы понятны: он считал, что так будет лучше для Халифата, чтобы смыть, как он считал, позор за совершённые им ошибки. Я молюсь за то, чтобы Аллах был милостив и справедлив к моему брату.

- Причиной для столь жестокого решения были недавние события и обвинения Халифата со стороны океанийских бандитов?

- Безбожные дикари пираты не могут вызывать в душе настоящего мусульманина иных чувств кроме жалости к их заблудшим душам, ему неинтересно мнение бандитов. Для моего брата, как для человека чести, были наиболее тяжелы обвинения его совести. Несколько лет назад несколько младших чинов спецназа дезертировали из своей части и примкнули к радикальным последователям учения Пророка. Дезертиры были молоды и горели желанием воевать с оружием в руках, защищая мусульман, полагая, что Халифат делает это недостаточно активно. По законам Халифата они являлись преступниками и были объявлены в международный розыск. Мой брат тяжело переживал случившееся как свой личный прокол, ко всем своим подчинённым он относился как к своим детям. Когда начались безумные обвинения в участии спецслужб Халифата в подготовке терроризма, он решил, что только своей кровью может смыть позор. К сожалению, этот грязный скандал, устроенный пиратской республикой, подорвал и без того слабое здоровье Халифа… да будет Аллах милостив к нему! Принц Фарук считал себя косвенно виноватым в смерти Халифа. Он был человеком чести и очень строго относился к себе.

- А что касается заявлений пиратов, что это «их работа»? Как Вы могли бы прокомментировать?

- Как можно комментировать хвастливый бред? Нисколько не удивлюсь, если завтра пираты объявят, что это они истребили динозавров по решению их СЧП!

- Ха-ха-ха! Извините, за несколько неуместный в этой ситуации смех, но у Вас прекрасное чувство юмора! Простите, последний вопрос: а что это за странная история с нападением истребителя Халифата на китайский коммерческий гиперзвуковик?

- Ничего феерического, подобные истории не так уж редки и обычно не привлекают особого внимания. Но тут опять истерика, поднятая пиратской республикой с желанием отвлечь внимание мировой общественности. Это как на базаре громче всех кричит «Держи вора!» сам вор.

- Так что же произошло? Пираты заявляют, что прошедший через незаконно контролируемую ими воздушную территорию китайский гипер сразу был атакован взлетевшим с подводного авианосца самолётом Халифата.

- Это типичная подтасовка событий. Наши спецслужбы получили от нашей агентуры сигнал, что на китайском гиперзвуковике под видом коммерческого груза перевозится снаряжение для теракта, в котором будет обвинён Халифат. К сожалению, после смерти принца Фарука спецслужбы временно оказались под не столь строгим и профессиональным контролем и сходу не удалось распознать провокацию. Было принято решение о принудительной посадке и проверке аппарата. После выхода гипера в нижние слои атмосферы наш истребитель потребовал от пилота сесть на воду и принять группу проверки. По непонятной причине гиперзвуковик не подчинился и пытался уйти, начав набирать высоту. После нескольких предупредительных выстрелов летчик поразил один из двигателей предполагаемого террориста и тот начал снижаться. В этот момент появилась группа пиратских истребителей, открыла огонь, наш лётчик сумел уйти, а гипер сел на воду. К нашему удивлению пираты не атаковали гидросамолёт с группой проверки, а позволили ему сесть и созвали комиссию, куда вынуждены были приехать представители соседних стран, как и представители пиратов. Комиссия проверила борт и нашла только коммерческий груз и единственного пассажира – бизнесмена из Индии, предположительно ведущий сомнительный бизнес с пиратами.

Появилась фотография пожилого мужчины в больших очках на крупным носу. Орианна и Ровшан недоумённо посмотрели друг на друга. «Как похож!» - беззвучно, губами, сказала девушка, - «Если без очков.» Ровшан кивнул.

- Принц, а что Вы скажете насчёт обвинений, выдвинутых пиратами, они заявляют, что никакого предупреждения не была и по гиперу были сразу выпущены три ракеты, две из которых были поражены лазером патрульного самолёта.

- Ложь, как обычно…

Ровшан коснулся руки задумавшейся Орианны. Пора расходиться.

- Тебе надо уходить, - тихо сказал он на улице. Водой, план 3, - Это означало эвакуацию подводной лодкой, - Я посылаю вызов сегодня, она подойдёт через два дня. Детали сброшу как обычно.

- Я без тебя не пойду…

- Это приказ, я старший старший группы.

- Ровшанчик, милый, давай мы все опротестуем приказ сразу в СЧП и Комиссию?! Поговори с Тарканом! Нас очень скоро возьмут – всех. Они уже у нас на хвосте. То, что нам приказывают остаться – что-то очень нехорошее! Пусть Комиссия и СЧП подтвердит, что наша гибель необходима и имеет смысл и для чего именно мы кладём головы под топор! От нас не имеют требовать права «умереть во имя Родины», исполнения долга всегда конретно. От нас могут требовать погибнуть, если это явным образом спасёт больше людей и не может быть иного выхода! Но они обязаны сказать кого мы спасаем своей гибелью и почему нельзя иначе! Я не хочу, чтобы мы стали какой-то разменной монетой.

- Так очень легко обесчестить себя на всю жизнь, если окажется что это обычное малодушие.

- Разве мы не выполнили задание, разве мы не рисковали жизнью? Тогда не было вопросов и было ясно почему и зачем! Но сейчас никто не может нам внятно объяснить. Я решила, я сегодня опротестую приказ по экстренному каналу. Ты – как знаешь.

- Я подумаю. Готовься к эвакуации.

----------

Мурад «поплыл» почти сразу. Его взяли без шума прямо на работе во время обеда. Он был в шоке. Допрашивали профессионально и уже через час вытрясли всё, можно сказать, не тронув и пальцем. Пара затрещин не в счёт, это больше для того, чтобы клиент не впал в истерику. Хороший следователь даже и при окончании допроса сумеет выдавить из клиента последнюю каплю, которая может оказаться золотой. Следователь был хороший.

- То есть ты утверждаешь, что ничего не знал об этой части жизни своей подруги?!

Мурат всхлипнул и кивнул головой. Он был морально раздавлен. – Клянусь чем угодно, господин следователь!!!

- Каким местом ты думал, когда купился на это голимое фуфло с братом-ремонтником? Хотя я знаю, каким…

- Да, господин инспектор! Да, Вы правы! Я потерял от неё голову, а тут она устроила мне безумный секс, я был готов почти на всё. Но Вы же записали в протоколе, я же сказал… это были как три железяки как банки с краской, они были совсем не похожи на бомбы и парень этот сказал, что при получении их просветили – металл, типа иголочек. Даже почтовая компания не заподозрила!

- Я вот думаю, может ты врёшь и был с ней в деле? Надо бы отправить тебя к профессионалам по таким делам, там всё расскажешь! Ты утверждал, что как ты её назвал, Сечиль, спит у тебя дома. Мы пришли с тобой, а там даже следов нет!

- Но соседи же подтвердили, господин инспектор! Клянусь, я не знал, что она исчезнет.

- И у тебя нет ни коммуникатора, ни адреса, ни даже фамилии женщины, которая с тобой жила? Ты держишь меня за дурика?

- Клянусь, я всё рассказал! Всё чистая правда! Вы же проверяли меня на приборе! Да, я познакомился в стрип-баре, она там танцевала! Она жила у меня только несколько дней, иногда уходила по ночам, говорила на работу! Я ревновал, говорил, что моей зарплаты хватит на двоих и я не хочу, чтобы она этим больше занималась и ходила в такие места! Но она только смеялась и говорила, что встретила меня в этом самом месте…

- У тебя большие проблемы, парень. Ты продолжаешь разыгрываеть дурачка, ну что-ж судья оценит твою игру лет в пять-десять, он знаешь, сколько таких как ты перевидал...

- Вы же сказали, что меня депортируют, господин инспектор?

- Конечно, но сначала отсидишь положенное за пособничество террористам, а потом - в наручниках на самолёт и адью. Про въезд во все нормальные страны можешь забыть до конца жизни. На этой девке, которой ты помог - девять трупов и только за прошлую неделю! Ты забыл?

Мурад судорожно всхлипнул. Было похоже, что он вот-вот рухнет на пол.

- На, выпей воды, герой-любовник! Так будет если ты не придумаешь, как нам помочь. У тебя есть какие-то идеи? Помощь полиции может всё изменить для тебя в лучшую сторону. А серьёзная помощь – серьёзно изменить.

Долгое молчание, было слышно как чуть подрагивают от проходящих автобусов стёкла за шторами.

- Господин инспектор… я вспомнил… у меня осталось несколько фотографий. Обычных, не голографических, на коммуникатор.

- Это очень хорошо! Где они?

- Они на сетевом диске, на аккаунте моего друга. Я почти сразу удалил их с коммуникатора. Когда я увидел её в баре, как она танцевала, я сразу запал… ну и тайно сделал несколько фоток. Там нельзя, если замечают, то выгоняют и больше не пускают, но мне повезло… Ну… и ещё я сделал несколько снимков, когда она спала. Там на всех фотографиях лицо плохо видно…

- То есть она там голая?

- Да.

- Другу хвастался?

Мурад кивнул.

- Давай имя и адрес друга.

--------------------

- Надо же какой пролёт! – разорялся Министр, - преступницу опознали и разминулись с ней буквально на две минуты! Какое невезение! Я хотел бы поимённо знать виновных в этой, мягко говоря, недопустимой нерасторопности. Что Вы скажешь, Гюнтер? Что нам делать?!

Курт молчал. Он знал, что сейчас случится и предвкушал.

- Для Вас не Гюнтер, а господин Кёллер  – мы с Вами в детстве вместе гусей не пасли. Если Вы не знаете, что Вам делать, охотно подскажу – замолчать и перестать метаться по кабинету, отвлекая личный состав от работы.

Министр покрылся пятнами и онемел от возмущения, но Кёллер, только начал показывать, что он тут определяет правила игры: - Я понимаю, что непрофессионалу со стороны кажется, что мы всё делаем необычайно легко и нам тут «везёт» или «не везёт.» Смею заметить, что люди работают на пределе, сутками и делают вещи, для Вашей структуры совершенно невозможные. В кратчайший срок преступники-наводчики, они же и убийцы, вычислены, а одному, точнее одной, мы уже сели на хвост. В течение нескольких часов свидетели были найдены, склонены к сотрудничеству, обучены азам распознавания и расставлены в сеть в местах наиболее вероятного появления подозреваемых. За три часа работы сети оперативным штабом было получено тридцать семь сигналов о подозрительных людях. Тридцать семь! Вы слышите? В тридцати пяти случаях это оказалось ложной тревогой. В двух случаях личность не удалось определить и работа продолжается. В каждом, подчёркиваю, каждом случае рядом находилась группы сопровождения захвата. Но эти группы не могут всё время ошиваться около свидетелей, это очевидно, не? Шанс того, что сеть сработает вообще был невелик. Но вот тут нам серьёзно повезло! Нам повезло, что эта девчонка распознала преступницу, сильно изменившую внешность. Преступница поняла, что её активно разыскивают и бросилась бежать. Мы знаем, что она в городе. Мы взяли её сожителя, нашли, где она работала и появлялась, у нас есть её фотографии, подробнейшее описание, приметы. Она находится в состоянии сильного стресса и не знает, что ей делать – ложиться на дно или бежать. Ей нужны деньги, документы, продукты, новая одежда и средства изменения внешности, имеющегося надолго не хватит. Она представляет риск для своих же и сейчас они все пытаются принять решение – что делать? А мы не даём им этого времени! Так что займитесь лучше своими прямыми обязанностями – обеспечением ресурсами. Это у Вас получается.

Министр пулей вылетел из кабинета, задыхаясь от бешенства. Курт вышел следом, по пути улыбнувшись Гюнтеру. Пошёл утешать. – Эй, вы где там шатаетесь без разрешения! - не прошло и пяти минут как раздался вопль Кёллера, - Немедленно сюда!

- Наконец-то, молодчина! – выпалил он кому-то в трубку. Жди подкрепления, наблюдай, один никуда не лезь.

- Что? – процедил Министр.

- Ребята вышли на организатора. Он же электрик, который выезжал в аэропорт на отключение электричества. Это он отправил миниробота, по всей видимости, летающего мимикрида, скорее всего, парочке в букет. Наверняка он же устроил аварию, закладки были давно на всякий случай. Он же их и убирал, найдены следы этих закладок. Электрик высшей квалификации, по легенде прикрытия – турок, возраст около 45, одинокий, разрешение на работу, работает исключительно по контракту. Вчера съехал с квартиры, типа в отпуск.

- В розыск? – спросил Курт.

- Рановато. Анжей узнал, что это он ставил принтера в гаражном боксе и кто непосредственно общался с нашим главным подозреваемым.

- Арабская мафия? – спросил Министр.

- Ясное дело. Эти просто так не «поплывут», надо будет прессануть серьёзно. Чтобы сделать всё быстро, потребуется мощь родного государства и, может быть, ммм… международных корпоративных структур, заинтересованных в быстром продвижении. – Кёллер иногда любил закручивать такие фразы.

- Кстати, Курт, чёрт возьми! Когда будут, наконец, результаты анализа по энергопотреблению! Уже ясно, должен быть ещё один принтер – высокоточный по металлу и композитам, на котором печатали движки для дронов. Думаю, должен быть ещё минимум один член банды. Это механик, он печатал и налаживал движки и собирал дроны. Остальные просто не успели бы.

- Работаем, Гюни, делаем всё что возможно, ищем пик по потреблению, анализируем результаты. Просто очень много данных. Часов пятнадцать ещё, не меньше.

«Почему я чувствую себя виноватым, чёрт возьми?» - подумал Курт. И так выкладываюсь на 100%, и так сделано больше, чем мог бы кто угодно из хороших профессионалов, которых он знал, а всё равно Гюнтер умеет поставить всё так, что чувствуешь, что мог бы ещё. И ведь прав, собака! Он умеет когда уговорить, когда заставить людей сделать сверхусилие. Потому он и Кёллер. Гений настройки команды на нужную волну. Курт вздохнул и принялся рассматривать голографические графики с всплывающими облачками-подсказками, думая, как где бы ещё «срезать углы» и выиграть драгоценное время. Информация, полученная вовремя стоит несравненно больше информации, поданной невовремя.

--------------------

События последнего часа никак не хотели отпускать, снова и снова проскакивая перед глазами, как ускоренное видео. Его «зациклило», так бывает при сильном стрессе, когда мозг снова и снова прокручивает травмирующую ситуацию. Избавиться от этого было несложно имея такой опыт и подготовку. Но не хотелось, теперь уже всё равно.

Экстренное ночное заседание СЧП, для таких дел – Верховного. Судьи, которых выдернули посреди ночи были злы, но никто не подал вида. Три рапорта из Германии с отказом исполнять приказ по причине крайне высокого риска и неясности мотивации с требованием к СЧП отменить приказ или обосновать необходимость крайнего риска. Мнение трёх экспертов, один его заместитель, один бывший Председатель, а когда он увидел третьего, то исход стал ясен. Третий появился лично, а не голограммой, явно рассчитывая на эффект. Хорошо, что знал заранее, а то от неожиданности можно было сделать какую-нибудь глупость.

«Не ожидал больше увидеть меня живым?» - чуть заметно криво усмехнулся Аль-Дакар. Председатель КОБ пожал плечами: «Я не зря говорил – тебе всерьёз нужно отдохнуть. Не меньше двух месяцев. Почему не ожидал? Ну повредили китайски гипер? Мне-то чего паниковать?» Внешне он был хладнокровен, но внутри лопнул пакет с ледяной водой. Охранник коснулся плеча: «Вы на заседании СЧП, прекратите посторонние разговоры!» Дальше - хорошо продуманное выступление Аль-Дакара, суть – агентов в Германии целенаправленно оставили, чтобы сдать, а перед этим подставили китайский гипер под удар.

- У тебя развивается паранойя, - ответил Председатель КОБ, в последней надежде пытаясь вырулить в русло эмоций, а не логичного обсуждения, - ты подбираешь только те данные, которые подходят под твои фантазии, напрочь игнорируя всё, что не подходит.

- Сейчас обсудим данные, - бесстрастно прервал его Зам. Председателя СЧП, - если они специально подобранны, это несложно определить.

Он мог бы догадаться – подбирал работал над данными. Грамотно построенные визуализированные голографические объекты (визоголы) со связями, вероятностями, всплывающими данными замельтешили вокруг. Желающий мог коснуться гиперссылки в общем или личном режиме, когда вызыванные объекты были видимы через очки связи только ему. Эвристическая схема вполне убедительно показывала – совпадения не случайны, как и вчерашние данные председателя о невиновности Барончика с намёком для СЧП: «А может, перемотреть?»

Торжествующая голограмма Анатолия растаяла в воздухе. Перед этим он за несколько минут  успел толнуть убедительную речь о жизненной необходимости разработки автоматизированных эвристических модулей Сети. Натурально упоротый. Уже сидит на орбите, вот-вот вылетит на Марс, а не всё равно упустил момента. Толик с Гафуром – старые приятели. Теперь ясно, что произошло – параноидальный Аль-Дакар нюхом заподозрил неладное, «перетёр с корешем», у того уровень доступа позволил получить статданные и на тебе.

Да, он упустил ситуацию. Нейросеть незаметно так становится не просто инструментом, а монстром тотальной слежки. Вообще-то, у них как прямых доказательств как не было, так и нет. СЧП так прямо и сказал. Даже самого убойного сетевого анализа и подозрений Гафура было явно недостаточно для серьёзного приговора. Поэтому для него и получился худший вариант из всех реально возможных – отставка, два месяца на передачу дел под круглосуточным наблюдением. Очень неприятно, но не смертельно. Ну и чёрт с ними, пускай назначают своих фанатиков и идут к гибели! Ах да, вот ещё – КОБ выдал решение о немедленной эвакуации всех агентов операции, кто оказался в зоне неоправданного риска. Очередной запрос о создании автономных эвристических модулей выделить в отдельное производство и профинансировать экспертные оценки. Толик может быть доволен.

Бывший Председатель КОБ неотрывно смотрел в чернильную темноту за стеклокомпозитом глубоководного купола. Он знал, что Аль-Дакар подойдёт, но всё равно пропустил момент. Старый убийца умел ходить совершнно бесшумно. Только мелькнула расплывчатая тень на стекле. Сергей повернулся, собираясь едко спросить: «Ну что, теперь доволен?!» Но Аль-Дакар опередил его. Вопрос был неожиданным, можно ожидал чего угодно – торжества, проклятий, угроз, но не этого.

- Ты знал их, Сергей? Ребят этих, что сейчас в Германии, знал?

- Ну что ты… - Бывший Председатель растерялся, - откуда? Я что, должен всех агентов лично знать?

- Личные дела хотя-бы удосужился прочитать?

- Нет… я…

- А я знал. Они учились у меня на практических семинарах. Девчонка по способностям средняя, сексуальная очень, умело этим пользовалась. Позывной – Ореанна. Парнишка – из Советского Азербайджана, очень способный, позывной – Ровшан. Резидента я лично не знал, но личный файл впечатляет. На таких ребятах мы и держимся. Позывной – Таркан.

- Что ты хотел этим сказать, Гафур? – Сергей пожал плечами. Он и правда не понимал.

Гафур печально усмехнулся, - Раньше ты умело изображал, что понимаешь, сейчас даже не пытаешься. Удивительно, как ты добрался до такого поста. Чем они тебя купили? Тем, что пугали войной и клан Барона будет мстить всерьёз? Причастностью к клубу избранных, решающих судьбы мира? Зачем ты пошёл на это, если внутри себя понимал, что не тянешь свою должность? Амбиции? Зачем? Реальный мир не обманешь…

- Гафур, ты, по-моему, нездоров.

- Знаешь, я согласен с тобой! Для таких, как ты, я действительно нездоров. Мог бы стать Председателем КОБа, но отказался, чтобы закончить дела и вывести людей из-под удара. Ненормальный, что и говорить. Такие же, как я, ненормальные построили Океанию, а потом Поселения, а могли бы красиво вписаться в Пирамиду… Мы не уживёмся с такими нормальными как ты.

-------------------

Хомяк спал. Во время сеанса горячей любви ему показалось, что женщина немного поцарапала его. Да, поцарапала, чтобы был незаметен укол микроинъектором. Теперь быть Хомяку в ауте минимум до семи утра, ещё три часа. В восемь ему на службу. Ореанна лихорадочно решала, что делать дальше. Полицейский коммуникатор без проблем вскрылся комбинацией кода, отпечатка пальца и скана сетчатки. На открывание века клиент даже не шелохнулся. Личный код был получен ещё вечером скрытой камерой. Всё элементарно, как в курсе для новичков. Правда следующий экзамен уже для профессионалов, провалишь, пересдать не получится.

Ей надо было бы поспать хотя бы два часа, непонятно когда удастся отдохнуть, но перевозбуждённый мозг лихорадочно искал выход из ситуации. Наверное, это была ошибка, но она не смогла себя заставить уснуть хоть ненадолго. Ей было страшно, подкатывали приступы паники, «зачем ты сунулась во всё это!» - пытался заголосить кто-то внутри, начинали дрожать пальцы. Если поддаться этому паникёру – конец. Ладно, бойся – не бойся, а решать всё равно придётся. В процессе решения и успокоишься. Всё-таки до настоящих профессионалов ей далеко.

Итак, она в розыске. Они добрались до Мурада и он, как она и ожидала, выложил всё, что знал и даже больше. А ещё он тайно делал её фотографии в баре и когда она спала. Лицо плохо видно, но тело видно вполне. Она танцевала и в других барах, так что её опознают и там, да уже опознали и сейчас раскручивают все возможные варианты. В общем, ей нигде нельзя появляться. Очень скоро её найдут и здесь, значит, надо уходить. Лечь на дно надолго негде. К Ровшану нельзя, очень рискованно. Ладно, срочно убираться, чтобы не оставить биоматериал, а думать можно и в процессе.

Ореанна надела очки и подошла к окну, появившаяся светящаяся точка показала, что через минуту над ней будет проходить спутник. Совмещение меток и направленный луч отправил сообщение по закытой Нейросети. Если пеленгаторы модуляций и есть недалеко, то вряд ли две штуки будут настолько близко, чтобы сделать нормальную триангуляцию, всё-таки модуляции очень быстро гаснут с расстоянием.

Ответ от Ровшана пришёл буквально через пятнадцать минут. Ещё через полчаса у неё была схема выхода и маршрут. Всё-таки жаль Хомяка, он так трогательно привязался к ней, пожалуй, даже влюбился. У него будут неприятности. Надо будет внести бедолагу в список, может когда-нибудь и зачтётся. Ореанна вздохнула, взяла вещи и бесшумно выскользнула в коридор.

----------------------------------------

- Озан! Поди сюда! – бригадир был зол, - Где ты нашёл это угробище?! Тупой как баран, повторять надо по три раза, пока дойдёт, трансформатор поднять – уже шатается, даром, что толстый как беременный бочонок!

Озан снял респиратор и виновато наклонил голову: -  Родственники попросили, старый он уже, денег совсем нет, семье послать нечего… жалко, не смог отказать…

Бригадир немного смягчился: - Всех не пережалеешь, сынок! Работа у нас сложная, не дай Аллах, такой напортачит чего. Ты платишь всё одно со своей доли что с напарником, что без, толку со старого дурня всё равно не будет, выпри его сам, пока я пинками не выгнал, тебе ж неудбно будет перед стариком.

- Я б ещё попробовал, отправлю его на старые дворы, там работы много.

- Ну смотри, я часам к десяти зайду, проверю.

- Спасибо вам!

- Смотри, как бы не стащил чего, сам платить за него будешь!

Озан кивнул.

- Давай, не стой как столб, работы полно!

Молодой турок махнул рукой невысокому пожилому дядьке с клочкастой седой бородой, - Грузи инструмент и знаки, едем!

Тот поправил очки с толстенными стёклами, сдвинул на лоб старую строительную каску и начал неуклюже таскать ящики в видавший виды микроавтобус с мигалкой. Озан вздохнул и отправился помогать бедолаге.

Бригадир недовольно покачал головой, посмотрев микроавтобусу вслед. Зачем такой отличный и рассудительный парень как Озан притащил этого старого дурня? Ясно же, что толку с того, как от козла молока, тупой в технике, как баба и сил уже видно нет. Девяносто килограмм еле поднимает, сипатый какой-то, странный. Хотя для турка просьба родственников, даже дальних значит очень много. Всё-таки добрый он парень и видно стариков уважает, не то что молодёжь, что тут выросла. Бригадир подумал, что хорошо, что он не стал сильно наезжать на парня, тот мог бы вспылить и уйти. Работник он отменный, такого прямо с руками в любую подземную бригаду оторвут. Ничего, к вечеру сам во всём разберётся.

--------------------------

- Ух! Наконец-то! – Ореанна вытащила из-под бесформенного комбинезона подушку и протянула Ровшану дурацкие ложные очки с уродскими стёклами. Жаль, огромные строительные ботинки на три размера больше пока придётся оставить – в старом подземном коллекторе хлюпала грязь, да и они пока необходимый элемент камуфляжа, как и борода. Ровшан в ответ протянул ей обшарпанный ящик на ремне, там была её сумка. От остальных её вещей он избавится, столько ей не утащить.

- Запомнила? Повтори! – строго сказал Ровшан.

- Иду по стрелкам на стенке, всё время поворачивая налево. Примерно через два километра увижу большую коллекторную развязку с четырьмя коридорами, пойду во второй справа, поднимусь пять метров по лесенке, иду по направлению ступеней до третьего колодца, это ещё 800 м. Поднимаюсь, открываю крышку этим ключом, приподнимаю, выставляю знак «работают люди», осматриваюсь, делаю вид, что что-то ремонтирую, убеждаюсь, что на старом складе никого нет и на меня никто не пялится, захожу между заборами со стороны пустыря, там кусты, открываю твоим ключом коллекторную заслонку, залажу внутрь, осматриваюсь, иду сто метров до выхода к северу, переодеваюсь, сбрасываю камуфляж в слепой канализационный колодец, залитый дерьмом. Выхожу через пожарный выход – он открывается изнутри. Иду вдоль забора, через 150 м выхожу в переулок, быть осторожной, это территория албанской братвы, ещё двести метров – проходной двор, мимо мусорных ящиков – ещё один переулок и через 100 м уже территория касимовских пацанов. Через 300 м прямо его бар.

- Молодец! – Ровшан сильно волновался, но старался не показывать, - Ореанна…, Ора…- он сбился.Почему-то сказать это оказалось труднее чем казалось… Они несколько раз спали вместе, еще с разведшколы. Просто дружеский секс, ещё тут было пару раз - для снятия напряжения, ну и ещё это усиливает слаживание группы… Наверное, это нечто вроде профессионального заболевания в таких случаях, но он не хотел, чтобы было по-другому… Он, решившись, взял её за руку: - Моё настоящее имя – Эльмар… Ора… после всего этого...ммм… поехали ко мне, в Азербайджан, увидишь родителей, сестёр… я знаю ты привыкла к островам, к морю, но у нас там тоже остров…

Она не знала что ответить, всё получалось глупо, - Какие у вас там острова на Кавказе, горы сплошные…

- А вот и нет! Знаешь я откуда, - первый в мире построенный город-остров – Нефтяные Камни! Самая старая нефтяная платформа, самый старый рукотворный город в море! Ещё при Сталине построили. Сейчас там пятьдесят тысяч живёт… Каспийское море… приедешь?! Если не понравится, то…

- Ровшанчик…ээ- Эльмар, - она не знала что ответить, вроде он ей нравился, но так вот подписываться и считай, принимать предложение в канализационном коллекторе… Но если она откажется, растроится ещё, а он такой классный, да и сейчас нельзя ему нервничать. Ну ладно, согласится поехать, ну поспят они вместе ещё пару недель, там видно будет… - хорошо, поедем! Ты только уходи сам как можно скорее! Ты забрал меня, это было очень опасно. Пошли прямо сейчас, вместе, мотоцикл, лодка уже подошла…

Карие глаза Эльмара вспыхнули огоньками, но он резонно ответил: - Нет, надо забрать ещё одного человека. Таркан не сможет, он в розыске. Сегодня вечером уходим, если всё получится. Не волнуйся, -он обнял девушку, - всё будет хорошо! Я испарюсь с работы после обеда, я обещаю, встретимся на лодке…

Ореанна почти бежала по низкому подземелью, пытаясь проглотить комок в горле. Глаза резало, вот-вот ещё слезы потекут, наверное, тут газ какой-то в коллекторе… Она прибавила ходу, мысленно отмечая повороты. Не стереть бы ноги до мяса, в огромные ботинки пришлось набить бумаги с ватой. Ну ничего, вот и пришла.

Если бы девушка отдохнула ночью хотя бы пару часов, она, наверное, не сделала бы этой ошибки. В албанском квартале уже у проходного двора она проворонила засаду, которую обойти было раз плюнуть. Она в отчаянии прикусила губу – два худощавых парня в кожанных куртках рванули к ней на мопеде.

-------------------

Министр жаждал крови. Было такое ощущение, что ему было откровенно нечего делать и поэтому он, отоспавшись, целыми днями ошивался в координационном центре. Далеко за полдень, ему бы вверенным министерством заняться, а он тут начал разоряется: - Чёрт возьми! Девка опять ушла у нас прямо из-под носа! Это даже не смешно! Ушла с пятью сумками, переночевав у полицейского…

Кёллер кивнул, - Да, господин Министр, - не могу не согласиться, это совершенно не смешно. По Вашему личному распоряжению в целях экономии уничтожаются записи маршрутизаторов полицейских машин более чем за два дня. Если бы Рольф не допёр, что грузовое роботакси остановил полицейский, то девчонка вообще ушла бы с концами.

- Если бы не этот герой-любовник, то мы бы уже её взяли! – злобствовал Министр, - Выгнать нахрен выродка!

Кёллер поднял от монитора воспалённые глаза. Когда он спал и спал ли вообще, никто не знал, - За что? На каком основании? За то, что он переспал с красивой девчонкой?

- К сожалению, криминала предъявить не могу, но служебное нарушение очевидно – использование служебной машины и спецсигнала в личных целях.

- Формально, господин Министр, - он включил проблесковый сигнал когда находился на дежурстве, а взял вещи из такси в момент, когда дежурство закончилось. Причём, он их не украл, а набрал код, данный отправителем. В чём криминал?

- Он увёз их к себе домой на служебной машине!

- Машину он имеет право ставить на стоянке в своём доме. Куда ему было деть эти вещи? Бросить на тротуаре? Ехать до конца маршрута на общественном транспорте? Он может подать в суд и его потом с высокой вероятностью восстановят на службе. Максимум, что можно ему впаять, если по-честному, это строгий выговор и то это перебор.

- Он нарушил инструкцию об использовании служебной машины!

- Меня больше не удивляет, господин Министр, почему под Вашим руководством остались почти исключительно безынициативные дебилы, у которых все силы невеликого ума уходят на строгое исполнение инструкций. Как я рад, что я больше не на службе и могу это сказать прямо! Кстати, Вы видели его личное дело? Он очень даже неплохой полицейский. За пять лет – задержание вооружённого преступника, раскрытие по горячим следам нескольких краж и разбоев, спасение тонущей женщины.

- Нет, не видел. А зачем? – Министр искренне изумился.

Кёллер отвернулся к монитору. – Это меня не удивляет. Впрочем, в нашем деле заранее не скажешь, хорошо или плохо, что она ушла. Её с сумками наверняка забрал подельник, наконец-то у нас появился шанс его зацепить… Ну что там, Хайде?

Пожилая немка за соседним столом, уставленным и увешанным мониторами со всех сторон, пробормотала: - Ещё пару минут, Гюни… Есть! Похоже, мы его вычислили!

Вокруг неё тут же образовалась маленькая толпа, через которую Гюнтер протолкнулся без всякого лишнего стеснения, - Ну! – почти крикнул он.

- Вот трое рабочих подземных коммуникаций – бригадир в белой каске распекает парня в респираторе, рабочий снимает респиратор и… - она приблизила лицо и тут же на соседнем экране появился фоторобот того самого парня из аэропорта. Одним лёгким движением она наложила на лицо рабочего сильную небритость, накладные брови и уродские очки, чуть изменила овал щёк модуляцией ротовых тампонов и все выдохнули, - он!

Хейде улыбнулась: - Но это ещё не всё, вот его очки – на огромном экране медленно приблизилось лицо деда-рабочего. Точнее, того, кто изображал деда. – Менять реквизит полностью они не могут, наши знакомые очки (появилась подсказка – совпадение объекта 95%), частичная гелевая маска с морщинами и прочее. В общем, очевидно, что это – ряженый. Я уверена, что это наша проворная девушка, которая пользуется таким успехом у мужчин. Мужчиной ей быть явно не идёт.

- Действуем! – скомандовал Кёллер.

------------------------------------------------

Ореанна с разбегу забралась на мусорный ящик, с него на двухметровый бетонный забор и сиганула вниз. Через сто метров второй такой же. Она давно не бегала на скорость, но сегодня, даже с огромной сумкой она, наверное, могла бы уверенно побить свой лучший результат. Мопед с молодыми бандитиками не успел буквально на пару секунд.

- Она? Не? – пожал плечами парень за рулём, - вроде не очень похожа, круто мы её напугали!

- Сейчас узнаем! Я за ней, ты – вокруг! – скомандовал тот, что был чуть постарше.

Мопед взвыл и рванул по переулку. Секунда – и жилистый парень на заборе. Девчонка с сумкой успела убежать далеко. С перепугу наверное. Бандит выругался. Он не удержался на ногах, плюхнувшись на четвереньки, удар от прыжка с двухметровой высоты оказался сильнее, чем он ожидал. Потеря ещё двух секунд. Думал догонит без проблем, но эта тварь, взмахнув сумкой как маятником, почти из-под носа прямо взлетела по стене! Албанец с разбегу прыгнул, одним движением выжался на руках от края забора. Но ни увернуться, ни закрыться он успел, что-то тяжёлое врезалось ему в грудь. Парень с трудом сфокусировался. Если бы он был на ринге, то рефери уже зачёл противнику чистую победу нокаутом. Хорошо хоть вроде себе ничего не сломал, повезло, земля мягкая, упасть плашмя очень неприятно. Бандит с трудом поднялся. Надо шевелиться, с другой стороны забора уже тарахтел мопед.

Ореанна не помнила, как она с тяжеленной сумкой оказалась на втором заборе. Она слышала, как преследователь крякнул, отжимаясь от забора и совершенно инстинктивно, используя инерцию размаха влепила албанцу сумкой. Того словно сдуло с забора.

- Да я не видел, куда она делась! – огрызнулся парень на мопеде, - сам-то что не посмотрел! Может шмыгнула к Касиму, но шайтан её знает… Может это вообще не она?

- Может и правда не она, просто турчанка забрела к нам, а мы её напугали. Прыткая тварь!

- Конечно испугалась, когда мы к ней рванули! – мотоциклист заржал, - ну как, будем звонить? А вдруг не она, мы уже сегодня облажались. Давай ещё раз фотки посмотрим! Авось появится ещё, может спряталась где в углу. Давай к кустам станем, а то торчим посреди улицы.

- Давай, а то как бы братки Акбара не заметили. Если их увидим, сразу рвём когти.

Девушка, задыхаясь, прислонилась спиной к двери. Ноги дрожали, в голове гудело после забега на пределе сил.

- Что так рано, Гюли? Ты бежала что ли? – начавший лысеть симпатичный турок с хитрыми глазами захлопнул кассу в глубине полутёмного бара и направился к ней.

- Касим, за мной гонятся албанцы… - Она чуть отогнула плотную занавеску и глянула из глубины комнаты. Вон они, на мопеде…

Внезапно её осенила идея. В это мгновение Ореанна не могла знать, что её трюк потом будут изучать как пример в разведшколах Океании, да и не только Океании.

Девушка раздавила в кармане маленькую капсулу и сказала несколько фраз. Касим изменился в лице. Добрые хитрые глазки стали оловянными.

- Акбар… - жёстко сказал он.

- Я слышал. Сделаю, - ответил чуть хриплый баритон. Из-за столика в тёмном углу пружинисто поднялся бритый почти наголо ражий верзила, - В боковую дверь, - коротко скомандовал он двум шкафообразным громилам.

Девушка подбежала к нему и тихо сказала ещё несколько фраз. Акбар кивнул и исчез за дверью. Было удивительно как стремительно может двигаться человек таких габаритов.

Парни на мопеде увлечённо рассматривали что-то на коммуникаторе, тот, который постарше, пролистывал фотографии.

- Ух ты! Класс! Покажи ещё ту, где она в постели спит с раздвинутыми ногами! – албанец причмокнул. - Эх и засадил бы ей! Они говорили на смеси албанского и немецкого, понять, о чём они, было несложно.

- Вроде она! – не обращая на него внимания ответил старший, Аа…!  - вскрикнул он через секунду от удивления. Волосатая клешня со скоростью прыгнувшей кобры выхватила из ладони коммуникатор. Албанец пытался сопротивляться, но с таким же результатом он мог бы бороться с экскаватором.

- Засадить, говорите? Сейчас я вам засажу. До желудка, - На них мрачно смотрел здоровенный турок, по виду начавший кабанеть недавно ушедший с ковра профессиональный борец-тяжеловес. Со спины бесшумно подошли двое таких же, то ли борцы, то ли гиревики, а может и то и другое.

- Акбар, брат, - сильно упавшим голосом промямлил старший албанец, - нехорошо так шутить.

- А он не шутит, - с недоброй усмешкой ответил один из громил, поднимая мопед за руль, как котят стряхнув с него незадачливых бандитиков.

- Не брат я тебе, - ответил Акбар, - твоих братьев под шконкой шпилят.

- Акбар, отдай коммуникатор… пожалуйста, - срывающимся умоляющим голосом клянчил албанец.

- А ты забери, - кривая ухмылка в ответ, -  Боишься? Правильно боишься. А за девчонками нашими гоняться не боишься? Ну-ка что там у тебя? … Ничего себе! Ну-ка, гляньте пацаны! Что думаете? – турок прокрутил несколько фоток.

- А что тут думать? – злобно ответил один из громил, - девчонка правду сказала, она была у них в секс-рабстве. Её насиловали и заставляли плясать в стрип-баре. Девка убежала, теперь эта падаль её ищет. Настоящие албанцы.

- Во как хорошо, что вы сами заехали, - тихо сказал Акбар, - а я уж думал вас искать придётся. Пошли-ка, перетрём малость.

- Мы никуда не пойдём, - тонко взвизгнул молодой албанец и на свою беду сунул руку в карман. Ему показалось, что его ударили кувалдой, он сразу провалился в темноту.

-----------------------------------

Пожилой немец задумчиво погладил две тяжёлых угловатых коробочки. Руки не поднимались уничтожить эту прелесть, всё-таки эти ребята заметно вырвались вперёд в некоторых технологиях. Ну да, концентрация усилий общества на ключевых направлениях, катализированная нейросетевым взаимодействием, синергетика, в общем. Он был в теме, такого в «цивилизованном мире» пока не было – скоростная головка стереопринтера, может печатать почти любым металлом, размер впечатлял – влезет в большой карман. Движки дронов - два с половиной часа работы, трудно представить. Жаль, что пришлось делать орудие убийства. Старый механик несколько секунд подумал, обложил обложил ценные коробочки тремя термозарядами с комплексным инициатором, обмотал липкой лентой и засунул в рюкзак. Места почти не оставалось, а Ровшан строго предупредил, чтоб поклажа не выходила за габариты и вес. Если его будут брать, то вряд ли эта чудо достанется противнику. Противнику… как странно, он никак не мог к этому привыкнуть. Его ищут немцы, а он помогает врагам этих немцев. Термозаряд за спиной – совсем не полезная для здоровья штука, но он сдаваться живым и не собирался, не всё-ли равно?

Человек вздохнул, положил на верстак глобалнетовский коммуникатор и бросил последний взгляд на свою подвальную мастерскую. Жаль оборудования, жаль отличных принтеров, которые собрал когда-то из заморского набора, жаль инструментов, тем более среди них есть подарки Марты, но деваться некуда, с собой не возьмёшь. Оставалось всего одно дело. Он отложил его на последний момент – хотел, чтобы Марта как можно дольше побыла в доме. В их доме.

Их маленький дом, но свой, каменный, да ещё в большом городе сразу выделял их в отдельный класс. У большинства пределом мечтаний была квартирка-кондоминиум у чёрта на рогах. Они с Мартой не тратили деньги на всякую виртуальную ерунду, на дурацкие шмотки, на бессмысленные рестораны, они умели сберегать на главное, на то, что имеет реальную ценность. Точнее, они совершили только одну ошибку. Они делали карьеру, копили на дом, потом обустраивались, но всё откладывали завести детей, казалось вот-вот, ещё немного, потом ещё… Потом оказалось поздно.

Их ещё со школы учили, что рожать надо после тридцати, надо сначала создать благосостояние и прочую лабудень… а потом оказалось поздно. Медицинские центры не помогли. Марта очень страдала, она очень хотела детей. Мало кто умел любить как она. Она хотела детей – своих и от любимого. Усыновлять хромых негритят непонятно откуда, как пропагандировали в головизоре, они не захотели. И правильно. Как показал опыт тех кто так сделал, как правило из этого ничего хорошего не получилось.

Они были очень счастливы. Механик-наладчик его категории классно зарабатывал и они ездили по всему свету… Жаль, что не получилось с детьми. Ну что поделаешь. Они с Мартой очень сильно любили друг друга, быть может это была любовь, которая назначалась так и не родившимся детям. А потом Марта заболела…

Мужчина машинально пригладил седые, начавшие редеть волосы, потом бережно снял со стены начавшую выцветать старую фотографию в рамке, ещё обычную, не голографическую. Какая Марта красивая! Ещё до свадьбы. Как ни старайся, а на свету со временем выцветает всё. «Фотодеструкция», почему-то пришло в голову научное слово. Он бережно запаковал рамку в герметичную коробку и засунул в рюкзак. На комоде прямо под невыцветшим прямоугольником на стене остались цветы. Любимые цветы Марты. Пусть стоят. Марта уедет с ним. Не беда, там, где-нибудь на дальнем острове он поставит новые цветы. Он отлючил нажал комбинацию цифр и букв на электронной рамке размером с телевизор. Когда в комнату кто-то заходил, она начинала прокручивать скопившиеся за жизнь фотографии Марты, их было очень много, он очень любил её снимать. Характерный щелчок и лёгкий запах гари. Теперь оставалось самое главное. - «Поехали, Марта,» - тихо сказал мужчина, нежно, словно младенца, укладывая в рюкзак капсулу с пеплом.

Последние минуты в их доме. Он присел на широкую кровать. У океанийцев есть странный обычай, называется – «присесть на дорожку», доставшийся им от русских эмигрантов. Древняя бытовая магия, чтобы духи предков, охраняющие дом, не бросились за уезжающими и не оставили очаг предков без своей защиты. А так они видят, что люди не суетятся, верят, что хозяева вернутся. Люди не просто сидели пнём, а думали о дороге, вспоминали не забыли ли чего, говорили заговОры, то есть программировали себя на нужное развитие событий: «чтоб дорога была удачной, чтоб никому не заболеть…». Марте это понравилось, когда они встречались с океанийцами – во время своих путешествий на рентованной яхте им встретились морские кочевники. Словно люди из другого мира.

Сейчас он не произносил заговОров, не планировал, он вспоминал. Сюда он больше никогда не вернётся. Если им удастся уйти, то само собой, а если нет, то тоже понятно. Он умрёт в тюрьме. Но тогда у него наверняка отберут Марту и он не видел смысла сдаваться. Воспоминания летели словно кадры ускоренной старой киноленты.

Они с Мартой потратили слишком много времени на социальную медицину. Болезнь быстро прогрессировала, а социалка только облегчала страдания. Бесплатное лечение от этого государством не обеспечивалось, это стоило невообразимых средств в частных клиниках и то не было гарантии. Он решил продать всё и залезть в долги, которые всё равно никогда не отдаст. Главное – спасти Марту. Марта была против, она не давала разрешения на продажу дома и машины, убеждала его, что риск слишком велик и если она всё равно умрёт, он просто окажется на улице в нищете на старости лет, а если даже выживет, то они окажутся на улице вдвоём и у неё не будет сил видеть, как он страдает. Тогда его послали в командировку на Филиппины на неделю. В отчаянии он полетел, чтобы заодно встретиться с теми старыми океанийским приятелями – они подарили ему коммуникатор и время от время они болтали по Нейросети, кроме того информацию там было найти намного проще и она была полнее и точнее, чем в Глобалнете. Там же он узнал, что болезнь Марты могут вылечить в Океании. Бесплатно. У них медицина не была бизнесом на человеческих страданиях, суперкорпорации не вздували беспредельные цены, их не покрывали лоббисты из правительства, ясное дело, не за «спасибо». Конечно, никто не давал гарантии, но это был шанс. Приятели сами подскочили к нему на личном гидросамолёте, узнав в чём дело, тут же связались с местным центром эммиграции и районным СЧП ним и получили для него ответ – приезжайте как можно скорее, пока ещё не поздно. Подавайте запрос на гражданство, Марту тут же положат в госпиталь, а там будет видно.

«- А прилететь к вам, подать официальное заявление, бумаги…» - спросил он. «Зачем?» - удивились с той стороны. «Приедете и подадите, неужели Вы думаете, что мы будем гонять человека из-за формальной ерунды?» По въевшейся в кровь привычке и опыту общения с всесильной непрошибаемой бюрократией он и летел, чтобы бить челом лично, подписывать, разбираться на месте… Всё можно было решить не выезжая из Германии. Он никогда не мог простить себе этой невероятной глупости. Что это на него нашло?

Когда он прилетел назад, было поздно. В Золотом Миллиарде для неизлечимых больных давно существовала процедура эвтаназии – безболезненный укол врача и всё. Но Германия и тут оказалась впереди всей планеты, если раньше требовалось согласие близких родственников, болезнь должна быть абсолютно неизлечимой и в терминальной стадии и т.д., то недавно втихую был принят закон «упрощающий процедуру использования право человека на помощь в добровольном определении продолжительности своей жизни», это заметно сокращало расходы государства на содержание тяжёлых больных. Старых людей было очень много – Германия вымирала, заселяясь мигрантами с юга, немцы не хотели рожать детей, неразумно откладывали это дело, поддавшись всеобщей пропаганде или вовсе становились «лицами, реализовавшими своё право на выбор другой сексуальню ориентацию, не предопределённой слепой игрой природного случая». Согласия родственников больше не требовалось. Болезнь больше не должна была быть абсолютно неизлечимой – достаточно было того, чтобы её не могла оплатить соцпомощь. Дальше с измотанным человеком работал профессиональный психолог, ускоренная процедура… родственников по этому закону могли извещать только после того как всё случилось – это было право больного, которым они часто пользовались, не желая видеть слёз и протестов родных.

Марта оставила ему последнее обращение, вот она, маленькая карточка в его руке с официальным переливающимся штампом. Мужчина встал в секундной нерешительности. Когда он смотрел это видео, он каждый раз плакал. Внезапно он резко повернулся и положил карточку на комод, около цветов. Любимая для него навсегда останется живой. «Пойдём, Марта! Пора,» - тихо сказал он, бережно поднимая рюкзак. За эти годы он всё время разговаривал с ней, как будто она была рядом, если рядом были люди, то про себя. Он навсегда закрыл дверь. Почти беззвучный щелчок дистанционного пульта. «Мёртвая рука» включилась. Он надеялся, что никого не убьёт и не покалечит, ну не полезут же они очертя голову, поэтому ставил слабые заряды, чтобы отпугнуть неизбежных гостей, пока термитные шашки делают своё дело.

- Эй, ты куда собрался? – привязалась словоохотливая соседка, только он сел в машину. Она клеилась к нему с тех пор, как не стало Марты. Он вздохнул, достало уже её отшивать. Пролесбиянила полжизни, потом вот спохватилась. Молодые девчонки-лесбиянки иногда смотрятся пикантно, по крайней мере так ему иногда казалось, но парочка старух-лесбиянок это… он чуть не сплюнул на пол. Чем они думали раньше? Годы пролетели и на что?!

- За покупками съезжу, - отрезал мужчина.

- Так домой же доставляют…

- Материала и инструментов прикупить, это всё на месте надо, а то привезут ещё чёрт те что.

- Надолго? – она посмотрела на заваленное чем-то и покрытое старой рогожкой разложенное заднее сиденье.

- Вернуть ещё кое-что надо, после обеда буду. Нет-нет, я не зайду, в городе поем.

«Неудачно получилось, Марта,» -  покачал он головой, выезжая на автобан. «Ну ничего, мы назад машинку автопилотом отправим, может и не заметит.»

Он знал, что где-то здесь включится внутренняя Нейросеть. В крайнем случае можно в любой точке включиться и во внешнюю, но тогда могут засечь, а так разве что случайно. Вот и сообщение на стеклах закомуфляженного под старомодные очки серьёзного коммуникатора – маленький ярко-жёлтый вопросительный, каждые три секунды трансформирующийся в розовый восклицательный. Плохо. Центр предупреждал его, что за ним или уже началась охота или вот-вот начнётся. По какой-то причине ему сообщили слишком поздно. Странно, ещё пару дней назад он мог просто уехать без всякой суеты. Просто купить билет до Филиппин или Индонезии, дальше бы его забрали и ищи ветра в поле. Он тогда спрашивал, не опасно ли оставаться, ответили, что всё под контролем. Ну как вышло так вышло, им виднее в этих делах.

Поворот к лесопарку, тут в это время никого. Быстро переодеться – кожанные штаны, куртка с заклёпками, полусапоги с подковками. Вытащить электроскутер из-под рогожки. Накладная седая борода легла на нужное место только с третьего раза, хоть он и тренировался дома, но опыт значит много. Седой парик с длинным хвостом, заплетённым в косичку. Сверху бандана. Гелевая накладная маска с глубокими морщинами легла правильно. Типичный старый эко-рокер, таких в этом районе немало. Он посмотрел вслед уезжающей машине. Она показывала сигнал, что в ней пассажир. Считалось, что обмануть автопилот нельзя, но это не для старого механика. Он усмехнулся.

---------------------------------------------

- Ладно, Озан, три тысячи – деньги хорошие. Мой рыдван от силы семь стоит, честно тебе говорю, как соседу, батарея уже заряд почти не держит, но дело твоё. Понимаю, родственники, занимаются стремноватыми делами. Договорились, делаешь копию ключа, я в половину одиннадцатого оставляю тачку в переулке недалеко о станции, где нет камер и, типа, потому что на стоянке мест нет. Тачку, типа, угоняют. Я вечером еду со смены, обнаруживаю и звоню в полицию. Твои родственники бросают тачку на окраине. Если разобьёте или не вернёте, мне даже выгоднее со страховкой. Если их полиция вяжет, претензии не ко мне.

- По рукам.

Батарея сдохла, хорошо, что хоть удалось дотянуть до старой промзоны. На следующий день отловленные местные бомжи поведали полиции, что вчера около полудня олдовый эко-рокер подобрал своего корешка, чуть помоложе, у цеха с заколоченными окнами. Нет, они не видели как корешок выходил из угнанной машины. Но опять же, откуда ему тут ещё взяться, если б он был местный, они б его знали. Как выглядели? Да обычно, как эко-рокеры: кожанные штаны, куртки в заклёпках, банданы, седые волосы хвостиком, в конце заплетённые косичкой. Электрический скутер, куда ж без него. Не, модель не знают, номера не помнят, но видно что дорогой, хороший. Вещи? Были да, у одного небольшой рюкзак, у второго – большая сумка, видать, тяжёлая. Один вроде немец, другой посмуглее, но тоже в годах, седой весь. Очки тёмные. Куда делись? Уехали, ясное дело. На своём скутере, на чём же ещё? Нет, больше не видели.

- Не нравится мне наш вид – сумка слишком большая, полиция может привязаться, ещё только этого не хватало. Тебя скоро вычислят, значит, будут знать и модель, и номер скутера. Надо от него избавляться, а я ничего подходящего не успел найти.

- Мы что, пешком что-ли пойдём?!

- Нет, конечно. Сверни вон к тому пустырю около свалки, где вдали старые пятиэтажки.

- Там рискованно, Ровшан, это негритянское гетто.

- Я знаю, но ехать так ещё рискованнее.

- Заблудился, дед? – шестеро жилистых негров в штанах-парашютах подгребли разболтанной походкой. Руки в карманах. Ровшан оценил ситуацию – у всех ножи, минимум у двоих – стволы.

- Заехали по делу. Не на надо так делать, – он нехорошо оскалился, когда двое негров стали обходить их с боков.

- Ты хочешь указывать что нам делать?

- Если это меня напрягает, то да. Не хочу деловой разговор начинать со стрельбы, - он держал обе руки в карманах.

- Ты стрелять-то умеешь, дед?

Негромкий хлопок и половинка кирпича в двух метрах от компании брызнула осколоками – странный дед выстрелил сквозь карман. Второй дед, что сидел за рулём, тоже держал руку в большом кармане. Он знал, что оружия там не было, но оппоненты этого не знали.

- Что у тебя за дело?

- Вон ваши пацаны катаются на антикварном байке, вроде «хонда»? Бегает все ещё. Мы её готовы поменять на наш электроскутер, я знаю, что наш в пять раз дороже, но нам так надо.

Негры переглянулись. – А документы у вас на него есть? – выступил вперёд один с самой наглой физиономией, видимо, главный.

- А у вас?

- Он краденый.

- Наш тоже.

- Ты мне нравишься, дед! – негр заразительно захохотал. – Штука сверху и забирай!

- Не при деньгах мы сегодня, ты и так в нехилом наваре. В общем, полштуки сверху, но с вас ещё канистра топлива, два старых шлема, ремкомплект и насос.

Негр кивнул и пронзительно свистнул пацанам на мотоцикле, которые давно остановились и глазели на странных гостей.

- Слышь, бро, - Ровшан напоследок кивнул главному, - наша коляска в розыске, лучше сегодня же днём разберите и продайте по запчастям. Вам же мазёвей будет.

- Хорошо, бро, что сказал, вот что значит не белый! Нашу железяку вряд ли кто ищет, но ты знаешь, на автобаны с таким движком уже нельзя, могут повязать.

Молчаливый немец газанул, турок на задке обернулся, чтобы махнуть рукой напоследок, а может это был повод повернуться и посмотреть, чтобы им не выстрелили в спину.

Чёрная братва задумчиво смотрела им вслед.

- Кто они, интересно? – спросил самый молодой парнишка.

- Думаю, старые мокрушники. Косят под эко-рокеров. Ты видел, как тот выстрелил и ствол бесшумный. Во втором кармане у него тоже ствол, я видел контур. А у того, что рулил, может вообще пистолет-пулемёт. Наверное завалили кого, легавые на хвосте, колёса подломили, но нужно было транспорт поменять – сумка большая, нельзя с такой на скутере ездить, а на байке можно. А ещё я думаю, они через лес ломанутся, значит вокруг дорог и заправок. Топливные заправки все наперечёт, боятся.

- Поэтому им канистра нужна! – парнишка с нескрываемым восхищением посмотрел на главаря. Вот ведь в жизни понимает! Когда-нибудь и он таким станет.

По чисто негритянскому разгильдяйству они решили отложить разбор скутера до завтра, а сегодня отметить удачную сделку - попить пива и дунуть плана, работа не волк. Ещё не успело совсем стемнеть, как их всех взяли. Наивные гопники и правда думали, что полиция боится заезжать в негритянские кварталы, а правительство неспособно ничего сделать, потому что побоится обвинений в расизме и нарушении всяких там прав. Оказывается, когда серьёзным людям действительно нужно, то всё совсем не так. Допрос был очень жёстким, оказалось, что традиции гестапо не совсем забыты, а новые техники со старым отношением к делу быстро дают результат, когда это очень нужно. Через полтора часа следователи знали всё.

-------------------------------

Кёллер недовольно покачал головой, не удаётся следить за всем, а ещё и команда пока не слажена как следует. Тут с первого взгляда очевидно, что ничего не выгорит, а следак пытается давить. Этот задержанный явно ему не по зубам.

- Так ты продолжаешь утверждать, что тебя задержали ни за что!

- Ясное дело, по беспределу повязали.

- Прекрати паясничать, Акбар! Захват и пытки заложников, ограбление, помощь террористам в бегстве, это как называется?

- Это называется «левая пурга» и шитое по беспределу дело. Что мётлами трясти, выдвигайте обвинение, везите бумаги судье. Если у него чуть больше ума, чем у вас, то меня выпустят сходу, а если нет, то на суде поугораем вместе. Прям вижу заголовки «Полиция работает на подсосе у албанской братвы», «Полицейские подряжают насильников для отлова девушек». Жду не дождусь. Расскажу в суде то же, что и вам – в бар вбежала перепуганная девушка, за которой гнались двое гопников, как потом выяснилось, у обоих по ходке за групповое изнасилование. Мы с пацанами вышли посмотреть в чём дело, гопники чалились на мопеде, оба обдолбанные, рассматривают фотки этой голой девчонки, мы спрашиваем что типа происходит, почему гоняетесь за девушками, не в рабство ли захватываете, те за ножи, пришлось слегка применить силу. Тут судья мне скажет: «Акбар, ты должен был вызвать полицию!», а я ему отвечу: «Ваша честь, я уже собирался вызвать полицию, как они схватились за ножи и я понял, что жизни моей угрожает смертельная опасность!»

- Прекрати издеваться надо мной или мы поговорим по-другому! – рявкнул следователь.

- Я же говорю, у вас тут по беспределу, только про закон не надо, сами для начала соблюдайте свои законы, потом кидайте предъявы. Я рассказываю, как оно будет на суде.

- Вы четыре часа избивали заложников, душили пластиковыми мешками, угрожали кастрацией, убийством, изнасилованием!

- Я скажу на это в суде: «Ваша честь! Господа присяжные заседатели! Посмотрите на меня, посмотрите на моих друзей, если бы мы избивали вот этих двоих подряженных полицией уголовников в течение хотя бы десяти минут, то они были бы уже в морге. Где следы от побоев? Все обвинения основываются на фабрикациях следователя и бреде двоих отсидевших за изнасилование гопников!»

- Ты со своими головорезами заставил их принять наркотик!

- Именно так и скажи в суде, командир! Могу добавить – я ещё им и в штаны наложил, заставил стать насильниками и и подкинул по паре доз на будущее. Могу поспорить, что в ту неделю, что будет наш процесс, цирк можно смело закрывать. Но нет худа без добра, когда вас выгонят со службы, вам открыта дорога в любое шапито.

- Ты ограбил потерпевших, Акбар!

- Аллах с вами, господин следователь, - я забрал у двух торчков ножики и поставил в гараж их мопед, пока они не придут в себя, а то ещё убьют кого. Кстати, мопед зарегистрирован на другого человека. Потом я позвонил ихнему смотрящему и предложил ему зайти перетереть, в смысле, поговорить и привести хозяина мопеда. Вообще-то нам положена грамота в городской ратуше за разруливание ситуации, а не угрозы и унижения.

- Ты должен был позвонить в полицию!

- Зачем? Этих козлят мы с ребятами простили, хоть они хотели нас порезать, тем более, козлятки хвастались своими связями с легавыми и говорили, что заказ на девку пришёл от вас. Я не хотел поднимать вонь и выгнал их к шайтану, пока кумар не резвеется. Потом набежал ваш спецназ. Правду козлы говорили, то ли они у вас на подсосе, то ли вы у них, грязное это дело. В суде порадуются, в общем.

- Ты успел увести заложников меньше чем за минуту до спецоперации. У тебя просто хорошо поставлена система оповещения.

Акбар ехидно улыбнулся: - Мы сами в нашем районе всё улаживаем, без судов, полиции и беспредела, стараемся, чтобы всё шло правильным ходом. Потому нас и уважают. Мне кажется, что эти обдолбыши с полчаса бродили по пустырю, а показалось им одна минута. Я уверен, что смогу найти свидетелей, - он нагло сверкнул ослепительными зубами.

- Слушай меня, Акбар, нам нужна эта девчонка, она в розыске за терроризм и убийства. Твоя семья должна толстому Мансуру денег, говорят, 300 штук. За хорошую наводку на девку – 200 штук, за выдачу – 2 лимона!

Акбар пожал огромными плечами: - даже если бы хотел, я ничем не мог бы помочь.Я уже всё сказал, я говорил с ней один раз в жизни – сегодня утром, когда за ней гнались бандиты. Она вышла в заднюю дверь. Всё.

- То есть ты ещё не хочешь!

- Ты за кого меня держишь, командир? Предлагаешь ссучиться за бабки?

- Это честный обмен, если ты найдёшь способ помочь. В чём проблема, услуга – честная оплата, дело житейское.

- Все по себе судят. Хорошо хоть отсосать не предложили за сходную цену. А что, правда, для некоторых дело-то житейское. Услуга – честная оплата.

- Вот что, Акбар, мы можем закрыть тебя и очень надолго, даже бессрочно – по закону о борьбе с терроризмом, мы даже не обязаны предъявлять тебе обвинение, в специальном порядке, в секретную тюрьму, если ты…

- Ну да, работаете по беспределу, только вот прогибаться перед беспредельщиками понта нет, будут жать шаг за шагом, пока не согнут в бараний рог. Что думаешь, командир, я тут буду раком перед тобой ползать, только не закрывай меня по беспределу? Ты меня за кого принимаешь? Сейчас ваша сила, ты не кидай понты, достал перо так бей, ну закрывай, всё равно толку никакого не будет.

- Если учесть твоё прошлое, Акбар… участие в террористической организации, то дело действительно может принять очень нехороший оборот…

Турок презрительно усмехнулся: - Не надо брать меня на понт, командир, я не малолетка. Было по молодости, связался с коммунявками, потом развязался. МЛКП не считается террористической организацией в Германии, у неё здесь даже райкомы есть.

- Где твой брат?

- Какой из них?

- Заканчивай куражится, где Касим?

- Уехал за товаром.

- Прошло больше восьми часов, где он может быть?

- Откуда я могу знать, если я тут?

- Он уехал с девкой?

- Как нехорошо вы о женщинах отзываетесь… понятия не имею, мне пришлось разбираться с вашими людьми, которая пыталась порезать меня и двух охранников бара.

- У тебя могут быть предположения?

- Чего б нет, она девчонка красивая, он пацан заводной, несмотря на возраст. Поди трахаются где.

- Так ты решил издеваться надо мной!

Противно скрипнула старая дверь, чуть дунуло ветерком - Кёллер быстро вошёл в комнату.

- Иди к Хейде, получишь новое задание, - не поворачивая головы, буркнул он следаку. Следователь как-то съёжился и испарился буквально за пару секунд.

- Здравствуй, Акбар!

- О-о! Господин Кёллер!.. Жаль что вы тут. Неужели и вы тоже на подсосе у албанских бандосов? Как жалко разочаровываться в людях! Хотя, наверное, они на подсосе у вас, вы всё-таки Кёллер, не кто-нибудь.

- Думай что говоришь, Акбар, я всё-таки тебе в отцы гожусь и, могу напомнить, что если бы не я, то сейчас бы ты сидел и впереди был бы ещё очень долгий срок.

- Помню, если б не вы, пришили б мне ту мокруху, натурально б сейчас чалился на кичмане. Но вы делали своё дело, а не за меня тянули мазу, не так ли? Но без базара, вы для меня в натуре были в авторитете.

- Оставь, Акбар, пожалуйста, свой слэнг, ты отлично умеешь говорить на нормальном языке. У тебя хорошо получать играть отвязанного, несколько отмороженного братка, но в реальности ты совершенно другой.

- Что есть реальность, господин Кёллер? Я не играю братка, я частично такой и есть, это одна из моих Сущностей, потому и получается. Ну и внешность за меня работает. Среди братвы я в авторитете.

Кёллер пристально посмотрел на детину: - Сущности, говоришь… какой курс проходишь в своей Нейросети.

- Почему в моей? Она не моя ни разу. Какие мне, недоучке, курсы? Восьмой класс ещё не все сдал, да так по мелочи факультативы по интересам. Что с меня взять – болван, чурка из горной деревни, который даже школу закончить не смог.

- Я давно наблюдаю за тобой, Акбар. Ты один из самых умных, способных и благородных людей, которых я встречал за свою жизнь, а я встречал очень много народу. Школу ты не закончил не из-за недостатка способностей или прилежности, а совсем по другой причине.

- Играете доброго следователя и поёте мне дифирамбы, зачем, господин Кёллер, вы же умный человек?

- Я действительно так считаю, парень, терпеть не могу лгать. Пошли прогуляемся, пообщаемся.

- Я ж арестован. Где вы собрались гулять?

- Ты временно задержан для дачи показаний. Гуляют обычно по улице или предлагаешь нам гулять тут по комнате? Нет уж, за эти дни я тутозверел. «Хейде,» - скомандовал он куда-то: «оформи на парня бумаги.» - Тебе пришлют почтой, - повернулся он к слегка удивлённому верзили, - пошли. Или тебе тут понравилось?

После рабочего дня целые кварталы центра вымирали, если рядом не было крупных магазинов, баров или развлекательных комлексов. Уже включились световые панели, два человека шли по пустой улице, отбрасывая холодные прозрачные тени.

- Дошло, почему Вы этим занялись, погорячился, простите, - обаятельно улыбнулся Акбар.

Кёллер кивнул: - Нет проблем, хоть ты и не погорячился, а хотел разозлить меня и получить какую-ту информацию. Потому что ты, как говорят твои приятели «оказался в непонятном».

- Спрашивайте, что хотели, Вы ж не просто прогуляться вышли.

- Я хотел по делу спросить совсем немного, остальное лично для меня, ты принедлежишь к редкому типу людей, который сейчас у нас европах теперь встречается редко. Так я лучше понимаю жизнь.

- Это Вы-то не понимаете жизни?

- Её никогда не устаёшь понимать, сынок. Значит ты говорил следователю, что ейный дружок, которого ты видел до это всего пару раз, вчера около полуночи пригнал электроцикл и вроде как поставил его к вам в один из гаражных боксов, потому что договорился с Касимом заплатил за парковку на ночь, но сам ты ничего не видел. Примерно в полдень байк должна была забрать девушка Гюли, которая в баре появлялась с ним один раз. Парня ты по фотографии уверенно опознать не смог. Киваешь, типа согласен. Бывалый ты парень, Акбар, вечно «не уверен», «не обратил внимания», «точно не помню».

- Учёный уже, ляпни неосторожно, намертво вцепятся, слово не воробей, потом уже не отвертишься, очные ставки начнутся и вся бодяга. Лучше уж быть не уверенным, да и правда дел столько, что уже второстепенные вещи плохо помню. Жизнь такая.

Кёллер усмехнулся: - Знаешь, сынок, не ты один такой. Я вот тоже во многом не уверен. Вот, например, совсем не уверен, что этот парень мотоцикл вообще пригонял, а не у вас купил. Не уверен я, что Касим просто держит бар, где тусуются байкеры-рокеры, а не барыжит крадеными байками, а ты его со своей братвой прикрываешь. Но не пойман – не вор, верно? Ещё не уверен, что вашу территорию держит Касим, как многие думают, а не ты, красиво изображающий крутого «бригадира» у брата-бизнесмена. Касим – не особо удачливый торговец, попавший в дурацкую ситуацию из-за кредита. По глупости взял денег у одного турецкого авторитета. Что молчишь?

- А какой смысл разубеждать человека, который уже составил мнение?

- Все думают, что он взял триста штук, но есть мнение, что в реальности существенно больше. Вы выплачиваете постепенно с грабительскими процентами, но если он потребует возврата, то отдавать вам нечем и «по поняткам» он возьмёт твою территорию под себя. Это ты не позволяешь торговать дурью и девочками, а он с этого там хорошо заработает.

- Вам-то что за дело?

- Я могу тебе помочь, Акбар.

- Ну так с этого и надо было начинать, зачем весь этот балаган? Спасибо, но идти под полицая, даже отставного, это у нас «ссучиться», а понты дороже денег, извините, если Вас раздражает феня, но тут точнее сказать трудно.

- Как знаешь, но если прижмёт, обращайся. Я в состоянии обеспечить кредит под нормальные, а не бандитскими процентами, а тебя бы устроили к нам в фирму консультантом и ты бы постепенно отдавал из зарплаты. Ещё вариант – у меня есть кое-какие связи и толстяк Мансур не просто в момент бы забудет о кредите, а с радостью отдаст в десять раз больше, чтобы только у него не было проблем.

- Давайте не будем больше об этом говорить. Что у Вас ещё ко мне?

- Как знаешь, вот мой номер на всякий случай, мало ли что. Что ты думаешь случилось с Касимом? Он исчез. Это правда, тебя не «разводят», а он не сидит у нас в подвале.

Силач еле слышно вздохнул: - Думаю, он попал в переделку, может стал кувыркаться с девчонкой, а она ширнула его чем-то и он в отключке или заманила его к дружкам, закрыли где-то, пока она делает ноги. Я правда без понятия где он. Вы ж можете отследить коммуникатор, по камерам посмотреть, грузовичок у нас старый, тракера нет. Я не верю, что его убили. Если это океанийцы, как вы говорите, то вряд ли они убьют так походя. Девчонка, когда перебросилась со мной парой фраз, просила не убивать этих козлов. Думаю, чтоб меня не подставить и их было жалко. Если она агентша и бежала от них через пустырь, то такой шлёпнуть их там плёвое дело, но не стала. Такие как они убивают только по серьёзной причине. Думаю, Касим появится.

- Я тоже так думаю. Коммуникатор недоступен, как только выехали за город – отключили батарею или положили в железный ящик. Машина выехала за город на восток и больше на камеры не попадалась. Есть предположения где он может быть?

- Неужели Вы думаете, что я начну паниковать и выложу с перепугу всё, что думаю? Будет нужно – буду искать, сам, по-своему.

Кёллер улыбнулся: - У меня по делу всё. Чисто из интереса – девчонка она сексуальная, не зря работает не только в разведке, но и в этой индустрии. Но Касиму ведь за 40, он что, так теряет голову от всех смазливых баб?

- Не теряет, конечно. Но эта девчонка особенная какая-то. Когда она вбежала, задыхающаяся, перепуганная, растрёпанная, но Вы не поверите, у меня через несколько секунд на неё встал! И в голове помутилось, захотелось прям тут её трахнуть, а от того что за ней гонятся какие-то уроды, которые хотят её изнасиловать, меня просто распёрло. Если б она не попросила, я бы их убил.

- Понятно, - Кёллер кивнул головой, - она незаметно распылила смесь синтетических женских ферромонов. Такую выделяют женщины, готовые к сексу с победителем и ещё плюс испуг – нужда в защите, всё помноженное на отработанное поведение с определёнными невербальными сигналами. Возможно, были ещё вещества, усиливающие действие ферромонов.

- Спасибо, что объяснили, а то развела меня девка как последнего лоха. А что, можно найти где-то эти чёртовы ферромоны?

- Производство и распространение запрещено и приравнивается к наркотикам. Спецсредство. Не ты первый, Акбар, не ты последний. Противостоять этому для неподготовленного человека примерно так же сложно, как и противится действию наркотика. Лоси и жеребцы бьются из-за подобного насмерть, не замечая тяжелейших ран, а мужики кромсают друг друга в капусту в поединках. Ну так можно тебя спросить про личное?

- Спрашивайте, но отвечать не обещаю, мало ли что Вы спросите.

- С 18 лет ты был активным членом Марксистко-Ленинской Партии Курдистана. Два года ты отвечал за безопасность своего подпольного райкома. Ты служил в полицейском спецназе и полиция даже не могла тебя заподозрить. Ты успешно уводил товарищей от облав и раскусил всех провокаторов. Внезапно ты порвал с коммунистами и эмигрировал с братьями в Германию. Впоследствии турецкая полиция подозревала тебя в нескольких убийствах и, есть мнение, небезосновательно. За всю историю ты был единственным человеком, которого с таким прошлым списком не потребовали выдать по линии Интерпола и не убили бывшие товарищи по борьбе, про которых ты знал слишком много. Одно это говорит о твоём редком уме и изворотливости.

- Это опять утверждения, господин Кёллер. Что мне тут сказать?

- Почему ты ушёл от комми? Разочаровался, изменил политические взгляды или секрет?

- Да какие секреты? Просто дошло до жирафа, что коммунявки - обычная тоталитарная секта, такие же как упоротые клоуны из всяких дианетик, только шиза чуть другая. Пропагандируют, что у них-то не слепая вера, а типа точная наука. Но как задашь им пару простейших вопросов, так стремительный слив – начинают злобствовать, мошенничать, переводить стрелки или снисходительно обвинять в непонимании непонятно чего. Берут они тем же, как и все сектанты – ловят людей на желании счастья и справедливости, создают у жертвы иллюзию понимания. Типа был дурак дураком, а прочитал Манифест, а лучше томик Маркса и ты уже особенный, из приобщённых избранных.Не надо тебе изучать ни науки, ни знать историю, священного писания бородатых пророков более, чем достаточно, а если факты шокирующе расходятся с писанием, тем хуже для фактов. Малограмотному мальчишке из горной деревни опытные агитаторы легко заморочили голову, но потом мальчишка вырос.

- А ты сам дошёл до этих неудобных вопросов или подсказал кто?

- Сам, из здравого смысла. Читал я манифест, который у них символ веры и ещё первый раз меня покоробило во многих местах, тогда я по малолетству и неуверенности эти мысли отогнал. Но всегда внутри меня что-то свербило – неправильная это картина, есть целые куски, которые вообще вопиющая ложь и бред. Повзрослел, перечитал и честно признался себе, что ихний символ веры - слепленная ложью и мошенничеством агитка для малограмотных дебилов, как и всё остальное учение.

- У тебя от природы высокая критичность, то есть способность внутренней картины мира постоянно проверять себя на правильность с категорическим неприятием фальши, так компьютер постоянно проверяет свою систему на целостность. Так что конкретно тебя покоробило?

- Это Вы хорошо сказали – очень похоже на компьютер!  Первое меня удивило про семью, что типа буржуазия сорвала с семейных отношений трогательный сентиментальный покров и свела всё к чистогану. Тут даже не столько все вывернуто наоборот, сколько перекручено в какую-то бредовую картину. До капитализма людей вообще женили родители. Крестьяне выбирали невесту как рабочую лошадь и племенную корову с хорошим приданым. Жениха примерно так же. Всё цинично до предела. У дворян искали невесту из влиятельной семьи с приданым в виде земельных неделов и подобной сентиментальной романтикой. Глупости вроде любви никого не интересовали. Вон, Джульетте родители приказали выйти замуж за Париса и что? Она готовы была скорее умереть, чем ослушаться. В реальности, а не в пьесках, как сказал отец, так и будет – вот и вся романтика. Романтику и право людей жениться по любви принёс именно капитализм. Та же Женни вышла замуж за Маркса против воли родителей, что при «романтичном феодализме» даже представить было нельзя. Это каким надо быть упоротым идиотом, чтобы с пеной у рта утверждать что чёрное – это белое!

Кёллер рассмеялся: - надо же, несколько раз читал сам, а не обратил внимания! У тебя живой, не зашоренный природный ум. А ещё что?

- Например, марксисткая теория исторического материализма с неизбежным приходом коммунизма внутренне логически противоречива.

- Можешь доказать?

Легко. По их утверждениям сначала был первобытно-общинный строй без частной собственности, потом с развитием производительности труда выделились классы, появилось рабовладение, рабы боролись с рабовладельцами и кто победил, согласно марксизму?

- Феодалы.

- Точно. Дальше крепостные крестьяне боролись с феодалами и кто победил?

- Буржуазия.

Верно. Если следовать логическе, то в борьбе рабочих с капиталистами должены победить не рабочие, а некий третий класс. «Неизбежность победы пролетариата» постулируется, маскируясь словоблудием, но нигде не доказывается. Нет доказательства – нет науки, есть просто вера. В реальности общественно-экономические формации - просто шулерская подтасовка специально подобранных фактов, где всё противоречащее отбрасывается.

- Ты сам до этого додумался?

- Да, всё на поверхности, надо просто не бояться думать и не надо себя обманывать. Например, нигде в мире не было перехода внутри одного общества от рабовладельческого строя к феодальному. Римскую Империю добил племенной союз вандалов, территорию империи заселили германцы, у которых не было рабовладельческого строя и прямо от этой своей родовой военной демократии они перешли к феодализму. Римская Империя и её рабовладением погибла в конце 5 века, новые германские королевства образовались лет через 50, а феодализм сформировался в 9-11 веках. Вся история Западной Европы в главных чертах отлично известна задолго до Маркса, но он все переврал. Если факты расходятся с гипотезой, тем хуже для фактов.

- Да и со здравым смыслом тоже, - улыбнулся Кёллер, - как в марксизме, если буржуи соблазняют чужих жён, то это – общность жён, которая «существовала почти всегда». Если у меня с другом общий катер, то никто это не скрывает, а пользуется открыто. «Соблазнение» подразумевает скрытость, значит ни о какой общности не может быть и речи, это просто мошенничество. Весь маркизм основан на примитивно-ассоциативном мышлении, которым пользуются глупые примитивные люди и даже животные.

- Да, я не встречал умных марксистов, как не встречал исламистов-интеллектуалов, а уж я повидал и тех, и других.

- Что такое коммунизм – совершенно непонятно, ничего кроме бредовых отрывочных лозунгов, когда их объединяшь вместе, получается лютый бред. Как можно что-то строить с таким проектом? Это не архитекторы и не учёные, это шарлатаны. Забавно, но коммунизм возможен только при уничтожении разделения труда, то есть специализации, что опровергает как логика, так и практика.

- Да, у Энгельса рабочий полдня работает тачечником, а полдня – архитектором. Это отвечали на подпольных курсах толкователи священных текстор. До сих пор помню: «настанет время, когда не будет ни тачечников, ни архитекторов по профессии и когда человек, который в течение получаса давал указания как архитектор, будет затем в течение некоторого времени толкать тачку, пока не явится опять необходимость в его деятельности как архитектора.» Я тогда уже начал думать и посоветовал им не останавливаться на полдороги, а лечь на операцию к врачу, который полдня работает хирургом, а полдня плотником. Что было! Оказалось что я – ревизионист!

Кёллер расхохотался: - это самое страшное проклятие у марксистов, значит отступник, еретик, типа – классовый враг.

Разговор был интересным, но не очень к месту. Акбар не сомневался, что старая ищейка ждала чего-то, а прервать разговор и уйти было бы нарушением правил игры, которые тут устанавливал не он. Поэтому приходилось подыгрывать.

- Марксисты пытаются выставить себя единственными настоящими представителями некоего пролетариата, - придуманного класса. Что такое «пролетариат» - совершенно непонятно, потому что основоположники не дают определения ни что такое класс и как его определить, Маркс вообще не объясняет что такое пролетариат или рабочий класс, а Энгельс несёт чушь вроде «вынужденный продавать свой труд». Я спросил наших гуру как же так, ведь и рабочий на филиппинской фабрике, и батрак в Африке, и доктор в Германии, и инженер в Америке, и наёмный директор частного предприятия, и даже президенты Швеции и Эквадора относятся к одному классу! Следовательно, у них должны быть общие классовые интересы и всё такое, но невооружённым глазом видно, что это не так. Определение Ленина – тоже совершенно ни о чём, из него тоже нельзя получить никакой практической пользы. Меня осмеяли, сказав, что я пока не дошёл до необходимой степени мудрости, но так ничего и не объяснили. Вообще всё сплошь размыто, расплывчато, как в религиозных книгах, можно трактовать и так и этак.

- Кто ясно мыслит – ясно излагает, суть основоположники запутывают потоками словоблудия, а лозунги и агитки как раз ясные и предельно примитивные. Ленина, кстати, западная марксистская тусовка не очень признаёт за своего, в основном, это восточные секты. Нет ясных формулировок и определений, умные люди туда не идут, а идёт бесконечная грызня по любому вопросу с постоянными расколами вокруг наиболее авторитетных толкователей непогрегимых текстов.

- Я как-то спросил наших гуру, кто уполномачивал их выступать от имени «рабочего класса» и как они могут доказать, что пролетариат стремится именно к тому, что они ему приписывают – мне устроили истерику.

Кёллер на секунду замолчал, делая вид, что задумался, но опытному человеку было видно, что он слушал микронаушник и почти незаметно отправил какой-то сигнал.

- А как ты относишься к частной собственности?

- Отношусь как к факту, который есть. Частная собственность была всегда, ещё с появления простейших животных и насекомых. Птички поют не просто так, они обозначают свою частную собственность. Даже воробушек будет биться насмерть за свою территорию. Попробуйте в костюме медведя зайти на его территорию - разорвёт. Даже панда запросто разорвёт. Марксизм предлагает лечение от всех социальных проблем – отмену частной собственности, тогда всё наладится автоматически. Это тот же самый либерализм, только наоборот, у тех дай человеку собственность и невидимая рука рынка всё наладит автоматически. Вера, а не наука. Кстати, у человека собственность не столько частная, сколько малосемейная, как у животных. Все эти кланы, передающие собственность из поколение в поколение – по сути большая семья или небольшое родственное племя со своим ресурсом. Частная собственность была всегда, а всегда ли будет, не знаю. Я же не диалектик, чтобы фуфлыжничать.

- Да уж, диалектика, как она у Гегеля и Маркса с Энгельсом – шарлатанство первостатейное. Это шаманство вроде астрологии или гадании на картах, которая задним числом путём произвольных подтасовок объясняет всё, что угодно, только вот открытий с помощью этого гениального метода за огромное количество лет – ноль, а любые науки с тех времён сделали умопомрачительный прогресс. Метод адекватного отображения реальности, доказанный практикой, только один - научный,  - поддержал Кёллер, но тут же осёкся: - Акбар! Касима нашли! Он просит связи с тобой, прямо сейчас!

Неприметное движение фокусника и в руке Кёллера появились коммуникационные очки, тут же очутились в руке Акбара. Вторые были уже на Кёллере. Профессионал, что и говорить.

Голограмма Касима парила над самым тротуаром пустынной улицы, видимая только им двоим.– Акбар… братишка… - слабый голос доносится с койки-трансформера. Больничная палата, гибкие трубки отходят от обеих рук Касима, вокруг медицинские приборы. – Я помог этой девчонке сделать ксиву, а она вот как со мной… не беспокойся, кровь промоют от наркотика, всё будет хорошо. Помоги людям, что её разыскивают…, чем можешь…, возьми у ребят, что мастырят ксивы номер её аусвайса и прав на мотоцикл. Хочу, чтобы они её поймали. Сделаешь?

- Сделаю, брат.

- Спасибо, не тяни. Голограмма исчезла.

- Его нашли, когда он с трудом петлял на грузовике, в крови – наркотик, на руке – браслет от отпиленного наручника,след от удара шокером, - добавил Кёллер. Резко взвизгнули тормоза подлетевшей непримечательной машины, - давай Акбар, садись, тебя подбросят в твой район, в машине возьмёшь коммуникатор прямой связи. Потребуется любая помощь – немедленно сообщай. Ну давай, пошёл!

«Наверное, дали коридор, несётся наплевав на знаки и ограничения скорости, спешат очень,» - усмехнулся про себя Акбар. Касим под видом сбивчивой речи подал ему пару кодовых сигналов, которые вряд ли поймёт даже Кёллер. Смысл был такой, - показывай бурную деятельность и активное сотрудничество, но из штанов не выпрыгивай, это больше для вида, «не хочу, чтобы её поймали».

----------------------------------

Двадцать пять штук за колёса и забирай, - Касим нетерпеливо распахнул дверь гаражного бокса, -ещё пятифан за ксиву.

- С тобой же на 15 договаривались! – возмутилась Ореанна.

- Если б втихую забрала и свалила, то 15, а ты притащила с собой разборки с албанцами легавые как пить дать приедут и ещё тебе надо очень быстро делать ноги, - он усмехнулся, - не нравится, не бери. Вот тебе калитка и иди. А такой электроцикл стоит 60, а новый 80.

- Он краденый, специальной ограниченной партии с гарантией на каждую часть, ты его даже по запчастям не продашь. Ты попал когда решил им перебарыжить! За то что впряглись поклон вам, но попрекать этим женщину как-то так… Сам смотри, я уйду, легавые скоро нарисуются, а у тебя тут краденые колёса. Оно тебе надо?

- Что сказать-то хотела?

- 20 за колёса, 5 за ксиву. Это твой грузовичок стоит? Погрузишь мотоцикл в фургончик, подбросишь меня за город – с меня ещё 5 штук. Я покажу куда, тут с час ехать.

- Давай так, 20 плюс 5, 10 за доставку или пять и ещё полчасика натурой, деньги вперёд, - Касим недвусмысленно усмехнулся.

- Как я сказала – 20 и 5 сейчас, ещё 5 после доставки, если нормально доедем – будет доплата, деньгами или поласкаемся, там посмотрим. Внакладе не останешься.

- Договорились.

----------------

- Подожди в кабине, я схожу за ксивой.

- Привет, дедушка Алим! Да, я раньше приехал, так надо. Как там, ксивы на девушку готовы? Голофотка подошла? Всё как договорились, двойная цена за срочность, вот две тысячи, можешь не считать, как обычно. Благодарствую!

- Гюли, вот аусвайс, вот права на мотоцикл, запомни имя и фамилию, дату рождения, если потребуется – не путайся. Серьёзной проверки ксивы не выдержат, но пару месяцев перекантоваться можно, некоторые по нескольку лет, бывает, живут. Пока свежак, можешь спокойно мимо постовых сканеров проезжать, пропустят, проверено. Если возьмут, сама придумаешь отмазку, меня не сдавать. Что, отключить коммуникатор, чтоб не следили? А ты что, от полиции скрываешься? Ну ладно, за дополнительную плату… показывай, как правильно отключить.

Касим был очень доволен: наконец-то удалось сплавить зависший мотоцикл, по жадности купленный у угонщика за 10 тысяч, 3 тысячи с ксивы, минимум 5 за доставку, а тут глядишь и секс обломится, девка натурально кружила ему голову. Он не видел никакой опасности, девчонке с ним явно не справится, речи нет, силой он её он бы брать не стал, это не по понятиям. Может ли она завести его куда-то? А смысл? Что с него взять, старый полуторатонный грузовик? Кинуть на 5-10 тысяч с доставкой? Ну это в худшем случае.

--------------------------------

- Сука! Чтоб ты сдохла тварь! Как ты сумела меня развести, гнида! Вот благодарность, за то что её вытащили из говна! – Касим, прикованный за руку к трубе, выходящей из пола заброшенного гаража, немного выдохся, поток ругани и проклятий стал ослабевать.

- Хватит! – жёстко отрезала девчонка, - Будешь бушевать, ещё раз получишь шокером, а потом настоящую дозу и отключишься на полдня. У меня нет времени с тобой базарить, слушай, что я говорю.

Она совсем не была похожа на перепуганную до смерти беззащитную девушку, влетевшую к нему в пар пару часов назад. Можно не сомневаться, в случае чего – убьёт и глазом не моргнёт. Касим был уверен, ей уже доводилось это делать. Во попал как последний лох! Пустил слюни, приключений захотелось, старый дурак! Получай теперь приключения.

- Так надо, Касим, даже больше тебе, чем мне. Ты получишь 50 тысяч в качестве благодарности и извинений за неприятные моменты. Мы не забываем сделанного добра даже с прицелом на выгоду. Слушай, что тебе нужно сделать и где забрать деньги в закладке. Естественно, не самому, за тобой будут следить.… - потом девушка чётко перечислила за три минуты инструкции.

- Думаю, ты меня просто разводишь на мякине, чтоб я не сдал тебя, но если правда, то есть шанс, что хоть немного отдам долги.

- Я могла бы с тобой вообще не разговаривать, а сделать тебе укол и ты бы отрубился не на 15 минут, а на полдня. А если бы я была такой тварью, как ты описывал, то просто бы убила тебя. Сколько и кому ты должен?

- Толстуну Мансуру почти 500 штук осталось.

- Много, - она замолчала, будто слушая что-то, - много, но мы постараемся помочь. Не спрашивай, кто мы.

- Чай, не совсем дурак. Хотя ты можешь и подумать, что совсем, раз как баран привёз тебя сюда.

- У меня нет времени на разговоры, Касим. Повтори инструкции, если всё будет как полагается, заберёшь 50 штук, нет – полиция получить их координаты и ты останешься с носом. Я хочу, чтобы вы с Акбаром не пострадали из-за меня.

Ореанна прислушалась к микронаушнику. Ничего кроме короткого сигнала одобрения, она всё делает правильно. Рискованно связываться не через спутник, но в этом районе есть ещё несколько выходов в Нейросеть, пеленгаторов не замечено, а пока вычислят с дальнего расстояния, её тут уже не будет.

- Если мы правда получим полста тысяч, можешь ударить меня шокером ещё пять раз! – он улыбнулся.

- Повтори дважды координаты закладку с деньгами, потом я ударю тебя шокером и вколю наркотик, ты отрубишься на два часа. Когда придёшь в себя, у тебя в кармане будет дешёвый мультитул, его пилка распилит наручник за час-полтора. В бардачке своей машины возьмёшь свой качественный мультитул и распиришь толстый штырь, которым я запру гараж. Это ещё полтора-два часа. В нагрудном кармане рубашки у тебя будет капсула, когда ты выедешь из гаража и увидишь первую полицейскую машину или к тебе подъедут спецы – проглотишь эту капсулу и будешь вести себя как под сильной дозой - мычать невразумительное и всё такое. Капсула на час даст такую реакцию на анализ крови, что ты как будто под сильной дозой. Ну, а дальше, как я советовала – покажешь активное желание сотрудничасть, это в твоих интересах. Ладно, повтори инструкции и баиньки.

--------------------------------

Кёллер проводил блиц-совещание в час дня. Дела были не очень, девчонка сумела оторваться от преследования и получить фору в несколько часов, спасибо двум туркам-остолопам. Один уже сидел под арестом и ничего не знал, другого ещё надо было найти. Ну и албанские братки тоже не подкачали, так вляпаться в дерьмо на ровном месте надо иметь талант. С парнем-турком и его подопечным немцем тоже было всё не блестяще, не говоря уже об электрике.

Команда разрабатывала несполько вариантов, исходя из предположения, что девка ушла на мотоцикле, это самое оптимальное в её положении. Если был ещё один подельщик, сумевший её подобрать, то считай, сорвалась. Основных вариантов было два и мнения команды разделились почти поровну. Первый - преступница уходит в Гамбург, пытаясь затеряться в огромном портовом городе с высокой вероятностью попытки проникнуть на корабль или паром. Второй – она будет прорываться с северного  побережья, пытаясь завладеть лодкой или опять же, проникнуть на один из паромов. Её цель – выйти за 15-мильную погранзону, где её встретит подлодка, менее вероятно – гипер. Остальные варианты слишком рискованы – всё-таки она в розыске, ориентировки у всей полиции и не только. Курт и Хейде сокрушённо разводили руками – камерам и полицейским сканерам пока не удавалось зацепить ничего.

- Всех четверых в розыск как убийц, - резко, как он обычно, подвёл черту Кёллер. Усиленные патрули причалов – люди и дроны по побережью Северного моря, дополнительные видеопосты, особое наблюдение за всеми лодками. Порт Ганновера и район Куксхафена – режим антитеррора. Немедленно. Отрабатываем оба направления, свободные резервы - на прочёсывание района Куксхафена и дальше на запад до Фризских островов. Острова как щит закрывают побережье от подхода подлодки и хоть большинство считает, что девка попытается пройти именно там, я думаю, она ломанётся не на Фризы, а на Хельголанд. Проще всего туда попасть из Куксхафена, именно туда бросим резервы. Между Ганновером и Куксхафеном меньше 200 км, на мотоцикле без превышения скорости – полтора-два часа. Паром от Куксхафена до Хельголанда – максимум час. Усиленный режим введён три часа назад, если она чуть задержалась, то она именно в Куксхафене, это для неё мышеловка, если успела пройти, то дела хуже, но шанс всё равно неплохой. Для меня дополнительный аргумент против Фризов – Бременская агломерация напичкана камерами и постами, в Ольденбурге теперь тоже полно полиции.

--------------------------------

Ореанна с трудом сдерживала порыв заметаться по набережной, тем более здесь выходить в Нейросеть было нельзя, в Куксхафене было несколько сетевых пеленгаторов, а спутник будет через два часа. Совета ждать пока неоткуда. Хитрован, с которым договаривались об аренде катера, ответил, что ей надо зайти в полицию и получить разрешение – усиленный пограничный режим. Денег сверху ему было предлагать бессмысленно, чтобы не вызывать ненужных подозрений, девушка согласилась принести разрешение, но ближе к вечеру, а так она зайдёт пообедает и всё такое. Мало ли, а то бросится стучать, если она резко откажется.

У неё был час, максимум два, потом Куксхафен станет ловушкой.Лодок полно, но очевидно, моторку ни снять, ни угнать. Сейчас несезон, в городке почти сплошь местные, её возьмут влёгкую, даже не сбив дыхания. Она быстро прошлась по причалу. Мотоциклисток тут тоже было немного, тем более с большими сумками. Надо заканчивать, иначе вот-вот вызовет подозрение.

Ореанна спрятала мотоцикл в лесочке, забросав канавку ветками. Если вдруг прижмёт, можно достать и попробовать скрыться, правда, это был самообман для успокоения измотанных нервов. Скоро мотоцикл всё равно найдут, но хоть не так быстро, как на улице. Как же хочется спать!

Девушка растерянно шла по по почти пустой набережной. Скоро паром на Хельголанд, но у входа на паром камеры, сканеры и полиция, а у неё левый аусвайс. По документу она беженка с разрешением на постоянное проживание, живёт в лагере на юге страны. Ну да, сама в дорогом мотокостюме и спешит на Хельголанд. С такой легендой её повяжет первый полицейский у парома. Сейчас группа технического анализа землю роет, ищет нужные сочетания – непонятные документы, сигналы системы распознавания образов, появление объектов в подозрительных местах, через 5-6 часов её вычислят. Время летело, решение не приходило. Старая кривая улочка. Парк. Несколько наркоманов на скамейках. Взгляд падает на опустившуюся девушку её возраста. Даже не специалисту видно, что это третья стадия. Возврата практически нет, а была когда-то красивая девчонка… В мозгу словно замкнули контакт, это шанс.

- Ты куда это собралась, Ханна! Давно в обезьяннике не сидела? - пузатый пожилой полицейский перегородил вход трапа на скоростной паром.

Девушка в вонючей ветровке подняла серые мутные глаза, нервным движением расстегнула и застегнула «молнию» на воротнике, дёрнула головой, грязные патлы с вплетёнными выцветшими лентами мотнулись по серому опухшему лицу.

- Дядюшка Йенс, на Хельголанде рабочих набирают –после шторма мусор убирать. Я «завязать» хочу. Врач говорит, работать надо. Видишь, деньги не на дозу потратила, на билет!

Полицай смягчился: - Ладно иди, на нижнюю палубу, помойся лучше, одежду постирай.

- Зачем, мусор вонючий, всё равно пропахну насквозь, тогда и помоюсь.

- Ладно, иди. Будешь приставать к людям или проститутничать с работягами – закрою. На Хельголанде люди упакованные тусуются, не отсвечивай. Поняла?

Наркоманка кивнула. Полицейский чуть слышно вздохнул. Хорошая была девчонка, маленькая – как куколка просто, радость родителям. Потом работы нет, сидела на социале, сожитель подсел на наркоту и её втянул. Обычная история. Сам сдох уже, а она тоже пропадёт. Не вылечится она, трёп один. Наверное, на пару доз хочет заработать. Хотя выглядит и правда намного лучше, не такая отёкшая, лицо хоть и серое, но не землистое, глазки поблёскивают. Изменилась даже, встретил бы в другом городе, наверное не узнал бы. Но движение, которым молнию на воротнике дёргает, он помнил с тех пор, как она ещё в школе была. Красавица была Ханна. Нервная, но хорошая. Жалко очень. Где только деньги наскребла на билет? Пойдёт попрошайничать, так арестуют сразу, так где тусуются состоятельные люди, босоте не место. Йенс ещё раз вздохнул и посмотрел на жиденькую очередь из пассажиров, у который седой матрос со сканером проверял билеты. Да, нет работы молодёжи, если старики так за место держатся. Роботы всё заполонили, тут не ставят, потому что потока большого нет. Полицейский ещё раз окинул взглядом очередь. Десяток местных, из них пяток работяг, полсотни богатых туристов с яхт. Там, на Хельголанде, у них гнездо, свободная зона, вроде и Германия, а остров в Евросоюз не входит. Свои правила, а сейчас вообще оффшор. Пока зимние шторма, богатенькие буратины и «граждане мира» шарятся по Европе, через месяц начнут назад сползаться, городку хоть деньги потекут. Гавань там знатную сделали – тридцать тысяч одних только яхт на стоянке. Кого там только нет. Если одному из десяти захочется с похмелья выйти в море между штормами – голова кругом, везде паруса и катера, а уж летом так вообще. Старый полицейский покачал головой. Живут же некоторые. А Ханну жалко, да одна она что ли? Немцы вымирают, а всякое дерьмо со всего света прибивает к их берегам. Ладно б морской мусор. Человеческий.

----------------------------------------------

- Гюнтер, ты был прав! – Курт чуть не подскакивал от возбуждения, он сам себя не узнавал, умеет же Кёллер, старый чёрт, так завести команду! – Она на Хельголанде! Проникла на паром в 13:10 под видом местной девушки-наркоманки. Опять повезло гадюке! Режим антитеррора ввели буквально через пятнадцать минут.

Кёллер оторвался от огромной кружки-термоса с невероятно крепким кофе: - Ясное дело, местные дятлы-полицаи её пропустили и на вход, и на выход. Мне только что пришли результаты по её поддельному аусвайсу с дорожных сканеров – около полудня она уже была в Куксхафене.

- Мы уже раскручиваем этого имбецила-полицая. Девку-наркоманку нашли в притоне, она ловит приход…

- Оставь это молодёжи, Курт, поезд ушёл почти 6 часов назад. Неужели непонятно, что скажет полицай, на фотке она всё равно на себя не похоже, я её знал лично, но преступница под неё отлично замаскировалась, копировала её характерные привычки, ещё она знала моё имя и у неё были документы. Неужели непонятно, что скажет торчушка, если она способна будет вспомнить: встреченная преступница её обаяла, рассказал душещипательную историю как осталась без документов и как ей необходимо попасть на остров, выдоила из наивной девушки необходимую информацию, купила ей новую одежду и переоделась в её старую, дала денег на десяток доз, а потом украла документы. Хотя документы она продала ей сама.

- Так преступница не поменялась одеждой с наркоманкой? – влез тихо сидевший до это в углу Министр.

- Разумеется нет, она же не идиотка, на старой одежде может остаться биоматериал. Она купила торчушке новую одежду. Можете послать людей побегать по местным магазинчикам, обеих наверняка опознают, хотя вы вряд ли что узнаете нового.

- Так полицая и наркоманку что, не допрашивать что-ли? – растерялся Курт.

- Допрашивать, конечно. Вдруг что-то интересное скажут, но вероятность этого ничтожна. Отправьте к ним агентов, от которых меньше всего толку, типа лучших полицейских из Министерства. Пусть хоть чем-то займутся, заодно тут перестанут отираться. Местную полицию и тех министерских, которые хоть к чему-то способны, отправьте прочёсывать Хельголанд. Они, в принципе, тоже ничего не найдут, пусть хоть жирок растрясут.

- Господин Кёллер, - будничным тоном обратилась к нему Хейде, - я связалась со штабом ВМФ, они усиленно патрулируют границу с момента антитеррора, но могут перебросить дополнительные силы на периметр у Хельголанда. Нужен только Ваш формальный запрос. Они сообщают, что полчаса назад засекли два автожира непонятной принадлежности, один – 60 миль норд-норд-вест от  Хельголанда, второй 100 миль норд-вест. Через десять минут объекты были потеряны, возможно, приводнились или перешли на предельно малую высоту. Авиация на перехват не вылетала. С момента режима антитеррора всем плавсредствам, кроме больших кораблей из портов, запрещено без специального разрешения приближаться к границе ближе, чем на две мили.

- Ты молодчина, Хейде. Дай я введу свой код на запрос с твоего монитора. Пошли им сигнал, пусть отправят патрульники на перехват автожиров. Хотя, думаю, уже поздно, но вдруг. Передай, что если нарушения границы не будет, авиации ни в коем случае не открывать огонь, хоть это они и сами знают, но лучше повторить в таком деле.

- Отправлено. Ещё одна нехорошая новость, господин Кёллер: на Хельголанде полуанархистская-полухиппозная тусовка со всего мира, там больше 30 тысяч яхт, нормальных состоятельных людей и этих тусовщиков примерно пополам. Кто-то организовал это отвязное гнездо через сеть поднять бучу против антитеррористических учений. Типа, это проба наступления на их гражданские права. Шесть тысяч посудин вышли в море и тусуются вдоль пятнадцатимильной границы. Около тысячи периодически заскакивают на милю в запрещённую зону и тут же выходят назад, береговой охране нагло отвечают, что они сбились с курса. Охрана сбивается с ног, гоняет придурков, некоторых задерживает, но задержать такое количество они не в состоянии, на это отморзь и рассчитывает. Пограничники хотят привлечь флот, чтобу устроить разгон.

- Как давно это началось?

- Говорят, часа два назад, а сейчас там вообще вакханалия. Погранцы боятся, что скоро сталкиваться между собой начнут, но там в основном мореходы бывалые.

- Как с адресными предупреждениями?

- Никак, всем возможным симпатизантам океанийцев из базы данных посланы серьёзные предупреждения о поддержки терроризма и ориентировки на девчонку. Их периодически проверяли дронами, но пока ноль. Полицейская и спецслужбовская агентура тоже ничего не накопала.

- Плохо… - Кёллер недовольно покачал головой, - плохо…

- Что плохо?! – не выдержал Министр, - что с преступницей?!

- Думаю, что она уже ушла.

- Смотрите! – опять подскочил Курт (так я скоро неврастеником стану, подумал он про себя), - есть запись, около трёх часов дня молодая женщина с документами наркоманки заходила куда бы вы думали? В дорогой спортзал! У них есть запись – приходила на час по пробному бесплатному билету. К сожалению, видеозаписи нет, она как-то обошла камеру.

- Что за бред? – пожал плечами Министр, - какой к дьяволу ей спортзал? Там сообщники?

Кёллер на несколько секунд задумался: - Всё правильно, именно туда она и должна была пойти.

Все удивлённо молчали. Гюнтер выдержал паузу и снисходительно пояснил: - Она выбросила одежду наркоманки, у неё наверняка были вши, кроме того она куприла в аптеке препараты, вызывающие сильный отёк лица, чтобы сойти за наркоманку. Теперь она выпила мочегонное, раздобыла пробный билет и отправилась в дорогой спортзал потому что там сауна и можно подцепить состоятельного мужчину с яхтой. Там есть несколько залов с бассейнами и общей сауной, лучшего места в три часа дня трудно придумать. Ищите среди дорогих яхт. Хотя, похоже, уже поздно.

- Гюнтер, - коротышка Отто влетел в штаб, - Ахмад точно ничего нам не скажет по электрику, говорит, что насколько мог – помог, а тут ничего не знает. Врёт, конечно. Прессовать его дальше не имеет смысла, я раскручиваю Малика, а пахана под каток?

- Подготовь всё под каток, доставьте его сюда, я с ним попробую поговорить сам. Вряд ли получится, но пусть будет последний шанс. Да, сиди разговаривай с Маликом, я дам знать, как закончится разговор.

- Гюнтер! – сообщили от дальней группы мониторов, - автожиры сбросили буи в четырёхстах метрах от границы, потом приводнились, объявили, что они океанологи из Океанийского Союза, военные пытаются выловить малую подлодку, но говорят, что пока ничего.

- Там и не будет ничего, девчонка уже ушла с ластами и дыхательным аппаратом.

- Вода же ледяная! – удивился Министр, - а зачем два автожира на таком большом расстоянии друг от друга.

- Гидрокостюм. Насчёт вашего второго вопроса тоже всё просто – они пытаются создать у нас впечатление, что ушла и вторая группа, авось мы клюнем. Но мы не клюнем.

- А что по второй группе? Давно ничего не было…

- Леса в местах потенциального укрытия прочёсывает армия под легендой учений. Правда патроны боевые. Пока ничего, но, думаю, ночью у наших клиентов нервы не выдержат и они ломанутся на прорыв, тем более подлодка недалеко.

- Куда и каким способом, Вы думаете, они пойдут, господин Кёллер?

- Наиболее вероятно – через Фризские острова на чем-то вроде мотоплана или же на надувной лодке и потом малой подлодкой. Почему именно там – подумайте сами, у меня дела. На этот раз мы их будем больше встречать, чем бегать за ними.

- Гюнтер, - погранцы сообщают, что в полутора милях от границы стоит на электронном якоре и уже полчаса не двигается шикарная яхта, владелец – сын… тут он назвал имя, от которого некоторые в штабе присвистнули. Его побаивались трогать, тем более, он не дёргался. Так вот, на запросы он не отвечает… Группу захвата…

- Нет, врача и местных полицаев, пусть развлекаются. Потом пошлите кого-нибудь из наших балбесов снять показания на всякий случай.

- Гюнтер! Автожиры взлетели, - буднично сообщила Хейде, курс-норд.

Тот кивнул: - всё, я занят.

--------------------------------------------

Подкатывалась ночь. Голографические очки высвечивали бледную структуру каркаса аппарата, ярко выделяя место проводки. Ровшан, чуть закусив губу, тщательно вёл по воздуху толстым тридцатисантиметровым стержнем, похожим на огромную ручку. Пятимиллиметровая колбаска композитной пасты, выползавшая из отверстия, тут же застывала каркасом маленького самолёта.

Немец с изумлением пялился на конструкцию: - Всё-таки вы серьёзно опережаете нас в некоторых вещах!

Ровшан не ответил, придирчиво проверяя ещё тёплый скелет надувного самолёта, напоминавший проволочную скульптуру экстравагантного дизайнера-футуриста. – Можно натягивать обшивку, - хрипло выдавил он вместо ответа. Усталость начинала брать своё. Ничего, он потерпит, недолго осталось.

Немец молча развернул рулон странной ткани, послушно следуя указаниям океанийского шпиона. – Вот тут и тут может сломаться, - тихо, но с напором подчернул старый инженер.

- Не должно, здесь поддержит надувной модуль. На, посмотри в очках.

Немец тщательно рассмотрел виртуальную конструкцию – было чётко видно что было уже закончено и где и что нужно ещё сделать. Потом степенно кивнул, - хорошо сделано. А вот эти клапана на обшивки они что, для динамической поддувки в воздухе?

- Да, набегающий поток автоматически поддувает модули, даже если будет серьёзная утечка, жёсткость не потеряется. Скорость полёта 120, но может дать и 140.

Немец с уважением кивнул, стараясь не показывать виду, но голос хрипел всё сильнее: - вы так печатаете свою малую авиацию?

- Нет, - пока это безумно дорого, материал, качественный ручной стереопринтер и прочее. Это для ммм… специальных ситуаций, когда нет других вариантов. Вообще такой аппарат на несколько полётов, потом материал начинает сдавать. – Ровшан говорил, доставая из сумки несколько раздвижных трубок тут же прилаживая их к конструкции.

- Помоги мне поставить движок, вдвоём сподручнее. Давай сюда винт…

Тихо пискнул сигнал тревоги. Поставленный маленьким дроном на верхушке дерева детектор засёк опасность.

Ровшан отработанным движением бросил поверх почти собранного самолётика маскировочную сетку и несколько припасённых ёлочных лап.

Они заползли под большую ель, скорее чувствуя, чем слыша зависшего в нескольких десятков метрах полицейского дрона. Дрон сделал несколько зигзагов над мокрыми деревьями, метнулся в сторону, завис в полукилометре, порыскал несколько минут и умчался за горизонт. Заряд у него, всё-таки не бесконечный.

- Площадь поиска большая, - тихо сказал немец, - не хватает дронов контролировать. Он почти не мог говорить, голос садился, сильно болело горло. Почти двое суток в холодном весеннем лесу, да ещё в его годы. Он старался не показывать виду, но становилось всё хуже.

- Да, но если засидимся, то скоро найдут. Мы сделаем ошибку и нас увидят, а если нет, то рано или поздно облава дойдёт до нас.

Заканчивали самолётик молча, уже в темноте. Это был третий дрон за сегодня и седьмой за два дня. Несколко раз они меняли место, уходя от сжимающихся клещей облавы, но бензин в мотоциклах заканивался, топлива оставалось только на самолёт. Когда проходил спутник, Ровшан советовался с кем-то по закрытой Нейросети. Был вариант подлететь ночью поближе к Гамбургу и постараться залечь там, но их ориентировки на каждом углу, а ещё напарнику на глазах становится хуже. Лекарства помогают, иначе он бы вообще слёг, но лекарств целевого действия нет, взять их сейчас негде и всё равно ему надо лежать, а не бегать. Будь Ровшан один, он мог бы сделать схрон и зарыться, цепь обычных солдат вряд ли обнаружит, а потом он, наверное, смог бы выжить в лесу нужное время, но это если один. Нет, надо уходить сегодня ночью. Как там Ореанна?

Мотоциклы закопали в размокшей лесной промоине, через пару лет грозившей превратиться в небольшой Тогда уже будет всё равно. Главное, сейчас было легко копать. Пока возились, было уже одиннадцать. Ровшан устроил напарника поспать под елью, а сам только пару раз отключался в самогипнозе на пятнадцать минут. Ещё раз пролетал дрон, но вдалеке. Деревья поскрипывали под усиливавшимся ветром. Накрапывал мелкий протвный дождь. Пришло сообщение со спутника – к утру будет сильный шквалистый ветер, дождь со снегом, непогода идёт с севера. Их летающий презерватив такого не выдержит, времени очень мало. Ещё сообщение: Ореанна прошла, она на подлодке. От этого внутри разлилось счастливое тепло. Ну что-ж, теперь и им пора, надо будить напарника.

Они тащили эвакуационный самолёт метров двести до поляны с длинным пологим косогором. Оставалось ещё немного топлива для насоса, чтобы надуть аппарат. Это хорошо, качать ножным насосом совсем не хотелось. Очки помнили и подсвечивали путь, найденный ещё утром, там при взлёте можно не бояться было коряг и камней. Немец придирчиво проверил хорошо ли надута скользкая секторная взлётная лыжа, колёс у них не было. Хорошо, что трава мокрая! – просипел напарник.

Ровшан кивнул и пошёл укладывать в маленькой пещерке почти все вещи, выставив таймер термоликвидаторов на два часа ночи. Если инфракрасный детектор дрона засечёт это, то уже всё равно.

Тёмная тень скользнула по косогору и неожиданно легко прыгнула выше верхушек деревьев.

- Ну вот и полетели, Марта! – одними губами сказал немец. Из всего, что у него было, оставалась только капсула с пеплом.

-------------------------------------------

- Все резервы перебросить на патрулирование береговой линии, особое внимание на Фризы, - отдал распоряжение Кёллер, - с севера идёт непогода, дождь со снегом и порывистый ветер. Фигуранты ломанутся или в ближайшие час-два, или уйдут к Гамбургу. Поднимите там местную полицию. Думаю, наши друзья пойдут чем-то вроде складного мотоплана. Скорость у него небольшая 60-80, но нельзя исключать будет больше.

На пол упала большая тень: - Гюнтер, - что с Ахмадом-то делать? Будешь заканчивать или что? – спросил тяжёлый бас.

- Да, Рольф, сейчас пойду договорю с ним. Отто, когда подам сигнал 2 – начинай с Маликом. Пока я говорю, вызывать меня только если совсем срочно.

Маленький толстенький Ахмад с хитрой улыбкой и лукавыми глазками выглядел хозяином лавки восточных сладостей или, на худой конец, торговецем арабскими коврами. Однако, он держал в кулаке один из самых проблемных криминальных районов всей Европы. Давить на него дальше было бесполезно. Оставались только пытки, но тут они могли не дать результата, хитрый Ахмад мог упустить какую-нибудь незаметную деталь и всё.

Однако и без пыток неприятностей у него хватало – за два дня эти ищейки раскрутили столько, сколько подторможенные вялые полицаи не смогли найти за все эти годы. Бригада Ахмада умела прятать концы в воду, но тут за них взялись лучшие профессионалы Европы. Коротышка Отто показал папку и сказал прямо: - будешь и дальше играть в несознанку, сядешь на двадцать лет. В папке, наверняка, были не все козыри, но и тех хватало. Ахмаду сейчас 50. Двадцать лет… Много.

Старый бандит честно помог людям Кёллера два дня назад насколько было возможно и поначалу вопросы к нему кончились, откуда старый Гюнтер узнал, что Ахмад мог помочь найти главного фигуранта?! Этого не должен был знать никто из доверенных людей, но кто-то его сдал. Когда-то давно была соврешена незаметная ошибка, вот он результат.

Шурша откатилась дверь комнаты допросов, вот и Кёллер. Ахмад попытался устроиться поудобнее на жёстком, привинченном к полу стуле.

- Ну что, подумал?

- Я уже всё сказал, мне нечего добавить.

- Ты можешь пойти по программе защиты свидетелей, я это устрою…

- А смысл? Прятаться как крыса до конца жизни? Ссучится перед всей братвой? Все, кто подписывался за меня, окажутся запомоенными. Это неправильно. И ещё, насколько я понимаю весь лютый кипежь, тот, кого вы ищете - человек старого Фейсала. Я не знал этого, но это без разницы. Сдать человека Фейсала – это подписать себе смертный приговор. Они никогда не отступятся и никогда не забудут. Давайте заканчивать это. Оформляйте свои бумажки.

Кёллер молча открыл папку.

- Вот как, значит, как вы благодарите меня за помощь!

- Мы обещали помочь тебе, Ахмад, если ты поможешь нам. Ты не полностью помог нам и я тоже не полностью вытащу тебя из задницы. Вот всё что я могу для тебя сделать, - сыщик взял из папки три листа и подтолкнул их через стол, - прочитай и подпиши.

- У Вас своеобразный юмор, - Ахмад широко улыбнулся, - подписать признание что работал в террористической организации в добавок к организации преступного сообщества! Я даже не знаю, как Вам вежливо ответить на такое оригинальное предложение.

- Если не знаешь, спроси. Я отвечу, как всё закончится, можешь прислать небольшое пожертвование в фонд благоустройства города. Ты в курсе о новом законе, в курсе, что наше демократическое государство придало ему обратную силу?

- Слышал, конечно, но не вникал, благодаря усилиям Ваших ребят я был очень занят последние дни.

- Ты давно и легально получил германский паспорт, но по новому закону лишить германского гражданства могут в двух случаях – если заявитель целенаправленно лгал при подаче заявления или если он является участником террористической организации. Второе ещё требует разъяснений законников когда стал являться, но одно несоменно – если на момент подачи заявления ты состоял в террористической организации и не указал это в заявлении на гражданство – да-да, всем смешно. Так вот, если это имело место и доказано, то ты будешь выслан в страну, откуда прибыл, если ты не осуждён немецким судом к настоящему моменту. В твоём чистосердечном признании сказано, что ты состоял в организации, но не совершал никаких тяжких преступлений от её имени. У полиции пока тоже нет на тебя практически ничего для суда. Мы можем придержать бумаги из папки и я обещаю тебе устроить высылку в течение трёх суток. В Европе ты, естественно, больше никогда не появишься.

- Что будет с моими людьми?

- Твои ближайшие помощники и особо активные пацаны сделают также, если ты им это настоятельно посоветуешь. Вот спискок тех, кого тебе надо будет убедить. Если они не подпишут, то сядут. Надолго.

Ахмад несколько раз прочитал список и первый раз за эти дни на мгновение потерял контроль над собой. Лицо перекосило что-то среднее между оскалом и нехорошей улыбкой: - Я понял, кто меня сдал, господин Кёллер! Дурачок Малик! Как только я раньше не догадался! Видимо, старею.

Внезапно Ахмад рассмеялся чистым, почти детским смехом: - Нет-нет, господин Кёллер! Я даю слово, что не буду его убивать! Мои пацаны тоже. В этом не будет необходимости, - он почти задыхался от смеха, - подумать только, он решил занять моё место! Я даже говорить никому из братвы не буду! Ха-ха-ха…

Продолжая смеяться Ахмад взял ручку и поставил внизу протокола число и подпись.

В соседней комнате Малик уже увлечённы выкладывал всё, что знал. Сам Кёллер гарантировал ему, что всю верхушку их бригады срежут подчистую и перетасуют карты так, что он останется главным. Исполнялись его самые безумные мечты. Малик был уверен, ему «попёрло», это только начало.

На срочной летучке Отто доложил по Малику. Резидент был известен кое-кому в криминальных кругах как Муса, безупречно говорил на арабском, турецком и немецком языках, свободно изъяснялся на английском, французском и фарси, понимал славянские языки. Пять лет назад Муса пытался выкупить у алжирской братвы некую секс-рабыню. Алжирцы посчитали Мусу лохом и решили «кинуть», а когда тот не отдал деньги без товара, то есть попросту ограбить. Поехавшие на встречу с лохом хозяин и начальник охраны криминального борделя бесследно исчезли. Охранник борделя (частного дома на окраине Мюнхена) был застрелен, рабыни разбежались. Брат хозяина, он же совладелец, пытался погнать волну но вечером следующего дня умер от сердечного приступа, от него же (пока был жив) стали известны некие детали. Алжирские «авторитеты» вышли на Ахмада, который отдалённо знал Мусу. Ахмад разъяснил алжирцам, что Муса крайне опасный, но придерживающихся строгих понятий авторитет, за которым стоят очень серьёзные люди. Подписываться под алжирцев и бодаться с Мусой и его крышей он не будет и им не советует. Алжирцы порешили закрыть тему и объявили своей братве, что покойные сами виноваты, так как пытались вершить беспредел. Серьёзной бригадой неудачливые рабовладельцы не были, особых связей у них тоже не нашлось, так мелкая банда беспредельщиков. В общем, на том и порешили. Чтобы не привлекать внимание полиции и СМИ была разыграна дешёвая сценка – нашли двух беглых рабынь, те дали показания полиции что слышали звуки ссоры и выстрел, а потом видели как убежали двое фигурантов, которые потом оказались пропавшими. Это удовлетворило всех, полиции по результатам расследования заявила, что начальник охраны и хозяин подпольного борделя в результате конфликта застрелили охранника, после чего скрылись и были объявлены в безрезультатный розыск.

- Я тогда ещё как услышал об это деле, сразу сказал, что фуфло, - вставил Кёллер.

Отто кивнул и продолжил. Но это всё история, вот что по делу: Малик говорит, что рабыня Хала, из-за которой всё это случилось, совсем недавно жила в Берлине, где-то в районе Панкова в арабском квартале. У неё  время от времени жил наш фигурантом, настоящее, точнее, главное, имя у него, видимо, Икрам. По всей видимости, это имя используется в официальном аусвайсе. Поиск Халы и Икрама по базам данных Панкова и даже Берлина нужных результатов не дал, Курт ищет по системе распознавания образов но пока ничего. Фоторобот Халы, составленный Маликом не сработал.

- Искать араба с именем Икрам, - вставил смуглый неприметный дядька, - всё равно что ловить немца с именем Фридрих или русского с именем Сергей, если образ на голограмме изменён, то дохлый номер. Хала, по-арабски значит «сладкая», это скорее всего не имя, а прозвище проститутки-невольницы. Вводных совершенно недостаточно и вот из-за этого Малику будет куча сладостей?

Коренастый крепыш улыбнулся, а теперь главное: близкая подруга по плену нашей сладкой Халы, одна из двух девушек, что дали показания полиции, натурализовалась, вышла замуж за араба, родила и сейчас живёт в Штутгарте. Именно она сказала Малику про Берлин и ещё одно имя Мусы. Её зовут Карима, фамилии он не знает, но у него есть фотография. Естественно, уже разыскали…

- Так он общался с ней после всего? – удивился смуглый.

- Именно так. Периодически ней и немного с Халой, пока Хала не прекратила с ним общение и не исчезла с горизонта.

- Как всё закручено, очень странно! - сказал кто-то.

- Ничего странного, - общение Ахмада с алжирцами какое-то время шло через Малика, а тот пользовался услугами их борделей, часто бесплатно, он падок на халяву. Эту точку он тоже знал и ему очень нравилась Хала, а с Каримой у него были отношения, похожие на дружбу. После того как некто убил охранника, он передал пленницам документы, которые у них отобрали рабовладельцы. С этими документами девушки подали на беженство. В те годы был период ужесточения и для получения вида на жительство с правом на работу надо было иметь работу в течение трёх месяцев. У нас центры секс-досуга разрешены и платят налоги, практически все разбежавшиеся девушки устроились на первое время по последней профессии. Карима и Хала были в одном заведении, где их разыскал Малик и он же захаживал к ним как клиент. Через несколько месяцев Хала куда-то исчезла. Карима сказала, что объявился мужчина, который её увёз, она слышала, как та назвала его по телефону «Икрам». Своего настоящего имени Кариме Хала так и не сказала. Карима говорит, что она безумно влюбилась в Икрама. Карима проработала в заведении пару лет, потом сменила работу. Через несколько лет она работала полгода в Берлине и совершенно случайно увидела Халу в электричке. Та смутилась, они поболтали, Хана вышла в районе Панков с покупками, сказала что да, она живёт «с тем мужчиной». Всё это Карима выболтала Малику, но больше в постели они не встречались, потому что та выходила замуж. Вот это версия Малика.

- Анжей и Хейде, берёте «вертушку» и в Штудгарт. С этой Каримой не церемониться, - сказал, как отрезал Кёллер, - в электричке она её встретила, случайно, имени не знает… - Он криво усмехнулся уголком рта.

- Вертушку на крышу, немедленно, - тут же передал кому-то оператор.

Народ стал расходиться по местам.

- Что там с той парой? - тихо, спросил Министр. Он снова появился, но стрался «не отсвечивать» и выглядел подавленным с тех пор как девчонке удалось уйти.

- Работаем, час назад в лесу сеть дронов со с металлодетекторами нашла два закопанных мотоцикла и уничтоженное снаряжение, - ответил дежурный, - есть след взлёта какой-то странной фигни. Там работает группа, но сейчас это уже прошлогодний снег. Фигуранты улетели часа два-три назад. Специалисты из коммандос говорят, что скорее всего идут зигзагами с посадкой. Скорее всего их направляет спутник, потому что их не заметил ни один пост, ни один патруль. Кёллер ожидает, что вот-вот пойдут на прорыв.

- Господин Министр, - вы б занялись чем-нибудь интересным, - тихим, но жёстким голосом проговорил Кёллер. У нас сейчас все работают на полную. Ребят, дайте ему посмотреть что-нибудь. Ну, например, допрос балбесов с яхты.

Министр тихо вздохнул, отвернулся и включил голоплейер.

- Знаешь, парень, я частный детектив и у нас пока просто беседа. Будешь лезть в бутылку, пущу к тебе адвоката и позову полицая из соседней комнаты, будешь говорить под протокол. Тебе предъявят обвинение в помощи террористам, лжи полиции и хранении наркотиков. Папа будет рад, когда ты очередной раз появишься в новостях. Уже не хочешь адвоката? Тогда продолжаем.

- Говоришь, вы с Гансом познакомились с ней у спортклуба около 4 часов дня, зашли в бар, где услышали историю, как она поссорилась с бойфрендом, тот психанул и свалил на яхте с её вещами и документами, но вернётся через пару дней. Он типа, ей изменил ей, занимаясь групповым сексом и она хотела бы отплатить ему тем же самым. Киваешь, ага. Что ты там шепчешь, что ты дурак? Вот в чём, так этом сомнений мало.

Симпатичный, очень бледный парень с длинными светлыми волосами, схваченными в хвостик, хлюпнул носом: - Мы просто головы потеряли! Я сам сейчас не понимаю как я мог купиться на такую туфту!

- Было б что терять. Тем не менее, ты пронёс её сумку на яхту мимо полицейского поста, сказал, что вещи твоей подруги, которая сейчас на яхте.

- У меня и правда подруга была на яхте. Я просто не уточнил какая…

- Шутник, значит… Потом ты вышел из гавани, а девчонка в гидрокостюме с мыса приплыла к вам. Почему её не заметили?

- Ну она под водой плыла, да и смеркаться уже началось. У неё дыхательный аппарат был такой, как маска, без баллонов. Она сказала, что он новый и очень дорогой, я хотел потом такой же купить, она обещала рассказать где. Ласты ещё и гидрокостюм шикарный, как кожа облегает, тонкий, очень лёгкий, я спросил, где она такой взяла…

- Теперь понял где? А я уж думал, ты так и не догадаешься. Что было, когда она к вам поднялась?

- У неё одежда и кроссовки были в мешке, туда вода попала, всё промокло, она одела в баре, в туалете, гидрокостюм под одежду и так пошла на берег, чтоб не принимать внимания. Нисколько не огорчилась, сказала, что высохнет, зачем одеваться, если всё равно раздеваться и стянула гидрокостюм. Мы чуть не упали от неожиданности. А дальше она попросила выпить за знакомство… и понеслось… дальше всё как в тумане.

- Сколько вас было на яхте?

- Ну я же говорил, нас ребят четверо и две наших подружки… ммм… общие. Девчонка нашим подружкам не понравилась.

- Подружки – это филиппинка и немка.

- Да. Потом она помогла нам их раздеть, те сначала не давались, ругались. Тогда она их связала и предложила позаниматься садо-мазо.

- Кто яхтой управлял?

- Автопилот.

- Кто курс прокладывал?

- Она, мы удивились, как она смогла так быстро разобраться, но она сказала, что с детства в море на больших яхтах.

- А ты, как шкипер, о чём думал в это время? Хотя что тут спрашивать? Дальше вы пили, занимались сексом, дружки достали кокаин, шмаль…

- Да.

- Вам несколько раз посылали предупреждение по рации, по рации отвечали автоголосом, что чужих нет. Коммуникаторы не отвечали.

- Это она…

- Анализ крови показал, что под дурью были только вы с Гансом, но третий нажрался до скотского состояния. А как это случилось с четвёртым?

- Он был самый трезвый и тут услышал, что ему пришло сообщение. Тут девчонка набросилась на него, повалила и стала с бороться, почти не в шутку, она оказалась очень сильная. Мы угорали, потом она предложила нам связать его и тоже поиграть в садо-мазо. Потом мы по приколу оттащили своих связанных друзей в трюм и там закрыли. Все просто угорали. Потом ничего не помню. Проснулся в госпитале.

«Трудно представить, что этому полудурку уже за тридцать,» - печально подумал Министр, - «Неудивительно, что европейцы вымирают, а нас заместят варвары, как когда-то римлян.»

Кто-то несколько раз настойчиво коснулся плеча, - «Господин Министр, господин Министр!» а да это ж Курт. «Как я устал от всего этого, наверное задремал,» - мелькнуло в голове Министра, - «Ничего себе, сколько времени прошло!»

- Господин Министр, посмотрите: - Кариму доламывают, уже поплыла! Пойдёмте к проектору!

Черные вьющиеся волосы выбились из-под платка, подрагивая, как антенны. Красивую молодую женщину била хорошо видимая мелкая дрожь, смуглое лицо стало палево-белым. Вот-вот упадёт в обморок. Хейде суёт прямо в нос Кариме маленький флакончик. Та резко дёргается, судорожно вздыхает глаза приходят в фокус. Несчастная пытается упасть на колени, пальцы Хейде с неожиданной силой захватывают подмышечную впадину.

- Умоляю Вас, - Карима судорожно сжимает руки, - только мужу не говорите, чем я занималась, он меня убьёт, у меня ребёнок, я люблю…

- Что ты наплела мужу про своё прошлое? – резко спрашивает голос Отто.

- Что была замужем недолго, вышла по воле родителей, потом муж пошёл воевать и развёлся со мной, чтобы не оставлять вдовой.

- Последний раз, Карима, - металлический голос Хейде звенит в ушах, - ты нам говоришь её имя и где она живёт и мы навсегда оставляем тебя в покое. Даю слово. Не говоришь – муж узнаёт про твоё прошлое, а тебя арестовывают за дачу ложных показаний по поводу убийства. Ну!

- Её зовут Хузама Лабиб. Она живёт во Фрайберге, переехала из Берлина год назад. Она замужем за Икрамом… неофициально.

Лицо Каримы становится цвета мелованной бумаги.

- Ты поняла, что с тобой будет, если ты попытаешься сообщить ей о нашем разговоре?

- Да… Клянусь я ничего не скажу!...

- Есть адрес! – Курт торжествующе поднял обе руки, - действительно Фрайберг!

- Полицейский спецназ на место?! – хрипло спросил Министр.

- Ни в коем случае! – торжествующе улыбнулся Кёллер. - Это настоящий волк, начнём загонять слишком рано, уйдёт.

Он повернулся к двоим неприметным пожилым мужичкам: - Давайте ребята! План 2-а. Сами лучше меня знаете, что вас учить.

Те подали несколько сигналов с коммуникаторов и исчезли из комнаты быстрее, чем на пол приземлился упавший со стола листок бумаги.

- Наконец, настоящая охота! – ухмыльнулся Кёллер, наливая себе огромную кружку кофе убийственной крепости.

Минут двадцать стояла мёртвая тишина. Даже Министр молчал, только что у него был нехороший разговор с Канцлером. Это тут можно про всё забыть, работа кипит, а результа-то реального – ноль, так никого и не поймали. А вдруг и не поймают, что тогда?

- Внимание! – прогремел усиленный динамиком голос дежурного от ВМС, десять миль норд-норд-ост от Гельголанда – обнаружен неопознанный малый летательный аппарат. Скорость семьдесят миль в час, направление норд-норд-вест. Патрульный гидросамолёт береговой охраны не успевает перехватить. Вызвали Люфтваффе, на подходе ближайший истребитель. До границы меньше шести миль.

Видео с истребителя заняло центральный экран. Два факела ракетных сопел стремительно исчезли вдали и тут же превратились в панорамное видео цели – ракеты целеуказания затормозили недалеко от цели и выбросили из-под отброшенных колпаков два юрких разведдрона с раскладными крыльями. Дорогое удовольствие, но тут скупиться не будут.

- Он шёл в радиотени крупных судов на предельно малой высоте, сделал крюк от Эльбы. Обхитрил нас, но не совсем. Видимо, его вели со спутника, - пояснил дежурный, - если б не привлекли столько сил вряд ли бы нашли.

Нарушитель маневрировал насколько мог, но дроны словно прилипли к цели. Ветер крепчал на глазах, на экране совсем близко проносились волны с барашками. Дождь, низкая облачность, клочья тумана. Надо быть совсем отчаянным, чтобы пытаться лететь над морем да ещё на лёгком самолёте.

- Это что за летающий матрас? – удивился Кёллер, - он что, надувной что-ли?

- Неопознанный вид легкомоторного эвакуационного каркасно-надувного самолёта, производства Океанийского Союза, - бесстрастно ответил координационный штаб Люфтваффе.

Истребитель вот-вот настигнет цель. – Жду приказа, - посылает сигнал лётчик. Через три с половиной минуты цель выйдет за границу Германии.

- Два океанийских автожира двадцать миль норд от цели, скорость семьдесят миль в час. Всплыла подводная лодка сорок пять миль норд от Гельголанда. Если цель выйдет в нейтралку и мы попытаемся атаковать очень высока вероятность обстрела истребителя ракетами поверхность-воздух и даже применение тактической ядерной ракеты по материку, это океанийцы, - сообщил координационный штаб ВМФ.

- Если цель будет поражена из автоматической пушки или ракетами, её экипаж на такой скорости неминуемо погибнет, - ответил на запрос Кёллера штаб Люфтваффе. Это было и так ясно, не убьёт осколками, так разобьются о воду, даже если жилеты, то шансов практически нет.

- Значит надо уменьшить скорость, - голос Кёллера спокоен, как будто он обсуждает погоду, - можно ли чтобы снаряды разорвались рядом и пробили этот матрас, он сдуется не сразу, скорость упадёт, покалечатся наверняка, но там через десять минут будет гидросамолёт.

- Приказ передан лётчику, но результат не гарантируем.

Ровшан сам не знал, как он смог удержать почти рассыпавшийся на части самолётик. Если бы не динамический наддув, они бы уже в волнах, но несущийся на них поток воздуха успевал поддуть почти настолько же, сколько улетало через пробоины, а маленькие пробоины ещё и самозаклеились. Минуту назад тридцатимиллиметровые снаряды лопнули длинным огненным облаком метрах в десяти от хвоста.

Левая рука начала отниматься, с локтя текла тёплая струйка. Хорошо, что левая. Пассажил тихо хрипел, он был тяжело ранен, похоже, пробиты лёгкие, хорошо что ещё жив. Истребитель ушёл на вираж, пока реактивный самолёт развернётся на такой скорости и выйдет на позицию стрельбы, пройдёт не меньше минуты. По любому им осталось совсем немного, у противника только один заход, он или собьёт их, или промахнётся, свои совсем рядом. Хорошо, что эти дроны не умеют стрелять, как они достали!

- Через двадцать секунд истребитель будет готов, это последний шанс, мы не будем сбивать цель за границей. Что делать? – координационный штаб Люфтваффе замолчал, ожидая распоряжения.

Полная тишина, было видно, что Кёллер вот-вот что-то скажет.

- Приказываю уничтожить нарушителя! – все вздрогнули от полуистерического выкрика Министра.

Кёллер что-то пытается выкрикнуть, но Министр нажимает сигнал подтверждения команды на своём коммуникаторе.

Ровшан делает обманный манёвр и резко уходит в сторону. Он слышит, как трещит, но держится композитный каркас и стонут надувные модули. Если бы за штурвалом истребителя сидел вчерашний выпускник училища, то маленький самолёт имел бы шанс спастись. Но пилот был опытный. Через две секунды очередь шестиствольной автоматической пушки разнесла надувной самолётик и его экипаж в клочья.

По штабу пронёсся общий вздох и на несколько секунд казалось, даже воздух замер под вентиляторами. Было слышно, как Кёллер отпил кофе из кружки.

- Вы хотите знать, почему я это сделал? – резко, с вызовом выпалил Министр.

- Я знаю, почему, - бесстрастный голос Кёллера словно замораживал воздух вокруг, - покиньте помещение согласно пункту 4 нашего договора.

Тихо стукнула по столу кофейная кружка.Старый сыщик ушёл с головой в монитор, посылая какие-то распоряжения. Министр незаметно перетек в соседнюю комнату.

На экране появились Отто и Хейде. «Вы с Отто были правы, Гюнтер,» - улыбнулась немка - «Они там не живут, а только числятся. Но там действительно живут люди с именами Хузама и Икрам, другие, с детьми – им наши душелюбцы отдали своё жильё бесплатно. Вот бы дуболомы из спецназа устроили там погром!»

- Примитивный трюк, рассчитанный на дебилов, - бросил Кёллер, - судя по всему, как тут нашли облечённые властью, кто готов был сразу ломануться по адресу. Нашли откуда эти двойники по имени взялись? Небось из какой-нибудь помойки?

- Точно, из местного лагеря беженцев. Местный начальник полиции как услышал, рвался с цепи устроить там зачистку, решил, что фигуранты поменялись адресами с «двойниками», еле удержали.

- Ёжику понятно, что в лагере их нет, - ухмыльнулся Кёллер. Там слишком много перетасовок и всё на виду, - ёжику, но не нашей полиции.

- Естественно, но есть и от них толк, если правильно их направлять - нашу парочку нашли через полицейских осведомителей.

- Уже? Ну вы молодцы! Не наследили? Сетевые импульсные блокираторы и пеленгаторы развёрнуты? Микрорайон блокировали мобильными группами? Вероятностную сетку постов развернули?

- В процессе. Насчёт наследили… не уверена, Гюнтер. Мы могли проколоться. Когда мы проверяли адрес, могли попасться на камеры, хотя проходили опасный участок во время импульса блокиратора. Проверку вели, в основном, местные. В квартиру не заходили, работали агентура и спецтехника. Похоже, наш электрик серьёзный специалист, было несколько импульсов, похожих на работу выведенных сетевых камер, там где скрытая камера с маковое зерно, проволочка и вывод к сетевому передатчику метров через сто. То же самое было и у лагеря. Недалеко от нашей квартиры засекли нейросетевой импульс, через три минуты вышел сосед гулять с собакой, колоритный такой, весь в бороде и нацодежде, прям шахид натуральный. Здоровый такой лоб и собака большая. Увидел наших ребят и подходит – типа кто такие, почему ночью здесь, хорошо консьерж был уже на подхвате, успокоил, наплели легенду. Мы сомневались брать-не брать немедленно, решили не брать…

- Похоже, вы ошиблись, ребята, - огорчённо цыкнул зубом Кёллер. Надо было брать на месте и действовать на предельной скорости. Это был наблюдатель. Теперь уже поздно.

- Мы тоже так подумали, Гюнтер, - вмешался Отто, - похоже, нам нужно усиление…

- Какое к чёрту, похоже! – рявкнул Кёллер, - немедленно все резервы туда! Сколько прошло времени с появления шахида?

- Сорок минут. Надо было сообщить сразу? Мы были не уверены…

- Эх ребята… надо было… и я, старый дурак, не проследил... Теперь сделанного не воротишь. Немедленно: камуфлированные мобильные группы по вероятностным маршрутам отхода, где можно – мобильные камеры, где не успеваете – дроны. Поднять всех осведомителей и местную братву. Всем довести суммы за поимку и наводку. На резервные позиции – части спецназа, к лесным зонам – войска по тревоге, приготовиться к зачистке, объявить учения, боевых патронов не раздавать, брать живым. Вертушки – готовность номер 1, экипажи в кабинах. До моего личного распоряжения не вводить войска в зоны А и Б, но штурмовые части на рубеже. Реанимационные команды – на место. Приготовится к переброске штаба на место немедленно. Грузовые вертушки – сюда… Чёрт возьми! Вы ещё здесь господин Министр!

- Да, я здесь и не собираюсь уходить. Согласно указу Канцлера именно я являюсь ответственным за всю операцию. Приказываю всем слушать мои распоряжения!

- Наш контракт разорван по инициативе нанимателя, - Кёллер спокойно поднялся, держа кружку в одной руке, ни на кого не глядя он стал свободной рукой собирать свои вещи со стола. Кто-то тяжело вздохнул. Частные детективы зашуршали вещами, кресла застучали, откатываясь назад от ставших за секунду бывшими привычных хозяев.

Служивые сгорбились на местах, стараясь не смотреть на теперь уже бывших товарищей по команде. Некоторые с большим усилием контролировали себя, чтобы не сорваться, Кёллер умел создавать команды, настоящие, а не то что этим обычно называется. У многих на лице было написано то, что чувствовали – им было и противно, и обидно за наглую несправедливость, и стыдно за то, что они ничего не могут поделать. Можно, конечно, прямо сейчас встать и подать рапорт об отставке, но это означало конец карьеры, отказ от хорошей пенсии, мягко говоря, невысокие шансы найти хорошую работу… Поэтому все они так и сидели, ссутулив плечи, не поднимая глаз.

Министр неистовствовал, с пулемётной скоростью раздавая новые команды и отменяя распоряжения Кёллера. Надо обладать редким талантом, чтобы наколбасить столько глупостей за 10 минут.

Во Фрайберге полицейский спецназ уже вышибал двери квартиры, где находилась «лёжка» резидента, а войска оцепляли несколькими концентрическими кольцами периметры А, Б и Ц. Над улицами метались полицейские дроны, на перекрёстках с визгом тормозили полицейские машины, блокируя движение. На стадионах и пустырях, разбрасывая весеннюю слякоть, один за другим приземлялись вертолёты с группами захвата. К окраинам города подходили колонны камуфлированных машин с заспанными солдатами – усиление и резерв.

- Ему некуда деваться! – самодовольно потёр руки министр, - резидент успел сбежать из квартиры, но его сообщницу уже взяли!

Почему-то никто не разделял его энтузиазма. Детективное агенство заканчивало сборы.

На главном экране высыпала покрытая множеством ярких точек карта района операции -  необычная вспышка активности Нейросети. Каждая точка обозначала узел-выход. 20 тысяч выходов и количество растёт. Загорелось сообщение – подавить имеющимися глушителями не удаётся.

- Что у вас там происходит, чёрт возьми?! – резко спросил Министр, - но ему пока не спешили отвечать с той стороны экрана.

- Вы же сами приказали отключить в районе всю связь, а там две сетевые общины, одна арабская, другая турецкая. Люди напуганы – везде полиция, войска окружают район, вот они и связываются по Нейросети, – неожиданно подал голос вечно до этого молчавший лысый немец средних лет, прикомандированный специалист по современным средствам коммуникации из Службы Защиты Конституции.

- Что?! – Министр поперхнулся, - этот сброд пользуется Нейросетью? Они же ненавидят океанийцев?

- Ну и что? – ответил молчун, - правоверные с удовольствием пользуются кафирскими технологиями, если те приносят пользу правоверным. Каждое подключение нейросетевого коммуникатора – это узел, вместе они образуют локальную сеть со своей связью, которая будет работать даже если останется неподавлена коммуникация хотя бы 16% узлов и хотя бы одна из них имеет связь со спутником. Тогда они могут пользоваться ресурсами всей Нейросети, правда медленнее чем обычно.

- У них нейросетевые общины? Это бред! – поднял брови Министр.

- Нейросетевые – конечно бред, потому что Нейросеть – это обученные группы людей с высокой организационной культурой плюс сетевая электроника. Тут обычные восточные общины, а Нейросеть просто система связи и электронных сервисов вроде сетевых взаиморасчётов.

- Вы про систему ухода от налогов? Ничего, скоро это прихлопнем! - резко повернулся Министр.

- Всё относительно, - молчун продолжал удивлять внезапной говорливостью, - со стороны правительства и банков – уход от налогов и потеря банками процентов за транзакции и кредиты, а с точки зрения местных это система взаиморасчётов, где люди могут оказывать друг другу услуги без посредничества правительства и корпораций, - он замолчал на секунду, - Навязываемого посредничества… ммм… как они считают. Без таких сетевых сервисов им выжить на чужбине намного сложнее.

- Странно, - Министр вызвал на экран данные по общинам («Только стало доходить!» - ехидно подумал Кёллер), - пять лет назад эти районы считались одними из худших в Европе – всеобщая бедность, преступность, почти полное отсутствие местных бизнесов, а сейчас это районы с весьма неплохим средним уровнем жизни для эмигрантов, что интересно - при очень низком официальном доходе. Уровень преступности намного ниже среднего для таких районов. Что такое внутренняя/официальная безработица 4/670?

- Четыре процента – реальная внутренняя безработица, 70 – официальная, - пояснил молчун, - районы живут своей внутренней экономикой. Ситуация стала улучшаться четыре с половиной года назад и год назад улучшение приобрело стремительный характер.

- Где-то пять лет назад в этот район переехал резидент со своей подругой, - сказал кто-то.

Контрразведчик быстро вывел серию данных, да уж, Министр в обработке информации был явно не ас: - Район очень активно посещается другими эмигрантами и даже немцами. Местные славятся хорошо поставленными бизнесами доставки дешевых качественных ужинов, домашними ресторанчиками, дешёвыми продуктами, дешёвым качественным ремонтом домов и машин. Хм… Онлайн торговля с немедленной доставкой в прошлом месяце вышла на первое место в городе, потеснив крупные сети. Отмечают высокий уровень сервиса и безопасность. Наркотиков почти нет. Говорится, что три года назад прекратились драки между арабской и турецкой молодёжью, в районе появилась состоятельные персидская и курдская община. Вы не поверите, но есть совместные бизнесы, принадлежащие туркам, арабам, персам и курдам в доле.

- Ничего себе! – сказал полицейский-перс с седеющими усами, - с трудом в такое верится!

- Просто люди поняли свою выгоду, - ответил женский голос.

- Ещё бы не понять! – скривился Министр, посмотрев на какие-то графики, - расчёты идут взаимозачётом или наличными, почти никто не платит налогов! Это организованные территориальные банды злостных неплательщиков. Куда, интересно смотрела местная полиция?

- Налогов действительно платят очень мало, - вставил молчун, - но зато практически не сидят на социале и облегчают жизнь людям вокруг. Преступность упала, люди стали жить лучше, вот местная полиция их и не трогает, хорошо помнит как оно было раньше.

- Там наверняка отмываются криминальные деньги! – категорично отрезал Министр, - вот почему там так тихо, волк не режет скотину у своего логова! Давно там надо устроить хорошую зачистку!

- По нашим данным там очень мало криминальных денег, господин Министр. Там вообще мало денег.

- Что вы несёте, специалист не-помню-как-ваше-имя! Если нет денег, то местный бизнес не может подняться! Никто не давал им дешёвых кредитов, никто не вливал серьёзных сумм. Нет денег – ничего не может крутиться. Бизнес не может купить товар, люди не в состоянии заплатить за услугу. Это азы! Откуда вас там таких понабирали в Службе Защиты Конституции?

- В классической экономике нормальных цивилизованных стран так и есть, но это другая модель. Взаимозачёты или своеобразные деньги не приносятся кредитными институтами, а создаются самим обществом в момент полезного труда, за который люди готовы платить. Сколько труда, столько и денег записывает Нейросеть. Постриг парикмахер несколько знакомых вроде как забесплатно – ему записался кредит, а тому, кого он постриг - минус, постриженный починил машину – получил кредит, механику покрасили квартиру – перешло маляру, маляр купил обед по кредиту и так далее. Долго копить кредит невыгодно, потому что включается небольшая инфляция, называемая демерреджем. Сеть всё время пересчитывает курс этой внутренней валюты к внешней. Интересно, что даже коренные немцы предпочитают рассчитываться там по системе взаиморасчётов, так получается без налогов на продажу. Подобная система существует в Океании, только сложнее.

- Так это и есть криминал! Уход от государственных налогов! Так скоро вся страна покроется такими общинами и они оставят государство без средств и всё рухнет. Почему ваша служба молчала и не била тревогу?!

- Отчёты своевременно предоставляются правительству. Большой опасности для общества наша служба тут не видит – в существующем виде эти общины имеет предел роста и он почти достигнут. Вырваться из нищеты они могут, но победить наше общество – никогда, потому что мы выигрываем за счёт глубины разделения труда, автоматизации и глобального рынка. Они заметно уступает классической западной экономике. Правда, если бы они перешли на нейросетевые общины, то тогда всё стало бы намного серьёзнее. Но тогда они стали бы филиалом Океании, что для них невозможно по культурным, интеллектуальным и прочем причинам. Так что мы не видим никаких оснований бить тревогу.

- Ничего, разберёмся, - буркнул Министр, отворачиваясь к экрану. Там пока дела шли не блестяще.

--------------------

- Я говорил, что могу вывезти только одного человека, - начавший полнеть араб в годах, говорил размеренно и степенно. Собеседник в прошлом оказал ему большую услугу и пришло время расплачиваться. Хоть и непросто, но держа слово ещё больше повышеашь свой авторитет, тем более что собеседник явно не простой человек, хотя со стороны таким и кажется.

Икрам кивнул, - мой ящик тоже нужно вывезти. Хузаму арестуют, нужен шум и поддержка.

- Сделаем. Поспеши пока ещё можно выйти чердаками и подземным коллектором за третье кольцо. Пацаны проведут. За ящик не беспокойся, будет в машине. Они начали формировать предполье за третьим кольцом, не пытайся выбраться сам, там полно дронов, камер и кочующих патрулей. Сбросим, где договорились. Если попадёшься, сам понимаешь…

- Конечно, про тебя ни слова.

Дождь усилился, резкие порывы ветра рассыпали по асфальту мелким бисером мокрую снежную крупу, поблёскивающую под яркими фарами полицейской машины и бронетранспортёра, перекрывших перекрёсток. Весна, называется. Полицаи сидели в машине, солдаты в открытом бронекузове и развёрнутой цепи тихо материли начальство.

Свист ветра заглушил приближающийся вой сирены, переливающиеся проблесковые огни «скорой помощи» заплясали в лужах на асфальте. Лихой водитель затормозил буквально в паре метров от бронированного борта.

Полицай вздохнул, натянул капюшон и с выражением вселенской тоски на рубленом лице саксонца выполз из тёплой машины. Да, это та самая карета скорой, о которой сообщили с соседнего поста. Должна вести старушку-арабку с сердечным приступом.

- Ну что, посмотрел?! – смуглый молодой парамедик был зол, - всё проверил? Кислородную маску не хочешь снять? Под юбку не заглянул, поди не старушка, а мужик какой?

Саксонец покраснел и выключил слепящий фонарик, которым просвечивал карету снаружи и внутри: - у тебя своя работа, у меня своя. Я не могу не выполнить инструкцию, - он махнул рукой водителю бронетранспортёра: - Отъезжай с дороги! Можно пропустить.

Водитель, видимо забыв включить сирену, рванул с места. Всё правильно, если сердечница, то каждая минута на счету, подумал немец.

- Давай, дядя Икрам! Едут! Никого вокруг! - Вертлявый, похожий на цыгана кучерявый  молодой араб высунул голову в гаражную калитку. Как этот пацан умудряется с такой скоростью крутить башкой?

Отблески переливающихся огней вспыхнули на мокрых бетонных стенах. Из-за угла вылетела «скорая» и затормозила точно у калитки. Это было очень удобное место, не видимое с постов, высокие стены закрывали обзор от дронов, носящихся вдоль соседних улиц.Три секунды и машина срывается с места. Парамедик закрепляет кислородную маску на бородатом мужчине средних лет, а умирающая старушка-сердечница со скоростью, которую разовьёт не каждая шустрая молодуха, пробегает вместе с верлявым парнем внутри гаража, спускается в коллектор и вскоре оказывается в квартире своих родственников внутри кольца оцепления. «Всего и делов-то и за три тысячи!» - мысленно пожала плечами старушка, поглаживая пакетик, который успел сунуть ей бородач, подменивший её в скорой. Через несколько минут у заброшенного коллектора и переулка, ведущего к гаражу, встанут посты, но слишком поздно.

«Скорая» притормаживает у поста на выезде из предполья. – Да проверяли нас уже! – кричит смуглый парамедик. Сколько можно! Тут остановка сердца!

Полицай тыкает несколько раз в коммуникатор, потом кивает: - Да, действительно только что проверяли. – Пропустить! – даёт он команду солдатам. Брызги из под-колёс и машина, завывая, несётся на север, к госпиталю.

- Вылезай, дядя Икрам, - парамедик открыл задние двери и огляделся по сторонам. Опытный водитель встал в тупичке так, что и не увидеть со стороны кто выходит. Дальше кусты, ёлки, старая застройка, камер почти нет, а те, что есть, известны.

Икрам кивнул, молча сунув в руку парню плотный пакет. Водитель достал из кучи других ящиков металлическую коробку с ручками, отодрал наклейку с красным крестом и расплылся в улыбке: «Если хочешь спрятать вещь, положи её на самое видное место. Под дном даже светили, а перед глазами не заметили!» Маленький плотный пакетик и ему. Ребята сегодня заработали честно. Им помогли, организовав два других вызова так, чтобы их дежурный экипаж оказался самым ближним к нужной старушке, но тем не менее, отработали на пять с плюсом, такое надо поощрять.

- К автостанции тут можно пробраться? – спросил Икрам.

- Возьмите влево за ёлками, там тропинка, - ответил водила.

Икрам кивнул и исчез в промозглой темноте. Парамедик закрыл двери. Ему ещё надо было договориться с принимающей медсестрой, чтобы оформила на всякий случай, что старушка приехала, получила свой укол и отбыла к месту постоянной дислокации. Медсестра – дальняя родственница, проблем не будет, но на всякий случай он пересчитал деньги в пакетике. Удачный вечер! Даже после того как отблагодарят медсестру, им с водилой останется будь здоров, а ещё выполнили заказ очень уважаемого человека, это зачтётся как надо. Сегодня очень хороший день.

Контактные линзы могли работать как прибор ночного видения. Икрам огляделся, через несколько шагов увидел бухту старого металлизированного шланга, похоже, когда-то давно тут ещё поливали газоны. Профессиональный мультитул срезал нужный кусок как бритва былинку. Движение рукой, борода послушно отклеилась и отправилась в канализационную решётку, крутясь в потоке дождевой воды. Сегодня ночью Икрам сбрил бороду и наклеил почти такую же чтобы потом снять и вот идёт теперь по переулку водопроводчик – железный ящик в руке, какой-то шланг на плече, непонятного цвета то ли спецовка с капюшоном, то ли штормовка, не разобрать в такую погоду, лицо наполовину закрыто шарфом, ещё бы, в такую-то погоду. Он шёл не на север, к автостанции, а под углом 120 градусов к бесплатной парковке. Процессор Нейросети услужливо подсказывал оптимальную дорогу к нужной машине. Синий исцарапанный старый микроавтобус, хозяин которого, владелец крохотной ремонтной фирмочки, похвастался в соцсети, что сейчас в отпуске в Греции.

Со стороны показалось, что у старой машины слегка заклинило дверь, но ничего страшного, через несколько секунд всё-таки открылась. Водопроводчик флегматично обошёл машину, открыл заднюю дверь, забросил свой железный ящик, снял шланг с плеча и, нисколько не торопясь, попыхтел куда-то на юг на своём драндулете. Водитель сдвинул мокрый шарф на подбородок, он был недоволен собой, 9 секунд чтобы вскрыть машину и снять сигнализацию для специалиста его квалификации было многовато.

Шквальный ветер залеплял лобовое стекло липкой белой крупой, щётки еле успевали отгонять полужидкую кашу в два сугробика по бокам. Фары выхватили из темноты отчаянно голосующую скукоженную фигурку в капюшоне, метрах в трёх позади кучка таких же фигурок с ящичами и рюкзачками безуспешно пытались укрыться от пронзительного ветра за неработающим уличным фонарём. Микроавтобус, поблёскивая аварийками тормознул у тротуара.

- Благослави тебя Аллах, отец! – парень-курд еле двигает замёрзшими губами. Водитель отвечает по-курдски. – Так ты тоже курд! – подпрыгивает замёршая толпа в салоне. – Вот это удача! Тебя послал сам Аллах! Мы бы тут замёрзли чуть не до смерти! Всё из-за проклятых полицаев, не дали взять машины, потому что оказались внутри оцепления! Если мы опоздали бы на смену, нас бы выгнали! Благослави тебя Аллах, отец!

Разбитной микроавтобус ехал снаружи кольца оцепления и севера, поэтому не вызвал интереса на блок-посту, но въедливый полицейский на всякий случай отсканировал коммуникаторы людей внутри. Странно, вроде бы забит до отказа, 8 человек, а активных коммуникаторов только 7. Но в такую ночь кто-то мог и забыть коммуникатор, а так явно едет смена в южную промзону, чуть превышают скорость, спешат. Пять включенных нейросетевых коммуникаторов, да тут они почти у каждого. Какой смысл останавливать?

Парни огорчённо галдят в салоне – они должны были подъехать на двух машинах и забрать своих родственников и соседей с ночной смены. Сейчас те, сбились в кучку на остановке, два часа ждать автобуса, да они там дуба дадут в такую погоду! – Вот что ребят, - поворачивает к ним голову водитель, как он умудряется ещё управлять и крутить головой? - меня к вечеру может забрать сын, а я мог бы отдать вашим друзьям свой минивэн, только пусть дадут мне слово, что поставят минивэн на моё место на стоянке.

- Да благослави тебя Аллах, золотой ты человек! Скажи свой ник в Нейросети, мы тебе закинем…

- Не надо ничего, сынок, люди должны помогать друг другу, особенно на чужбине…

- Конечно, мы же все – курды.

- Как тебе сказать? Когда я останавливался я не знал кто вы – турки, арабы, албанцы или ещё кто. Только я знаете что, заберу свой ключ, а вам просто скручу проводки контактов, если машины на месте не будет, я напишу заявление об угоне. Без обид, но я много чего повидал и не раз страдал из-за того, что делал людям добро.

- Какие обиды, отец! Если тачку не доставят, я им сам башку проломлю!

Икрам задумчиво спрятал в карман универсальный ключ и посмотрел вслед уезжающему минивэну. Ему этой ночью изрядно везло, но он считал, что везение это результат правильной подготовки. Теперь вещи из ящика - в рюкзак.  Распахнутый ящик - на дорогу. Хорошая вещь, нержавеющая, прочная, работяги непременно заберут. Нейросеть подсказывала, где стоят полицейские камеры. Новые вряд ли успели поставить, обойти раз плюнуть. Центр оценивал, что тогда вектор поиска сместят из города в зелёнку. Хотя зелёнки почти нет, слишком рано, хорошо ёлок тут много. Тёмная бесформенная фигура в камуфляжной накидке почти полностью сливалась с фоном, даже с прибором ночного видения не разглядеть. Почти неразличимый силуэт обернулся и посмотрел на городские огни. Он правильно сделал, что не взял Хузу. Нельзя привязываться, да и разные они слишком, такое не могло долго продолжаться. Надо думать о том, что впереди, а он больше десяти лет не ходил на такие расстояния в сложных условиях. Всё-таки ему уже серьёзно за пятьдесят, хотя по паспорту чуть больше сорока. Да, кстати, - паспорт. Аусвайс чуть зашипел в огне плазменной зажигалки.

Военный полицейский на южном блок-посту, следуя инструкции отсканировал коммуникаторы людей в старом синем минивэне. Несколько полицейских и военных сетей работали чётко, моментально фиксируя и записывая полагающуюся информацию. Но получить информацию только полдела, вторая половина – правильно и вовремя её использовать. Полицейские и военные сети поддерживались каждая своим ведомством, они записывали интегрированную информацию в хранилище каждый час, а обработать и предоставить её в нужном для использования виде было возможно только через несколько часов. Группа Кёллера знала это и поэтому в полуручном режиме умела добыть необходимые данные быстрее, это был один из секретов его успеха. Но теперь людей Кёллера на пультах не было и некому было сопоставить данные по синему микроавтобусу. Только к вечеру следующего дня Курт обнаружит, что в салоне машины, не было её хозяина, потому что он был в Греции. Будет поздно и не останется ничего как отчаянно бежать за ушедшим поездом.

-------------------------------

- Что ты делала на полу, когда тебя арестовали?

- Молилась.

- Где твой сожитель?

- Мой бывший муж развёлся со мной и ушёл. Куда ушёл – не знаю, - «ложь не обнаружена», - сообщил детектор, вмонтированный в наручники.

- Твой брак не зарегестрирован.

- Нас поженил мулла, для меня этого достаточно.

- Как тогда Икрам с тобой развёлся?

- Как полагается – сказал три раза «Ты мне не жена,» - «ложь не обнаружена».

- Почему он ушёл от тебя?

- Не знаю. На всё воля Аллаха, - «ложь не обнаружена».

- Почему-то ты не плакала?

- Разучилась в рабстве.

- Когда ты узнала, что он шпион и убийца!

- Я понятия не имею ни о каком шпионаже, - «ложь не обнаружена».

- А об убийстве? Ну, отвечай! – внезапно рявкнул следователь, наклонившись лицом к лицу, но Хузама даже не вздрогнула, только брезгливо вытерла скованными руками брызги слюны с лица.

- Никогда не видела, чтобы Икрам убивал людей и он никогда не говорил мне об этом, - «ложь не обнаружена».

- Но ты же догадывась, да? Ты же знаешь, что это он убил охранника и двоих нелегальных бизнесменов! Отвечай!

- Догадываться ваша работа, а не моя. Мне безразлично, убил он их или нет, если докажете убийство, то ищите его, - «ложь зарегестрирована».

- Ты солгала сейчас, - ты всё знаешь!

- Я преувеличила, что мне безразлично, я была бы рада, если бы он их убил. Я не видела, кто убил охранника. Я подозревала и надеялась, что этих двоих бандитов убили. Они истязали и насиловали меня, но радоваться их убийству неприлично для женщины и мусульманки, - «ложь не обнаружена».

- Так кто их убил по-твоему? Отвечай!

- Я не видела никаких убийств и мне никто не говорил что их убили, - «ложь не обнаружена».

- Ты грамотно отвечаешь на вопросы, ты прошла спецподготовку?

 – Брала курсы права в университете на факультете социологии.

- Как ты оказалась в Германии?

- Я уже расказывала вам раз пять и несколько раз давала показания полиции пять лет назад. В моей бывшей стране была война. Наш город бомбила авиации коалиции, в том числе и люфтваффе. Мы бежали в пустыню, в лагере беженцев, чтобы семья не умерла от голода и жажы, отец стал торговать мной. Мне было 14, я была старшая и самая красивая из сестёр. Меня типа выдавали замуж на несколько дней, а то и на несколько часов. Потом клиент «разводился» со мной, а плата, в смысле «калым» оставался у отца. Через год он насовсем продал меня и «муж» увёз меня в Германию. Меня везли в ящике через Грецию и Албанию, я еле выжила. Потом я была рабыней здесь. Я два раза бежала, меня ловили, истязали, несколько месяцев держали голой на цепи. Среди моих клиентов было двое полицейских-арабов, но когда завели дело их, типа, «не нашли». Вы что-то говорили про закон, не так ли?

- Что с твоей семьёй?

- Не знаю, они все отвернулись от меня и презирали, на самом деле потому что они продали меня и жили за счёт меня. Я не искала их и не хочу искать.

- Почему ты не работала последние годы?

- Я училась, меня содержал муж, что в этом удивительного для мусульманской семьи? Вы повторяете вопросы по десятому разу, вы не узнаете ничего нового. Вы нарушаете закон, не пуская ко мне адвоката.

- Ты солгала про убийство охранника пять лет назад! Лжесвидетельство – уголовное преступление. Для тебя очень важно сотрудничать со следствием…

- Мне был 17, несовершеннолетняя дала показания под угрозой убийства со стороны бандитов, я готова в суд хоть сейчас, даже без адвоката, 95% что меня оправдают,- «ложь не обнаружена».

 

- Ты сейчас поедешь в американскую спецтюрму как террористка, там особый закон. Никаких адвокатов тебе не положено.

- В чём меня обвиняют?

- По закону о борьбе с терроризмом тебе могут не предъявлять в чём тебя обвиняют! Это ещё с самого начала 21 века! Ты не представляешь во что ты вляпалась, связавшись с этим бандитом! Тебе конец! - следователь умело вошёл в раж, он вскочил и, размахивая руками, нависал над женщиной, брызжа слюной. Не только слова, но и тон, громкость и темп голоса пугали 9 из 10 крепких мужчин, что уж говорить о бабах?Полицейский непроизвольно посмотрел вниз, задержанную так и привезли сюда в халате без пуговиц на голое тело, как взяли. Вот это титьки! Красивая ведь тварь, что она нашла в этом старом шпионе, так залипла на него, жизнь натурально готова отдать?

- С вами всё в порядке, господин следователь? – Хузама отсутствующим взглядом посмотрела сквозь него и запахнула повыше халат на груди, - на всё воля Аллаха. Тюрьма так тюрьма.

- Ты будешь сидеть до конца жизни! Ты узнаешь, что такое настоящие пытки для таких как ты! Там настоящий ад! – у тебя единственный шанс…

- Я снова в руках бандитов.Всё что я могу, это молить Аллаха о помощи, - Хусама смотрела вдаль невидящими глазами. Казалось, что она присутствует в каком-то другом мире, - После смерти я всё равно буду с любимым, - тихо прошептала она по-арабски.

Следователи сменились, теперь был «добрый». Араб. Он долго, мягким убедительным голосом говорил что-то про то, что Икрама всё равно выследят и наверняка убьют, единственный шанс спасти его – это если она им поможет.

- Я не знаю где он и не могу вам помочь, а если бы знала, тоже бы не помогла, бесцветным голосом ответила Хузама, - «ложь не обнаружена».

- Я хочу помочь тебе…

- Тогда отправьте меня в тюрьму, всё равно я ничего не знаю.

Усталый пожилой немец повернулся спиной к прозрачной с его стороны стене, где с другой стороны допрашивали Хузаму. Он по старинке предпочитал смотреть на допрос вот так, а не через  всякие новым техническим штучки вроде голопроекторов реального времени со сверхвысоким разрешением.

– Она не проходила спецподготовки, она просто в шоке.

- Конечно, - ответила голограмма Министра, - ребята её слегка прессанули при захвате.

- Она очень достойно перенесла прессовку, - господин Министр, - далеко не каждый подготовленный мужик так сможет. Ребята даже подумали, что она под дозой, оказалось нет. Она в шоке, потому что её бросил мужик, которого она и правда любит больше жизни. Такое нечасто встретишь в наши пошлые времена.

- Это вы к чему? – нахмурился Министр.

- Дальнейший допрос бесполезен. Она действительно ничего не знает и никак не связана с разведкой Океанийского Союза, иначе бы её не оставили. На сотрудничество она не пойдёт и толку с неё ноль. Легальную процедуру начинать бессмысленно – суд почти наверняка оправдает её по лжесвидетельству, а больше ей нечего вменить кроме административки.

- Что вы предлагаете?

- Подержать пару дней да выпустить под наблюдение. Больше ничего не придумаешь.

- М-да… измельчали наши контрразведчики. Это вы не в состоянии придумать! Оформляйте дело особым порядком по терроризму.

- Простите, господин Министр, но нечего оформлять, никаких фактов, а делать из себя крайнего, если всё вскроется… ищите других дурачков. Я вам только временно подчинён.

- Ну что-ж, придётся сообщить вашему начальству, что вы как минимум не полностью соответствуете занимаемой должности. Сами справимся. Всего хорошего.

Министр тихо выругался и подозвал полицейского из своей команды. Исполнительный, хочет выслужиться, этот сделает. Да свалит этот Кёллер, наконец, или нет! Встал и слушает.

- Вы всё ещё здесь?! – Министр резко повернулся к старому сыщику.

- На ваше счастье да. Услышал, что пока ещё глава моего бывшего министерства хочет выкинуть и пришлось остановиться на пороге.

- Это не ваше дело, идите своей дорогой, надеюсь наши пути больше не пересекутся. Или, может, охране помочь вам выйти, как вы любите говорить?

Гюнтер пожал плечами: - Дело действительно не моё, но как гражданину Германии мне небезразлично, когда убивают бывших министров внутренних дел моей страны. Это создаёт негативный имидж. В общем, как знаете господин Министр, я пошёл.

- Что вы несёте? У вас что, не в порядке с головой? Какие бывшие министры? Какие убийства? Вы намекаете на меня?

- Всё относительно, господин Министр, по сравнению с чьей-то моя голова действительно не в порядке, а иным и фору пока ещё может дать. Я не намекаю, а вполне ясно выражаю своё видение ситуации – если вы сделаете то, что планируете, то вас в течение недели отправят в отставку, а вскоре вас, весьма вероятно, убьют. Впрочем, в отставку вас скоро отправят в любом случае, вопрос только когда и как.

- И что я собираюсь делать, по-вашему?

- Вы попытаетесь выдать эту бедную женщину за пойманную шпионку и продать это дерьмо Канцлеру и Барону. Костоломы из спецтюрьмы пытками и наркотиками заставят её взять на себя соучастие в убийстве, напишут легенду, чтобы выучила. Она умрёт, но не предаст своего мужчину, но на себе поставит крест. Канцлер со своими умственными способностями на это купится, а Соломон вскроет всё с полоборота, доложит боссу и вы вылетите в отставку быстрее собственного визга. Потом вас довольно скоро убьют.

- У вас богатая фантазия, - буркнул Министр заметно изменившимся голосом, - ну и кто, по-вашему, меня убьёт?

- Скорее всего, человек, которого вы сейчас безуспешно ловите, но есть и другие варианты, менее вероятные, но возможные.

- Мы его поймаем!

- Вы его уже упустили и сами боитесь себе в этом признаться, иначе вы не пошли бы на этот беспредел с невиновной женщиной.

- Если он убежал, то как он убьёт меня? Ха-ха-ха! – Министр надрывно засмеялся.

- В наш век необязательно лично присутствовать. Я думаю, что ваш непосредственный убийца уже здесь и недалеко. Но это мои домыслы и фантазии.

- СЧП не позволит им убивать госслужащего за то, что тот защищает свою страну и идёт на жесткие меры на своей территории. Это строго соблюдаемое негласное соглашение, иначе будет война с крайне тяжёлыми последствиями. Кроме того, это у них справедливо считается безнравственным и бесчестным. Самое главное, эта баба не их сотрудница и не гражданка Океанийского Союза, им какое дело?

- Про служивых людей вы верно сказали, только тут есть небольшая деталь – если вы берёте в заложники невинную женщину и пытаете её в качестве мести другому человеку или Океании в целом и делаете то, что планируете вы, то вы с их точки зрения не служивый, а бандит-беспредельщик.

- Не только с их точки зрения, - очень тихо сказал кто-то. Министр обернулся и окинул помещение пронзительным взглядом.

- Так вот, - невозмутимо продолжал Кёллер, - её бывший муж может обратиться в СЧП с заявлением на право личной мести беспредельщику и с высокой вероятностью его запрос удовлетворят. Скорее всего, с пояснением, что пока вы министр, вас нельзя трогать, дабы избежать эксцессов. Человек, на месть которого вы нарываетесь – профессионал. Есть ещё один момент – у пиратов есть закон, что если некто, даже не ведая, оказал им помощь и в результате заработал серьёзные проблемы, то они должны помочь этому субьекту. Поэтому я бы не стал исключать и официального решения о вашей ликвидации или какой-нибудь другой пакости от океанийцев типа захвата кого-нибудь из наших для обмена.

- Вы всё сказали? – мрачно спросил Министр.

- Теперь всё. Всем, всего хорошего!

- Подождите меня, пожалуйста, Гюнтер! Я Вас догоню, – Ковальский рывком встал и подошёл к Министру. На стол лёг лист бумаги с несколькими строчками от руки, - Не считаю возможным служить под вашим руководством по причине несовместимости этого с офицерской честью, - слегка побледнев, произнёс Анжей.

Министр чуть прикусил губу, подмахивая рапорт: - Удостоверение, жетон и оружие… Теперь проваливайте! – Последнее Министр выговорил уже в спину уходящему Ковальскому.

- Ну, кто ещё? – Министр скользнул по лицу каждого злобным взглядом, - Я никого не держу.

Все сидели тихо, как мыши.

Курт медленно, с трудом пересиливая себя, встал, подошёл к Кёллеру, подхватившему около двери какую-то коробку у своей сотрудницы. Вязкая пауза.

- До свидания, Гюнтер… - выдавил из себя Курт, - был очень рад снова работать с тобой.

Секунды, пока Кёллер молчал, показались часами. Тихо стукнула коробка, вставая на пол, и Кёллер молча протянул руку.

- Давай, иди на место, а то твой босс совсем окрысится, - улыбка скользнула по лицу и испарилась, как будто не было.

- Слушай, Анжей, - Кёллер повернулся к Ковальскому, - ты, похоже, решил начать новую работу с взыскания? Женщины и пожилые таскают тяжести, а ты, дубина здоровая, стоишь как пень! У нас фирма маленькая, грузчиков и уборщиков не держим-с.

- Так меня, что, уже взяли?

- Думаешь, раз я немец, то формалист и бюрократ? Давай, хватай наше и пошли отсюда.

Министр этого уже не слышал, у него появилась неожиданная проблема: озадаченный комиссар местной полиции растерянно излагал, что, несмотря на собачью погоду, около местного околотка собралась двухтысячная толпа, требуют освободить Хузаму или хотя бы допустить к ней адвоката. Полиция применяет дубинки и шокеры, демонстранты начали бросать камни и бутылки с бензином. Самое неприятное – мобильные группы блоггеров снимают происходящее и с очень неприятными комментариями выкладывают в сеть. Возможно попадёт в утренние новости. Что делать, применять спецназ? Могут быть жертвы. Разыскиваемый пока не найден. Идут зачистки, много арестованных, растёт сопротивление полиции. Если не принять мер, то к обеду весь город будет на ушах. Комиссар очень не хотел увидеть себя в федеральных новостях и более чем прозрачно намекнул, что когда начнётся расследование, он не будет покрывать того, кто отдал приказ устроить всё это безобразие.

- Не паникуйте, комиссар, - ухмыльнулся Министр, - мы примем меры. Действуйте по ситуации, через пятнадцать минут вам перезвонят. Адвоката к задержанной не пускать ни в коем случае. Продолжайте поиск, это высший приоритет.

Министр вышел в отдельную комнату и о чём-то несколько минут тихо говорил с заместителем. Ещё через пять минут он куда-то позвонил, на экране появился на редкость красивый молодой блондин, благородное лицо которого заметно портило надменное презрительное выражение лица. Душевная грязь ещё не успела впечататься в генетическую красоту, доставшуюся от поколений предков.

- Я всё понял, нужно, чтобы ресурсы передали под моё управление и полиция в реальном времени получала мои рекомендации, тогда всё будет сделано, не соменевайтесь, господин Министр - ответил блондин, преданно смотря в глаза. Когда было нужно, он мог стать на удивление обаятельным и даже бывалым людям было трудно поверить, что такой красавец может так лгать, манипулировать и предавать. Он первый раз получил прямое указание от самого Министра, до этого он был счастлив, если его допускали до заместителей.

- Я отдал все распоряжения, у тебя будут все ресурсы, действуй немедленно, если будут проблемы, свяжись с моим замом.

- А можно лично с Вами, господин Министр? В интересах дела…

- Хорошо, вот мой номер. Можешь звонить, если появятся серьёзные проблемы.

К восьми утра ситуацию удалось стабилизировать. Подошедший резерв спецподразделения по борьбе с уличным экстремизмом за полчаса разрезал толпу на сектора, выхватил зачинщиков, блокировал активные центры, по массе отработали акустическими пушками, слезоточивым газом и микроволновыми пушками, вызывающими страшную боль, но почти безвредными. Толпа разбежалась, небольшие группы, выдавленные в переулки, опасности не представляли. Красавчик позвонил, преданно смотря в глаза, отчитался. Результат будет вот-вот в новостях.

- Новости, господин Министр, - прощебетала секретарша, включая головизор. Я просмотрела блоги, как Вы говорили, там базарная ругань небес, проблемную тему никто не обсуждает.

- Спасибо, сейчас посмотрю.

Хоть что-то хорошее за последние сутки. Красавчик не подкачал. Ему передали людей, оргресурс, молодец, надо будет присмотреться к нему, может быть стоит приблизить. Сволочь он? А кто без греха? С чистоплюями проблем вон не оберёшься.

- Главная новость сегодняшнего утра, - захлёбывающимся голосом тараторила симпатичная ведущая, - очередная вылазка неонацистих банд в Берлине. Камера приблизила фигурки кучки зигующих бритоголовых салажат в кожаных куртках. Крики «Полицаи, вы же немцы, будьте с нами! Мигрантов – домой! Нет наркоторговле! Нет круговой поруке мигрантских общин!»

Смуглый парень подскакивает к бритоголовому крепышу, пытается ударить в лицо, но тут же падает, сваленный поставленным ударом. «Мочи чурок! Мигрантов в топку! Зиг Хайль! Рейх воскреснет!» Полицейские сирены, фейерверк мигалок, фигуры с масках, швыряющие бритоголовых на асфальт, крики, дымовые шашки.

Профессиональным взглядом Министр отметил, что бритоголовых было человек десять, но снято было, как будто несколько десятков минимум.

- В поддержку берлинской вылазки уже выступили несколько банд в различных городах Германии. Несколько мигрантов пострадали, полиция оперативно пресекла вылазки, - непрерывный поток речи ведущей и мелькающих сцен не давал сконцентрироваться и осознать, что же происходит. «Половина кадров снята в другое время и другую погоду,» - усмехнулся про себя Министр, - «быдло схавает, а те кто заметит, погоды не сделают.»

Голограмма ведущей уже брала интервью у некоего эксперта. Пожилой, вызывающий доверие немец в старомодных очках, сыпя научными терминами и делая многозначительные паузы, пояснил, что причиной к выступлению неонацистов был конфликт между толпой мигрантов и группой ультраправой молодёжи во Фрайберге. Несколько молодых немцев вышли на демонстрацию в поддержку действий полиции, устроившей рейд против наркоторговцев и связанных с ними террористов. Как правило, в таких случаях этнические преступные группы мобилизуют своих соплеменников для уличных беспорядков и пытаются привлечь внимание СМИ для создания очередной истерики как обижают беззащитных мигрантов. Нередко это им удаётся, из-за давления политиков спецоперацию прекращают, а задержанных правонарушителей освобождают, чтобы не оказаться обвинёнными в расизме. Тактика старая и проверенная, она нередко позволяет уходить от закона даже тем, против кого есть исчерпывающие улики.

- А что случилось на этот раз?

- На этот раз, говоря молодёжным языком, молодых немцев это «достало» и небольшая группа право настроенных граждан вышла в поддержку действий полиции, - появилась фотография пяти-шести бритых татуированных парней в кожаных куртках, - Естественно, демонстранты были тут же атакованы толпой агрессивно настроенных мигрантов.

- А полиция?

- Полиция действовала как обычно - вмешалась, разделила дерущихся, - появилась фотография тех же бритоголовых с заломленными руками в окружении полицейских в масках и бронекостюмах. Лица половины нациков были залиты кровью, - как Вы думаете, кого задержала полиция? Немцев или мигрантов?

- Конечно немцев! – сорвалось с языка ведущей.

- Вот вам и причина выступлений их товарищей в других городах. Самое значительное по количеству участников выступление произошло в Берлине, как мы только что с Вами видели. Везде полиция действовала по одному и тому же образцу, задерживая немцев и отпуская мигрантов, даже зачинщиков драк, тех у кого при себе было холодное оружие и нападавших на представителей закона. Кстати, в Берлине и Фрайберге толпы мигрантов забрасывали полицию камнями и «коктейлями Молотова», но задержан не был никто.

Остальное время было посвящено обсуждению конфликта неофашистов и мигрантов в Берлине. Министр на всякий случай глянул самых популярных политических блоггеров – по теме обсуждали конфликты между нациками и нацменами или прямо - между немцами и мигрантами, а где пытались обсуждать Фрайберг, появлялись небольшие, но активные «тролли», умело вбрасывавшие темы «нацик- не человек», «мигранты - унтерменши», «кожу унтременшей – на абажуры» и всё превращалось в срач до небес. Министр удовлетворённо хмыкнул.

Прошло ещё два часа, никаких следов беглеца не обнаружено. Министр отдал приказ о премиях за поимку и информацию. Размер премий шокировал.

-------------------------------

Пластиковый схрон-пенал был по размеру чуть больше спасательной орбитальной капсулы. Забавно, только один раз довелось летать в космос, как ему повезло с аварией и пришлось три дня провести в капсуле по объёму раза в три больше, чем гроб. В схроне тоже было не сахар, но человек был рад. Последние два он почти всё время спал. Биоэлектронные камеры наблюдения, выведенные наверх, не обнаруживались ничем. Несколько раз прямо над ним проносились дроны, один раз прошла поисковая группа со сканером, егерь, два полицейских, несколько солдат. Искали подземные полости, пещерки или укрытия, но порыскав ушли дальше. Современный схрон обнаружить очень сложно, он так корректирует магнитное поле сканера, что внутрь можно класть хоть стальную болванку, а про акустические волны и говорить нечего, а уж на краю болотца, на самой границе воды и вязкой почвы его обнаружить можно почти в упор и только самыми последними моделями комплексных сканеров, который размером с грузовик, таких мало, а его ищут в круге диаметром в 70 км, пусть развлекаются.

Запаса энергии и концентратов хватит на пару недель, может и больше, столько облавы бегать не будут и он без нервов уйдёт.

Таркан проснулся сам за полчаса до будильника, скоро спутник пришлёт новости. Про Хузу по-прежнему ничего не известно. Сердце кольнуло острой иголочкой вины. Сейчас нельзя на этом зацикливаться, надо думать о другом. Вчера через спутник пришла новость – в районе северного автовокзала его лихорадочно искали. Да, те же люди, которые помогли ему бежать, предали его как только услышали сумму выкупа за голову. Его фотографию, приметы и возможные образы постоянно передавали по всем местным каналам. Но он сделал заячий скок – сделал петлю, вернулся на свой же след и неожиданно отпрыгнул в сторону. Вчера к вечеру кто-то из курдов, которых он подвозил, увидел новости, сопоставил с образами и решил обеспечить себя на всю жизнь. Наверное, парень огорчился, когда ему показали шиш с маслом. Сегодня утром снова начали обрыскивать леса, пусть побегают на воздухе, полезно. Пимкнул нейросетевой пакет. Зелёная сферка лопнула точками разноцветных новостей, связанных разноцветными ниточками-графами. Одну Таркан не ожидал увидеть так рано. Распоряжение СЧП.

До полной темноты ещё несколько часов. Надо проанализировать обстановку, собрать вводные с датчиков и спутников и если объект в удобном месте, то можно действовать. Не зря это поручили именно ему, хотя он только лишь послал запрос вчера утром. Объект заслужил то, что с ним случится в полной мере. Когда-то Таркан спас этому мерзавцу жизнь, были клятвы в вечной благодарности и всё прочее... Такое надо пресекать, чтобы было неповадно. Странно, что центр очень странно и коротко  ответил по Хузе, можно ли ей как-то помочь. К распоряжению прилагался комментарий: «Предполагаем, что это поможет.» Надо подумать над этим после выполнения, видимо, он переутомился, если не въехал сразу. Это было правильно, что он оставил оба дрона, хотя центр приказал их уничтожить сразу же. Таркан ответил, пользуясь правом резидента, что это сейчас опасно, могут заметить. Потом, когда им не давали отхода, приказали перебросить дроны в лесопосадку и замаскировать, это было очень странно. Он отказался наотрез, ответив что это очень опасно – их найдут. Где они, резидент не сообщил и правильно. Птички были в городе, там где незаметно не найдут и не заморозят, можно подорваться и можно взлететь. Если бы он не выходил периодически на связь с кодовым сигналом, дроны бы самоуничтожились. Надёжная мера. Ну вот всё и сложилось, объект на месте.

Таркан коснулся пульта и набрал личный код. Из технического кармана под выступающей крышей большого старого здания выше уровня фонарей на окраине Ганновера вывалился какой-то грязный кусок строительного мусора с обрывками проводов и короткими обрубками по сторонам. Обёртка свалилась, обрубки чуть выдвинулись и бесшумная смерть, делая плавные повороты, унеслась к городским огням. Двум людям, что случайно увидели странный объект, показалось, что это просто большая птица, а птицы летают ночью, но городской житель ни в чём таком всерьёз не уверен, может и летают.

- Странно, - подумал человек в капсульном схроне, - я совсем не думал как буду жить после того как вернусь. Просто делал своё дело, возвращение казалось совсем далеко. Конечно, поработаю пару лет в КОБе, передам опыт и наработки, а что дальше? Работа разрушила две его семьи, родителей уже нет, братья не видели его двадцать лет. С его заслугами можно выйти на пенсию, даже небольшой островок купить. Но он от той жизни он, пожалуй, уже отвык. Вот и сигнал от дрона.

-------------------------------

Малик с наслаждением растянулся в кресле Ахмада, закуривая первоклассный «косяк». Хорошо быть главным! Он посмотрел в толстое, прозрачное только с одной стороны бронестекло четырёхуровневого пентхауза. Хорошее стекло, выдержит любую пулю и взрыв разумной силы, а более серьёзным оружием братва разумно не пользуется. Власти лучше не злить.

Шикарное место, высота метров 100, весь город как на ладони. Сам Ахмад в его время бывал здесь очень редко, предпочитая лично контролировать свой район. Недоверчивое поколение старых воркоголиков! Надо уметь наслаждаться жизнью, а чёрную работу могут выполнять и другие.

Малику показалось, что с той стороны стекла повисли две прозрачных стрекозы. Какие стрекозы ранней весной? Что за непонятка, косяк веселит и расслабляет, от него не бывае «приходов,» как от серьёзной «дури». Малик зажмурил и широко открыл глаза. Стрекозы исчезли. Значит, привиделось.

За две минуты перед этим большая чёрная птица села на крышу соседнего здания и выпустила из маленьких контейнеров под крыльями две прозрачные фигурки – излучатель и приёмник. Малик всё равно не понял бы, как всё работает, но мог бы понять, что минидроны-разведчики могут ограниченно видеть сквозь нетолстую стену.

Крылатый тёмный силуэт вышел на оптимальную дистанцию поражения и выбросил нечто, похожую на банку в направлении смутной человеческой фигуры, сидящей в кресле. Малик даже не успел удивиться, как на него из бронеокна хлынули струйки огненного ливня.

------------------------------------

- Господин Министр, - сообщили с другого конца коммуникатора, - Хузаму Лабиб только что выпустили. За местом проживания установлено техническое и агентурное наблюдение. Предписание не менять место проживания без уведомления полиции под угрозой ареста. Её встретили адвакат и представители общины, им сообщили, что после ареста у неё случился нервный срыв и её на неделю поместили в закрытую психиатрическую лечебницу. Прописали обязательный приём препаратов. Всё правильно?

- Да, - ответил Министр, - всё правильно.

Он положил коммуникатор. Старая лиса Кёллер был прав, смерть совсем рядом. Третий дрон. Он понял это только когда ему сообщили про Малика. Профильный специалист из спецслужб убеждал, что Министру особо нечего бояться, вероятность, что СЧП выдаст даже частное разрешение на возмездие, очень невелика. Кёллер преувеличил опасность или специально издевался над ним. Хотя ну их всех к чёртовой матери, что ему эта арабская девка? И так полно неприятностей, не хватало только мотать себе нервы на пустом месте.

------------------------------------

Барончик был зол, четыре месяца в подземных убежищах, мини-фортах, тайных коттеджах и постоянных переездах запросто доведут непривычного человека до белого каления. Старый перестраховщик Соломон гонял его, как зайца - нельзя ночевать два раза на одном месте, а эти меры биологической защиты с постоянной маниакальной слежкой за инфекциями и реанимационной комнатой под боком! Но отец, отправляясь на очередную операцию, приказал слушаться Сола во всём. Абсолютно во всём.

Одни и те же, с детства наскучившие унылые рожи охраны. Был, правда, крошечный лучик света в этой темнице, три месяца назад приставили начальником внутренней охранной смены некоего Рика, высокого, жилистого, очень сильного дядьку, бывалого и смышлёного.

Рик иногда развлекал его рассказами про Африку, где то ли служил, то ли воевал во времена восстания Читемо. Можно было сидеть и слушать часами, но тот поболтает полчаса и снова бегать по службе, проверять да вынюхивать. Говорит, только благодаря этой привычке, жив до сих пор. Со временем Барончик понял, что Рик делится с ним воспоминаниями не просто так, каждый раз после его рассказа хотелось что-то проверить и немедленно выполнить предписанные меры предосторожности, не пытаясь спорить. Сам Соломон, кстати, ценил нового сотрудника, говорил, что у того особый нюх и нестандартное мышление.

Сегодня Рик был озабочен, несколько раз отходил звонить начальству. Его смена закончилась, после пересменки он почти всегда уезжал, такое у него было правило - обязательно оставлять время на частную жизнь, Спортзал, проверенные девки, иногда в пределах нормы выпивка с друзьями, уединение дома. Поэтому когда Барончик зашёл в гостинную, то удивился, увидев Рика, сидевшего на диване рядом с двумя резервными охранниками перед мелькающим головизором. «Круто они нас обошли,» - тихо процедил Рик.

Показывали последние новости китайского канала-аггрегатора, показывавшего самые важные из нейросетевых новостей.

- Это уже восьмой запуск орбитального челнока с помощью орбитальной пращи, совместной русско-океанийской программы с использованием ресурсов внешних станций. Слов «Поселения» или «Звёздный Союз» старались избегать даже китайцы, прибегая к эфвемизмам.

- Орбитальная праща - прорывом в орбитальной космонавтике. Она позволит запускать в среднем ближайшем будущем на орбиту до трёх человек в сутки, а в ближайшие двадцать лет – до десяти человек в сутки, то есть примерно 3600 в год со стоимостью в три раза меньше стоимости традиционного запуска. Ожидается, что через 15 лет орбитальная праща станет основным транспортным средстом марсианской орбиты. Для Земли из-за силы тяжести планеты и плотности атмосферы можно только частично использовать экономию, которую дают тросовые системы, но и это должно большой выигрыш. Сейчас мы наблюдаем спуск орбитального челнока.

- Челнок несёт двенадцать человек, два из которых экипаж – первый пилот Ростислав Костенко, второй пилот Александр Дымов. По уже сложившейся традиции спуск с пращи и возвращение на космодром выполняет второй пилот. Заканчивается строительство первой космической верфи, вахты начали возвращаться домой. Четвёртая вахта за неделю из семи запусков, рекорд интенсивности сообщения с орбитой.

Челнок скользнул вперёд, отставая от уходящей назад и вверх транспортной платформы на исчезающем в высоте чёрного неба тросе. Гигантское колесо с двумя тросами-противовесами катилось по орбите, нижний трос крутился против орбитального движения, его конец двигался не с космической, а просто гиперзвуковой скоростью. В принципе, где-нибудь на Марсе можно будет построить орбитальную пращу, нижний конец которой будет лететь относительно поверхности чуть ли не со скоростью обычного самолёта.

- Молодой пилот совершил ошибку, - продолжал автопереводчик, - он слишком рано начал сход с пращи и задел хвостом платформу. Удар был не очень сильным, но заметным. Датчики показывают лёгкие повреждения. Теперь челнок и трос с платформой, получивший ударную нагрузку, надо будет проверять. Пилот уже выполнял этот манёвр и даже один раз на этой неделе поднимал челнок на орбиту с помощью пращи и тут ошибся, обидно.Это океанийский экипаж, пятый за неделю.

- Какая странная фамилия: Дымов, с трудом выговорил один из охранников.

- Дым – смок по-русски, ответил Рик.

- Ты знаешь русский? – удивился Барончик.

- Не то чтобы знаю, понимаю, полезно для работы.

- А сколько языков ты знаешь или понимаешь, Рик?

- Одиннадцать, сэр. Работа такая.

- Ты чем-то озабочен, Рик?

- Да так, пойду поговорю с начальством,ы мучила идея, теперь оформилась. Мне кажется, Вам надо будет поскорее переехать на новое место, сэр.

- Так мы же и так переезжаем завтра вечером?

- К сожалению, лучше бы было переехать сейчас.

- Да ты что, Рик?

- Доброй ночи.

Разговор с шефом начальника оказался бесполезным, тот раздражённо ответил, что не видит риска, кроме обычного. Рик ожидал такой реакции, но беспокоить Соломона было неразумно, но на всякий случай надо сообщить на уровень повыше текущего босса.

- Пять вылетов за неделю океанийскими экипажами и три вылета из семи вообще без пассажиров туда и обратно, ещё один - туда груз, обратно вахтовики с верфи. Я посмотрел – чёткой информации куда и что возили нет. Смотрите, - молодой пилот выводил челнок на орбиту, что это значит? – спросил  Рик.

- Он вёз не людей а груз, поэтому и дали попрактиковаться, опытных пилотов не хватает.

- Точно, груз, но не очень дорогой и уникальный.

- Например?

- Вольфрамовые поражающие элементы.

- И какая точность будет при ударе с орбиты по защищённой цели?

- Не знаю, недостаток точности можно заместить мощью залпа. Тем не менее, авианосцы они успешно вывели из строя такими вот тяжёлыми стрелками с орбиты.

Шеф куда-то посмотрел, - тогда били с низкой орбиты две тяжёлые боевые станции постоянно крутились над территорией, но сейчас ни одна низкоорбитальная станция не проходит через наш участок, а с высокоорбитальной попасть кинетическим оружием в малоразмерную цель попасть считается нереальным.

- Так раньше считалось, не знаю как сейчас.

- Это заключение военных. Что ещё?

- Одним из рейсов на орбиту отправлен некто Олег Фатеев, специалист по ударно-кинетическому оружию и ударным волнам. Незадолго до катастрофы с авианосцами он тоже летал на орбиту.

Шеф ещё раз куда-то посмотрел: - он летал за прошлый год четыре раза, сейчас пятый, ничего удивительного с его работой. У тебя всё?

- Я уже докладывал, у меня ощущение, что нас вычислили. Последние месяцы постоянно крутились всякие дроны и средства технической разведки, мы их постоянно сбивали, вычисляли, дезориентировали, ослепляли... Сейчас их намного меньше, такое впечатление, то только для создания впечатления присутствия. Мне кажется, объекту сели на хвост.

- Кроме ощущений и впечатлений, как я понял, ничего. Я думаю, тебе нужно отдохнуть, ты переутомился и стал напрягать народ вокруг. Мы и так уже устраивали четыре переезда по твоим невнятным сигналами и заявлениям, ни одно из них не подтвердилось. Знаешь, перенапряжение команды приведёт само по себе серьёзная опасность. Можешь взять две недели прямо сейчас, ты неплохо поработал. Тебе надо прийти в себя.

Рик кивнул: - Хорошо, а можно три недели?

- Можно.

Рик выключил запись разговора. Может пригодится.

--------------------------------------

- Сэр, к «Пончику» подошли два поселенских корабля, «шныри» распылили угольную и алюминиевую пыль, то что мы разглядели, похоже, на корабли переслали какой-то небольшой груз, несколько капсул, корабли отчаливают, - доложил дежурный. «Пончиком» тут называли океанийскую высокорбитальную боевую станцию с искусственной гравитацией, создававшейся вращением, а «шнырями» - малые орбитальные автоматические или пилотируемые катера.

- Вижу, - полковник профессиональными движениями покрутил голограмму, - грамотно сделано, по секундам, у нас все углы наблюдения такие, что ничего наверняка не скажешь. Продолжай наблюдение. На всякий случай дай повышенную готовность орбитальщикам на низкой в том квадрате.

- Ракетам, лазерам, пучкам?

- Всем, на земле тоже. Не очень хорошо, что у нас в квадрате сейчас только одна станция, остальные за горизонтом. Мне не нравятся эти два корабля, похожи на замаскированные то ли большие канонерки, то ли многоцелевые крейсера.

- Канонерки поселенцев могут ударить снарядом больше 10 миль в секунду, сэр. Хорошо, что с большой дистанции точность хреновая.

- Уже больше, чем 10, сынок и боюсь, что последние модели намного больше. Точность хреновая, это верно. Да ещё станция с ними на одной линии. Ладно, наблюдай.

Станция сделала ещё один оборот и опять оказалась почти на одной линии с кораблями, остатки маскирующего облака в трёх местах были очень плотными. Полковник был прав, два корабля были канонерскими кораблями, построенных по сути вокруг огромных электромагнитных пушек. Новые снаряды с дополнительными разгонными и корректировочными двигателями были в некоторой степени управляемыми, не особо, конечно, на такой скорости и ничтожных для космоса расстояниях много не накорректируешь, но особо было и не надо при такой массе залпа. Задачу точной корректировки выполняла станция. Группа Олега как раз подготовила необходимые вычисления и настроила аппаратуру.

---------------------------------------------

Рик пил бурбон со льдом на почти пустом патио местного ресторанчика. Пошёл уже второй день, как он отдыхал. Так ничего не случилось, шеф, наверное ехидно усмехается. Безоблачное лазурное небо на глазах темнело, с гор потянуло ледяным ветерком. Лето в Монтане выдалось на редкость холодным, можно сказать, кончилось не начавшись, туристы почти разбежались. Хозяин поставил несколько инфракрасных излучателей, но всё равно изнеженные американцы предпочитали толпиться внутри.

Непритязательного старого наёмника это устраивало, меньше лезут знакомиться и расспрашивать. По сравнению с хозяйчикам убогих местных магазинчиков, считающих каждый цент служащих, не говоря уже про местную фермерскую босоту и «лиц добровольной занятости», как политкорректно называли безработных, он смотрелся весьма солидным человеком. Да, работы, особенно в глубинке, было всё меньше и меньше, людей повсюду вытесняли роботы.

Деньгами Рик не светил, но было понятно, что у него кое-что водится. Высокий, сильный, по-мужски красивый, с разрешением на оружие. Прочная легенда у него была придумана заранее, он представлялся инструктором в тренировочном центре посредственной частной военной компании, была тут такая рядом. Местные бабёнки липли к нему, было несколько девчонок очень даже ничего. Рик отлично владел технологией съёма женщин, но с его новой работой пока он предпочитал проверенных профессионалок. Он не имел никаких местных связей кроме шапочного знакомства с разговорами о погоде и спорте. Желания задирать его почему-то не возникало даже у известных местных дебоширов. Было несколько желающих завязать разговор с прицелом пристроить дочку приличному человеку, но Рик отвечал, что два раза разведён, оба раза бывшие оттяпали половину нажитого и больше он жениться не будет никогда. Постепенно его оставили в покое.

Ему нравился этот бар, с патио был потрясающий вид на горы. Рик заезжал сюда, когда они кочевали тут от укрытия к укрытию, у Барончика их тут было несколько в округе. В дикой местности при наличии ресурсов охранять намного проще, чем в человеческом муравейнике. Ресурсы были практически неограниченные, но побегать придётся ещё с годик, пока не будет готово надёжное убежище.

В стакане кроме льда ничего не осталось, надо сходить за второй порцией. Рик встал и так и застыл на несколько секунд со стаканом в руке. Невидимый художник исполинских размеров стремительно перечеркнул тёмно-синее небо наискосок двумя яркими тонкими мазками. Сразу из нескольких мест на перехват за считанные секунды вытянулись длинные столбы следов зенитных ракет. Не нужно было быть зенитчиком, чтобы увидеть, что слишком поздно. На высоте пяти километров толстые кончики бело-жёлтых штрихов рассыпались маленькими яркими точками. За каждой точкой образовался яркий след. Некоторые ослепительно блеснули – прямое попадание зенитных лазеров. Чуть медленнее мига – одной десятой секунды, пока человек успевает закрыть и открыть глаза, разлетевшиеся кассеты достигли расчётной зоны на высоте от 100 до 200 метров над целью и раскрылись вольфрамовым ливнем. Этого было уже за линией гор и Рик этого не увидел, но знал что это произошло. Внутри его похолодело, он не мог знать, в каком именно убежище из пяти сейчас Барончик, но понял, что именно там, куда прилетели яркие болиды.

Трудно было найти более неудачный момент для защиты. Сегодня к Барончику приехала жена с детьми. Буквально пять минут назад Барончику приспичило помолиться перед ужином, последние недели две как он начал немного блажить, а жена горячо поддерживала обращение к вере предков. Счёт шёл на секунды, омерзительно выла сирена воздушной тревоги, а как назло из столовой только один выход в убежище, а надо подождать пока определят тип атаки, а то спрячешься под землю, а от тебя этого и ожидали, дальше ударная волна от двухтонного молибден-вольфрамового шара перемешает твои ошмётки с осколками бетона. Охранники, пыхтя и сталкиваясь, тащили подопечных в коридор перед выходом в шахту противоатомного убежища. Коридор был покрыт метровым слоем брони с композитным усилением. Потолки дома усилены десятисантиметровым слоем бронекомпозитной стали, специальные окна, если бьют болванкой, может быть лучше было остаться там? Охраняемые и охранники сгрудились в бронекоридоре перед полуоткрытой шлюзовой дверью, ожидая сигнала что делать от зенитно-космической обороны. У них должно быть 10-15 секунд, чтобы успеть скрыться. Скорость снарядов ожидалась около 5 миль в секунду, но в реальности она была минимум в три раза больше. Внутрь успел заскочить только охранник с младшей дочерью на руках, за секунду до того как с потолка хлынули тонкие струи пылающего металла.

Маленький заострённый вольфрамовый цилиндрик, толщиной чуть больше сантиметра и длиной чуть больше 5, расплющенный сзади в небольшое крестообразное оперение кажется смешным против метровой стальной плиты. Половинка фломастера, которым пишут на доске. Но если возьмёшь стрелку, то удивишься её тяжести – больше 100 г, модифицированный вольфрам, плотность 20 г на кубический сантиметр. Сердечник самого мощного танкового подкалиберного снаряда начала 21 века 4 кг, толщина 5 см, скорость 1500 м/с, такой запросто пробивает метровую броню. Обычный человеческий опыт, не может представить, что кинетическая энергия стограммовой стрелки на скорости 30000 м/с в 10 раз больше кинетической энергии танкового снаряда. Чем тоньше снаряд, тем выше пробивающая способность. Броня в коридоре была не чета броне танков начала 21 века, но и ей было не устоять против космических скоростей.

Поток стрелок, легко пробившая стальную капсулу, проходя через неё наполовину истёрся в микроскопическую пыль, нагретую до 3000 градусов. При контакте с кислородом воздуха пирофорный порошок сгорал мгновенно, от этого казалось, что с потолка и стен под углом 30 градусов к земле хлынули клубящиеся струи огненного душа. Броневая сталь у выходных отверстий отлетала от сверзвуковых ударных волн тонкими линзами, проходя как иголка сквозь масло через пластик потолка, дробясь на острые лезвия и выкашивая всё, что не прошило стрелками и не изрешетило осколками вольфрама. Если после этого осталось что-то живое, оно сгорело в тысячеградусном огненном облаке, заполнившем коридор.

Возможное Будущее : 

Комментарии

Хотел бы, по возможности, у уважаемого автора узнать мнение по двум вопросам

1) Павел, я так понимаю, вы очень подробно изучили сталинскую эпоху, и хотклось бы узнать у вас мнение по поводу ''ленинградского дела''. Просто мне частенько попадались статьи, в которых описывалось, что ленинградское дело - это якобы расправа Сталина с ''русским крылом'' в ВКП(б) - деескать ленинградцы хотели создать свою компартию (РСФСР), добиться большей самостоятельности, контроля над собранными налогами, ''исправления'' национальной политики в пользу преференций русским и т.д. Якобы их за это арестовали и казнили. Все-таки, чем же было ленинградское дело - наказанием реальных преступников или зачисткой ''русского крыла''

2) Второй вопрос. Что вы можете сказать о т.н. фарвесте? Просто недавно на лефт.ру натолкнулся на статью про этот мммм синдикат англосаксонских элит с частью элит бывшего СССР, чьей целью является уничтожение России и подчинение мира англосаксонской цивилизации. Если вы в курсе об этой организации, то, что можете сказать об информации с лефт.ру? На мой взгляд, она небезынтересна, хотя я могу и ошибаться. 

Лишь тот достоин жизни и свободы,  Кто каждый день за них идет на бой!  

Ленинградское дело - это борьба с народившейся заново партийно-хозяйственной мафией. Так получилось, что в Ленинграде по ряду причин сформировалась сильная территориальная мафиозная группировка, давшая метастазы на уровень страны. Ленинградское дело - конгломерат нескольких очень крупных дел. Началось всё с расследования бесхозяйственности в особо крупных, точнее, огромных размерах (4 млрд. тех руб)  - по поводу расхищения и намеренного уничтожения продуктов (с последующим списанием) на Ленинградской ярмарке. Когда потянули за ниточку, то поразились размеру вытащенной взаимосвязанной, поддерживающей друг друга коррупционной сети. Потом оказалось, что не только коррупционной. Расследование показало колоссальную коррупцию и блат (тогда говорили кумовство) в верхах области с выходом на уровень СССР, потянули за ниточку - вышли на Вознесенского, председателя Госплана, потом следаки вышли на Кузнецова, секретаря ЦК (такая же должность как у Сталина) - ответственного за кадры, бывшего секретаря обкома Ленинградской обл. Оказалось, что кадры он подбирал ещё те. Параллельно вскрылось "хлебное дело" - коррупции и воровства в особо крупных масштабах. Русских там было немного, в основном евреи, повязали всех, оказалось, тоже завязаны на Кузнецова. Наша контрразведка давно подозрительно относилась ко 2 секретарю Л. обкома Капустину, личному другу Кузнецова, но того прикрывал Кузнецов. Доложили Сталину, он поднял расследование на максимальный уровень. Выяснилось, что Капустин - английский агент, завербованный во время командировки в Англию в 30-е по классической схеме - переспал с английской переводчицей, "внезапно пришёл муж" и понеслось. Документы об этом у нашей разведки были и были отправлены в Ленинград, их потом уничтожил Кузнецов когда был членом тройки. Когда вскрылось, то сначала Кузнецов отвертелся - его судили за преступную халатность и дали срок, а уже последующее расследование показало, что это совсем не халатность, он сознательно дважды уничтожал документы дела на Капустина как английского агента. По всей видимости, Кузнецов был если не прямым агентом, то агентом влияния. Деятельность Кузнецова и Капустина очень похожа на деятельность Яковлева в перестройку, кстати, сын Кузнецова был первым помощником Яковлева. Какие странные совпадения, не правда ли? Но мафия не ограничивалась простым воровством и продвижением своих людей на крупные посты, ей нужна была серьёзная власть. Поэтому была вброшена идея создания российской компартии, места там были расписаны. Очень похоже на деятельность Ельцина и его окружения, среди которого было полно английской и американской агентуры. К "русской партии" и русскому народу это имеет такое же отношение, как дела банды Ельцина.

2. Фарвест - фирмочка бывших сотрудников позднего КГБ, где были паталогические русофобы-нацмены - чечен Саидов и адыг Начхоев (изестный как Антон Суриков) . Фарвест вместе с одним частным лицом - Анатолием Барановым ("бяшка-ссученный") учредили странный сайт https://forum-msk.org, потом через несколько лет Фарвест отказался от своих прав и единым владельцем стал коммунист Бяша. Сайт до сих пор имеет очень нежные связи с либералами, которые там в списке постоянных авторов, а раньше публиковались постоянно. Ближайшая соратница Бяши - некая Дарья Митина (http://www.rusproject.org/node/1436). Даша и Бяша - лиса Алиса и кот Базилио коммунистического движения, ныне практически издохшего. Фарвест имел свою страничку в ЖЖ, сейчас удалённую - это было нечто, жалею, что не сохранил, такой лютой звериной ненависти к русским и России надо поискать днём с огнём даже среди бандеровцев. Там Саидов и Начхоев с друзьями выплёскивали гной из своего подсознания. Потом у них хватило ума удалить страничку и развязаться с Форумом мск. Никакой надёжной информацией о связях Саидова, Сурикова и непонятного Филина с мировой закулисой не обладаю, судя по тому, что они писали - это неумные господа с чудовищными комплексами, если они представляют мировое правительство, то дела планеты Земля очень плохи. Но, уверен, что это далеко не так  :). Лефт.ру читать не советую, там клоуны и психически не вполне вменяемые особи.

Большое спасибо за ответ!

Если возможно. не могли бы вы посоветовать, какие книги почитать, посвященные ленинградскому делу, да и вообще борьбе группировок советской элиты в конце 40-х-нач 50-х?

С уважением.

Лишь тот достоин жизни и свободы,  Кто каждый день за них идет на бой!  

Книг тогда ещё мало было. Это я кратко пересказал что помню. Нового должно быть немало, сам я уже не особо интересуюсь, потому что выводы сделал давно и картина в принципе ясна, детали, конечно, будут приходить, но это как в науке и бывает - только уточнения и дополнения.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Митина,_Дарья_Александровна
Цитата: "В мае — августе 2014 года — представитель МИД ДНР в Москве[1]."
Видать в самое горячее время фиксировала "молодых" растущих лидеров левого (её же эту аудиторию поставили "окучивать") толка, а потом "сливала" их куда надо за деньги или карьеру или за что там ещё. Затем этих лидеров брали под контроль кого "свинцом", кого деньгами, кого компроматом и пр. Потом бы, наверное, искренне удивлялась бы и не понимала, если её с завязанными руками вели "проводить окончательный расчёт" действительно порядочные люди. 
Но это моё допущение/предположение. 
По теме:
А у Вас, Павел, всегда "из-под пера" выходит или "серебро" или "золото", ну как минимум "железо" (большое спасибо!).
А почему так долго не писали, совсем времени нет или желания? 
 

Я писал, только очень медленно :) вот на эту полглавы потратил год.

У меня новая весьма ответственная работа в очень крупном международном банке - старший архитектор аналитики и данных, пик экспертной карьеры. Времени и ресурсов после работы остаётся существенно меньше. Ещё в прошлом году купил загородный дом, выходные обычно провожу там, на поддержку дома уходит много времени, зато качество отдыха кардинально улучшилось.

Про политику и текущую ситуацию больше писать не вижу смысла, умному всё очевидна, а слабохарактерным слабоумным зомби хоть в глаза плюй, про советскую историю всё, в принципе, написано и всё сказано. На остальное нет ни сил ни времени, по приоритету хочу сначала закончить Нейросеть, потом будет видно.

Вот такие дела.

"Птички поют не просто так, они обозначают свою частную собственность. Даже воробушек будет биться насмерть за свою территорию."

Понятно, что Акбар - парень простой, и в данном эпизоде присутствует отнюдь не в качестве теоретика, ведущего дебаты. Поэтому ему дозволено судить несколько размашисто.

Если бы Кёллер вдруг вздумал выступить против ЧС (что маловероятно smiley), то он бы возразил, что ЧС - это вовсе не территория кормления и даже не сами материальные предметы. ЧС - это система общественных отношений. 

Вот если бы проигравший в потасовке воробушек поступал к своему победителю батраком (отдавал бы часть пищи хозяину территории), то тогда аналогия была бы точнее.

Если бы медведи в лесу (о которых Акбар говорит дальше, развивая свою мысль) объединялись в какие-нибудь корпорации, чтобы совместно заставить других медведей-лохов сооружать себе берлоги на зиму - аппеляция Акбара к зоологии была бы ещё более убедительна. smiley

Что до воробушков. то они не только бьются за свои гнёзда. Были отличные наблюдения, показавшие, что "коллективистское" поведение воробьёв усиливается по мере увеличения снежного покрова - уж если удастся заполучить труднодоступный после снегопада корм, то он послужит не одному "наиболее конкурентспособному" воробью, но и многим его собратьям. Вот бы и людям так!

Так что, животный мир - он такой. В нём равно могут черпать аргументы не только защитники ЧС, но и её  непримиримые противники. smiley

Ты прав, в смысле многообразия.

Но Акбар явно прав в том смысле, что он определил ЧС как ресурс с экслюзивным доступом. Ресурс может быть использован различным образом, но суть остаётся одной - эксклюзивность, абсолютные права на пользование. В подавляющем большинстве случаев у животных размер территории совпадает с возможностью прокорма себя и семьи, поэтому никакому батраку места быть не может, побеждённый просто изгоняется и обычно погибает.

Медведи и прочие зяблики после смерти индивида "пересматривают" территорию, заново рубясь за право обладания, а стайные животные владеют ей много поколений.

Человеческая ЧС может быть с батрачеством, рабством или без такового, суть её не в том, что кого-то заставляют работать на себя (это запросто), а в эксклюзивности пользования ресурсом, что подтверждается силой общества (закон или обычай) . Корни этого, по нашему с Акбаром мнению cheeky лежат именно в сотнях миллионов лет территориального инстинкта.

Форма батрачества в животном мире действительно существует у мелкостайных животных, например, у шимпанзе. Побеждённая стая частично уничтожается (самые сильные самцы и старые самки), частично изгонятеся (что близко к уничтожению для неполной стаи), а частично переходит в подчинённое положение на правах, в лучшем случае, дельт, а всё больше типа омег. Побеждённые добывают еду, часть из которой отбирают альфы и беты победителей, молодые самки оказываются внизу иерархии поступают "в общее пользование". Очень похоже на гомо, вроде как сапиенс.

Рабство существует у коллективных насекомых, например, у муравьёв - рыжие захватывают куколки чёрных и выводят породу рабов. Американские муравьи-амазонки вообще не могут прожить без рабов - они уже разучились работать, а захватывают не куколки, а молодых муравьёв.

То, что Акбар не знает (но узнает потом - спойлер wink ), что человек - не воробей и не медведь, а мелкостайный примат и собственность на самом деле в человеческом обществе не частная, а малосемейная. Человек прошёл очень много стадий в своём развитии, мы были индивидуальными грызунами несколько десятков миллионов лет, затем мелкостайными животными вроде крыс, мелкостайными полуобезьянами, мелкостайными обезьянами вроде шимпанзе, видимо был период малосемейно-индивидуалистических гоминид как у горилл на пару миллионов лет, затем опять мелкостайный период и только несколько десятков тысяч лет назад появились племена в несколько сот человек. Таким образом у нас имеются самые разнообразные закладки - групповые, индивидуалистические, имеются люди, склонные к парному браку, к промискоитету, переходные формы и так далее. Большую часть своей недавней млекопитающей истории наши предки жили небольшими родственными стаями (или большими расширенными семьями), поэтому возвращение к абсолютно эгоистической ЧС можно рассматривать как своего рода инволюцию (деградацию), но биологически значимого опыта жизни в больших коллективах гомо сапиенс не имеет.

ЧС - это действительно отношения между людьми в обществе. Если ЧС признана за индивидом (на самом деле не за индивидом, а за семьёй), то, в подавляющем большинстве случаев, большой амбал или толпа с дубьём не может просто так выгнать человека с признанного обществом участка. У индивидуалистических животных пришёл медведь побольше и выпер не вписавшегося в окружающий ланшафт - естественный отбор, однако. У стайных - пришла новая стая и началось мочилово за территорию ("сюда идут рыжие собаки, мы принимаем бой" (С)). Если у человека "стая" размером с государство, то такие разборки внутри резко ограничены по очевидным причинам неразумной траты человеческих и материальных ресурсов. Внутри стаи небольшим группам (семьям, родам, кланам) нарезаются свои территории, границы которых (в целом при нормальном ходе вещей) соблюдает всё общество.

Из-за гибкости человеческого общества ЧС не обязательно может быть земельным участком (но очень часто люди инстинктивно стремятся иметь именно его - на своей земле человеку инстинктивно наиболее комфортно), а просто любым видом ресурса, обеспечивающего его существование, но его исходная древняя форма прослеживается - именно "своя" территория. Показательно, что первое, что делает усреднённый человек, получивший ЧС, обеспечивающей жизнедеятельность - заводит семью (если ещё не имеет) для поддержания владения этим участком. По сути, это такой же австралопитек, нашедший свой участок, громко вопит и лупит дубиной по деревьям, сзывая молодых самок для совместного продления рода и хозяйственной деятельности. Через очень небольшое время мы увидим одинаковую картину - расширенную семью, то есть деды-бабки (австролопитек №1 и его Ева(-ы)), размножившиеся дети и пр. Посторонним вход на их территорию, то в той или иной форме будет ограничен, начиная от забора до овчарок и Посторонним В - Thresspassers W(ill be shot).

Если инстинкт территории (как и другие инстинкты, например, размножения) не будет удовлетворён разумным осознанным способом, он будет удовлетворён неосознанным извращённым способом с крайне неприятными последствиями для всего общества.

Поэтому привык трактовать ЧС традиционно - всё то, что позволяет присваивать результат чужого труда: средства производства или земля. Тем ЧС и отличается от собственности личной. Т.е. если у меня автомобиль, на котором я семью на пляж катаю - это не ЧС. Если я на нём начинаю "бомбить" по вечерам - это тоже, в сущности, не ЧС ещё. А вот если я нанимаю водителя, который будет "бомбить" за меня и отдавать мне часть заработка - вот тут я уже "буржуй"! 

 

Если же ЧС это эксклюзивные права на что-то, то тогда всё в корне меняется, конечно. Замечу, что ТАКАЯ "ЧС" признавалась и в СССР - был закон о неприкосновенности жилища, было и понятие авторских прав. И при любом социализме (или гипотетическом "коммунизме") эксклюзивность прав на что-то сохранится. Единственной попыткой "полного обобществления", про которую я слыхал, были легендарные законы Ликурга, по которым спартанцы должны были раз в какое-то время обмениваться всей личной собственностью. (Впрочем, этот миф не скрывает и намерений Ликурга - так было им заведено для того, чтобы обуздать "дух накопительства", который справным воинам лишь во вред. sad) В экслюзивном пользовании каждого находятся также навыки, жизненный опыт, образование и прочие нематериальные ценности.

Разумеется, при ТАКОМ истолковании ЧС,  оспаривать её или пытаться отменить было бы очень глупо. 

Поэтому, чтобы совсем не запутаться, я придерживаюсь "классического" определения. Сам я считаю ЧС (т.е. возможность эксплуатации) злом. Впрочем, ещё бОльшим злом может быть и поспешная оттмена любой собственности на средства производства! Поэтому не могу согласиться и с марксистами, для которых отмена ЧС - самоцель, а не один из многих (!) инструментов. Это жульничество, конечно. У марксистов нет никакого ясного способа отличить владельца завода от бабки-пенсионерки, сдающей студентке комнату в своей "хрущёвке". ("Крупная буржуазия" vs. "мелкая буржуазия" - это явно не разговор... А ведь здравый смысл  требует, чтобы даже владельцы заводов, в свою очередь, были классифицированы! Заполучить частный завод, придумав бизнес-идею и реализовав её "с нуля", как Г. Форд, либо просто "приватизировав" его, удачно переспав с дочкой ЕБНа - это "две большие разницы", как говорят в Одессе, и два абсолютно разных социальных типа собственников.)

 

Но из этого же не следует, что и мы должны уподобляться "марксистам наоборот" и смешивать очень разные вещи вместе!

Поэтому, мне кажется, что если мы назовём всякое "эксклюзивное право", всякий "ресурс с экслюзивным доступом" ЧС, то столкнёмся с терминологической трудностью - как же нам тогда называть "частный" Уралмаш и частные нефтяные скважины?  

"ЧС традиционно - всё то, что позволяет присваивать результат чужого труда" - это как раз и есть более чем спорное марксисткое определение. ЛС - это определение, введённое в сталинское время, когда начали обобществлять в колхозы даже ложки и ножи, потому что у Маркса всё частная собственность. На самом деле Маркс в смысле неразделения собственности просто адекватно отражал западную экономически-правовую реальность. В западном праве вообще нет такого разделения - частная и личная собственность идентичны. private - переводится как частная так и личная собственность. Есть редкое понятие "индивидуальная собственность", относящаяся к личным вещам вроде рубашки или трусов. Но опять же, рубашку или пиджак, можно, например, сдать в рент и тогда они станут приносить прибыль. Маркс изредка использовал идиотское выражание "индивидуальная частная собственность" для обозначения личных вещей.

"присваивать результат чужого труда: средства производства или земля. " - тут начинается любимая марксистами бесконечная и бесплодная схоластика. Для начала, может - не значит обязательно будет, это как в анекдоте "но аппарат есть" :)

Есть земля, крестьянин на ней работает и продаёт урожай - это частная собственность или нет? А если он нанял работника на полмесяца в страду эта земля стала от этого частной собственностью, а крестьянин - буржуем?

Тем ЧС и отличается от собственности личной. Т.е. если у меня автомобиль, на котором я семью на пляж катаю - это не ЧС. Если я на нём начинаю "бомбить" по вечерам - это тоже, в сущности, не ЧС ещё.

Это как раз ЧС, а ты по Марксу- мелкий буржуй, согласно марксизму. :) точно также как крестьянин, деревенский кузнец (ремесленник) или водопроводчик, то есть владеешь средствами производства, на которых сам же и работаешь.

Теперь представь ситуацию - ты купил в ближайшем будущем автомобиль-робот, ездишь на нём на работу, на 8 часов отпуская работать как частное такси, вроде Убера. Кто ты и что такое твой автомобиль? Личная собственность? Частная? А если ты ходишь на работу пешком и твой угнетённый робот бомбит круглые сутки, то кто ты после этого? :) А если автомобилей два?

Тем более "присвоение" - более чем спорный момент. Неравноценный обмен это или честные договорные отношения. Тут тоже всё очень сложно и реально разделить добрых и злых капиталистов не может не только марксизм но и пока никто вообще, хотя такую классификацию очень хотелось бы сделать. Марксизм объявляет злом любую частную собственность и любое предпринимательство, если оно делается не от лица общества. Радикально, но катастрофически расходится с реальностью и понятиями о справедливости во многих случаях.

Вот ещё вариант, на которых мне марксисты не отвечают ничего вразумительного. Например, я маляр, работаю сам и нанимаю себе мальчишку, чтобы смешивал и перемешивал мне краски. В этом случае я - капиталист и присваиваю труд оболтуса, правильно? Но если я переплачу в магазине и куплю за те же деньги, что нанимал пацана, более дорогую краску, которая уже смешана и почти не требует перемешивания, то я уже просто ремесленник, то есть мелкий буржуа. Результат - строго один и тот же, абсурдность ситуации и деления очевидна. Самые забойные марксисты тут утверждают, что я всё равно буржуй - потому что присвоил труд рабочих, которые работали на фабрике, производя краску :) а если крашу себе - то не присваиваю, потому что не получаю прибавочной стоимости. А вот если я продам дом, который покрасил, дороже чем купил, то я капиталист опять. :) Практически один в один - представления недоросля Митрофанушки о существительных и прилагательных.

Любой неравноценный обмен, совершённый сознательно - это мошенничество и паразитизм, либо грабёж как вариант. Эксплуатация и неравноценный обмен с несправедливой компенсацией за труд может существовать в любом обществе из тех, что мы знаем в реальности. Например, в позднем СССР была очевидна несправедливая зарплата врачей и инженеров. Так что эксплуатировать может не только частник, но и коллектив. Вона как спартанцы коллективно эксплуатировали илотов, а внутри чуть ли не коммунизьмЪ.

Поэтому, мне кажется, что если мы назовём всякое "эксклюзивное право", всякий "ресурс с экслюзивным доступом" ЧС, то столкнёмся с терминологической трудностью - как же нам тогда называть "частный" Уралмаш и частные нефтяные скважины? 

Хороший вопрос. Капиталистическая собственность? Нужный язык, увы, катастрофически неразвит.

"Хороший" капиталист честно получает свою долю за организационно-интеллектуальную работу по повышению качества человеческого труда путём его разделения на участки. Это его "авторские права" на творческую работу по созданию предприятия. Если после этого капиталист уходит от руководства, просто получая прибыль, это можно рассматривать как авторские отчисления. Это если всё сферически и в вакууме, в реальности многое сильно не так.

У ЧС и капитализма, очень серьёзные, неустранимые недостатки. Об этом как-нибудь потом.

Мне несколько неловко отнимать у тебя время дискуссиями в сети - представляю, как ты сейчас работой загружен!

Но исхожу из того, что это не просто наши "кухонные разговоры" - в России происходят самые разные общественные процессы. Наряду с огромным количеством дегенератов, стало появляться больше и думающих молодых людей, часть которых смутно ищет вполне социалистические ответы на свои вопросы.  Например, наблюдаю за "навальнятами" и их гуру - так и он вынужден порой прибегать ко вполне "социалистической" риторике. Поэтому полагаю, что "марксистский" дискурс ещё может оказаться актуальным - разобраться во всём этом нужно. Сам я совсем не марксист, как ты знаешь, и считаю что вполне вероятное в будущем увлечение части молодёжи марксистской риторикой станет и потерей времени, и путём к заранее расставленным ловушкам.  Собственно, из-за этого и стоит вести всерьёз подобные разговоры.

 

Итак, разделение на private property & personal property у Маркса действительно нет. Упрекать его за это я бы не стал: на каждом шагу случается, что "основоположники" какого-либо научного направления использовали термины, от которых решительно отказывались потом их последователи (либо же наоборот - уточняли их так, что от самих терминов мало что оставалось). Считается, что "отец микробиологии" - А. Левенгук. Но кто из биологов поймёт его термин "анималькули" ("маленькие животные")? Генетику все начинают изучать с опытов Г. Менделя - но ему самому бы "поплохело" от терминологии современной генетики...

Да, Маркс формально не различал "автомобиль (или лошадь) для извоза" от "автомобиля для личного удобства". Но он был, всё же, политэкономистом - т.е. его любые предметы интересовали лишь тогда, когда оказывались вовлечены в создание новой стоимости, либо в обмен. Поэтому русские читатели и переводчики Маркса вполне логично разделили ЧС (т.е. производственную) и "личную". Далее - Маркс не особо вникал в ремесленное производство (да не только в него: он и экономикой целых стран и культур не шибко интересовался - вспомним знаменитое "азиатский способ производства"!). Вот поэтому и осталась неназванной та собственность, которую человек использует для собственного заработка, но без привлечения наёмных работников.

Занятно, что и русских марксистов она не особо интересовала, поэтому появился термин "кустарное производство".

Однако у этих терминов в России есть сложившаяся традиция использования, поэтому лично я предпочитаю ей следовать во избежание путаницы. ("...но есть другой «Юрий Милославский», так тот уж мой. - Ну, это, верно, я ваш читала!"...) Хотя полность согласен с тобой в том, что эта терминология несовершенна и нуждается во многих уточнениях!

 

Твой пример с автомобилями-роботами вообще лежит вне "марксизма"! Для Маркса, жившего, как-никак, в XIX веке, ЧС являлись только средства производства, которые могут участвовать в экономической деятельности ТОЛЬКО будучи соединены с рабочей силой! Ну, не знал Маркс ничего про роботы! smiley Вообще-то, мне кажется, что с точки зрения правоверного марксиста, роботы должны быть вполне кошерными! По той же причине, по которой для совершения обрезания евреям нельзя использовать металлический инструмент (Тора запрещает использование металла в этих целях), но можно применять лазер (про лазеры Тора почему-то молчит...).

В твоём примере владельца парка автомобилей-роботов их хозяин, разумеется, никакой не "буржуй" - эксплуатировать можно ТОЛЬКО других людей, но никак не корову, не робота и не мясорубку. Однако с точки зрения моих, сугубо личных, представлений о социализме, тут есть над чем задуматься.  "А если ты ходишь на работу пешком и твой угнетённый робот бомбит круглые сутки..." Легко могу представить, что ты будешь при этом ещё и ходить на работу! Да и я бы без работы заскучал. Но очень многие граждане в такой ситуации ни пешком, ни ползком бы ни на какую работу не ходили - они бы лежали перед ТВ и пулялись бы в компьютерные игры. Социализм же не может, не должен вести к оскотиниванию людей! Впрочем, это совсем далёкий от марксизма вопрос, его и разрешать придётся без привлечения Маркса с Энгельсом. smiley

 

Пример мелкого крестьянского хозяйства, на который ты сослался - классический случай полного "выпадения" из марксистского дискурса. И опять-таки, я бы не стал в этом Маркса особо упрекать: просто он странным образом вообще "в упор не видел" тех же крестьян! (Ну и ладно - хоть другое видел и описывал, так уже хорошо.) Архаичный крестьянский уклад не может в принципе быть нормально проанализирован в марксистских терминах! (А если учесть, что на сезонные работы стараются нанять кого-то из родни, или хороших знакомых - тогда уж вообще...) Это так же бессмысленно, как спорить о том, чем же именно был средневековый цех: "профсоюзом",  "контролирующей организацией", либо вовсе даже "бюро знакомств", т.к. дочери мастеров выдавались замуж как правило именно за членов цеха...

Но даже и это не всё: следует помнить, что любая классификация всегда условна и несовершенна. И пользуемся мы ей лишь до тех пор, пока это удобно. Вот я детей на уроках sciens-а стараюсь приучить к мысли, что не нужно держаться классификации "аки слепой стены", и задаю им провоцирующий вопрос о том, кто же гепард - кошка, или собака? smiley

 

"Вот ещё вариант, на которых мне марксисты не отвечают ничего вразумительного. Например, я маляр, работаю сам и нанимаю себе мальчишку, чтобы смешивал и перемешивал мне краски."

Будь пойманный тобой марксист чуточку разумнее, он бы ответил, что это пример взаимоотношений наставника и ученика, который так же древен, как и само разделение труда. Помощники-подмастерья, поди, и в Древнем Египте, и в Вавилоне были - к марксизму они отношения не имеют.  А в твоём примере ещё неизвестно, кто кого "эксплуатирует": маляр ли мальчишку, который смешивает ему краски, либо же мальчишка маляра тем, что получает бесплатное обучение мастерству! Потом мастер, глядишь, научит его отмывать кисти/настраивать пульверизатор, подготавливать поверхность под окраску, наносить слои... Это - партнёрство, а не эксплуатация. (Так же как в биологии различают симбиоз и паразитизм.)

 

"Самые забойные марксисты тут утверждают, что я всё равно буржуй - потому что присвоил труд рабочих, которые работали на фабрике, производя краску :) а если крашу себе - то не присваиваю, потому что не получаю прибавочной стоимости."

Во все времена существовали мусульмане, не открывавшие в жизни Корана, и христиане, никогда не читавшие Библию - так отчего бы не быть и марксистам, не заглядывавшим в Маркса?!  Кому бы ты ни красил - себе, заказчику, или родственнику - ты создаёшь ДОБАВЛЕННУЮ СТОИМОСТЬ. (Окраска забора стоит дороже, чем использованная при этом краска.) После того, как ты из этой добавленной стоимости оплатил налог (если ты ремесленник), отложил что-то на амортизацию пульвера, заправил машину, пообедал (или работника с мальчишкой-помощником накормил) и т.д., у тебя остаётся ПРИБАВОЧНЫЙ ПРОДУКТ. Вот от того, как ты им распоряжаешься, и зависит "буржуй" ты, или нет. smileyЕсли ты красил себе, но работал работник - ты просто заказчик, потребитель услуги. Если ты красил сам себе, то ты просто покупатель краски - но к марксизму отношения не имеешь. Если ты нанял работника или мальчика-помощника, но красил на заказ, то тут возможны варианты - ты можешь оставить весь прибавочный продукт себе ("буржуй"), а можешь поделиться с помощником сообразно с вашим КТУ (кто больше трудился, кто выполнял более сложную работу - в иной ситуации "подогнать заказчика" сложнее, чем красить...). Это будет "социализм". Если же мальчишкой-помощником будет твой сын, то ты, возможно, потратишь заработок на его обучение и развитие ("коммунизм").  Если вообще красил сам и себе, то добавленная стоимость - твоя законная добыча при любом строе ("сэкономил - значит, заработал!").

А так, как у тех упоротых "марксистов", вообще странно всё было бы: бригада плотников, ставящих избы по деревням, "эксплуатирует" лесорубов, заготовивших брёвна, а заодно и кузнеца, отковавшего топоры! Повар "эксплуатирует" фермера, поставившего в ресторан продукты. А официант сервирующий стол и обслуживающий посетителей, "эксплуатирует" повара... (В семейном ресторанчике повар и официант вполне могут быть мужем и женой, да ещё и владельцами. А продукты покупать у кого-то из родственников, держащего крестьянское хозяйство.)

 

Собственно, у нас раз в несколько лет происходит подобный разговор. smiley Я пытаюсь защитить от тебя Маркса, хотя сам далеко не являюсь его последователем.  Однако исхожу из того, что некоторые традиционные марксистские термины нам всем поневоле приходится использовать - и в будущем тоже предстоит. Да, надеюсь, что будет появляться и новая терминология (уже появляется потихоньку).

Вот, как-то так...

Аватар пользователя Филин

Ну всю дискусию можно наверно свести к одному вопросу: 

Как справедливо поделить прибавочный продукт между рабочим и собственником средств производства?

Ну и в догонку к нему:

Кто должен определять кому сколько положено по справедливости?

И кто будет контролировать спрведливое распределение?

В России пока что я вижу стремление собственников средств производства или их управляющих опустить з/п рядовым трудящимся как можно ниже. Вплоть до самого минимального ниже которого трудящимся нет смысла вообще на работу ходить.

В западных буржуиниях этому активно противодействуют профсоюзы. Например по Финляндии каждые 5 лет прокатываются волны забастовок. Я поинтересовался откуда такая странная периодичность, мне объяснили, что там каждые 5 лет профсоюзы перезаключают трудовые договора с работодателями. И вот они торгуются друг с другом за каждый пункт. То есть реально защищают своих подопечных.

У нас такого противодействия снизу нет. Даже если инициативные граждане где то создают реально работающий профсоюз, его  закрывают под надуманными предлогами:

https://www.fontanka.ru/2018/01/11/139/

Против низкой з/п можно голосовать только ногами. А куда пойдёшь, если кругом безработица.

Как справедливо поделить прибавочный продукт между рабочим и собственником средств производства?

- Вполне решаемо. Собственник на самом деле получает в свое личное распоряжение очень небольшую долю, основная часть идёт на поддержание работоспособности предприятия.
Расходы собственника: на сырьё, транспорт, поддержание оборудования в рабочем состоянии, амортизацию, содержание помещения, энергию, проценты по кредитам, выплаты акционерам (если есть), налоги, НИОКР, рекламу и продажу, резервный рисковый фонд, развитие производства и т.д. Без этого предприятие просто не будет существовать. Только потом идут выплаты персоналу и остаток остаётся в распоряжении собственника. Всё это очень несложно посчитать.

- Кто должен определять кому сколько положено по справедливости?

После того как будет определено из п.1. сколько же остаётся. Можно и тут создать тарифную сетку - сколько должен получать собственник как управляющий, роялти как за авторское право, компенсацию предыдущих рисков и т.д. Всё это вполне можно обсудить открыто.

- И кто будет контролировать спрведливое распределение?

Автоматизированные компьютерные системы.

разделение на private property & personal property у Маркса действительно нет.

Это просто факт. Этого нет и в западной общественно-политической жизни по той причине, что разделить эти два понятия в западной реальности крайне сложно, если вообще возможно.

Да, Маркс формально не различал "автомобиль (или лошадь) для извоза" от "автомобиля для личного удобства".

Он много чего не различал, потому его учение и совершенно неадекватно примерно как астрология.

Но он был, всё же, политэкономистом - т.е. его любые предметы интересовали лишь тогда, когда оказывались вовлечены в создание новой стоимости, либо в обмен.

Он был юристом :), а экономистом, в особенности "полит" был вообще никаким. В данном случае он выбрасывал около половины всей эконимики, если не больше. Предметы и в "личной" собственности очень даже создают собственность - явно или неявно.

Далее - Маркс не особо вникал в ремесленное производство (да не только в него: он и экономикой целых стран и культур не шибко интересовался - вспомним знаменитое "азиатский способ производства"!).

Он очень много во что не вникал по причине ограниченности и предельной амбициозности. Максимальное "капиталистическое" производство с максимально вовлечённым количеством рабочих было в истории в гитлеровской Германии - по-моему 42% рабочей силы, включая ремесленников, связанных с большим производством. Доля собственно промышленных рабочих была около 30%. К слову, доля промышленных рабочих в США - 16%, ремесленников различных типов - около 20%. Это не считая фермеров и сферы услуг. Доля ремесленников в США и Канаде постепенно растёт, а доля промышленных рабочих - падает. Вот такая адекватность марксизма. Всё, что выходило за рамки марксовских фантазий - просто игнорировалось или на это навешивался ярлык неважного или архаичного. Если реальность расходится с фантазиями - тем хуже для реальности. Всё что он описывали - сферический придуманный им капитализм в вакууме где бездельник-буржуй обирает самый передовой класс, которому нечего терять. Нет такого капитализма, как придумал Маркс. Реально буржуй - не бездельник, а важнейшее звено системы, которая организует весь процесс и рабочий - вовсе не бесправный скот. Самое смешное - не понятно, что такое пролетарий ибо определения у Маркса нет.

Также Маркс игнорировал и финансовый, и рентный капитал, даже тогда составлявших сравнимую долю в количестве занятых и создаваемой стоимости, а сейчас - и подавно. В области истории и культур к "азиатскому способу" старым шарлатаном были приписаны такие страны как Персия, Индия, Китай, страны ЮВА, империя Инков, империя Ацтеков. Эти страны имеют очень мало общего как в культуре так и организации общественного труда. Кроме того, был выдуман "рабовладельческий строй", существовавший ровно в одном государстве мира - Римской Империи второй половины её истории. Все остальные государства, приписанные к рабовладельческим - Древний Египет, Шумер, Ассирия, Персия, Вавилония - не рабовладельческие государства. Там были лично зависимые люди, но они не производили большую или даже заметную часть общественного продукта, также "рабы" обладали очень большими социальными правами, немыслимыми даже для средневековых крестьян, то есть это совершенно другое явление. Но пофиг - Маркс сказал в морг, значит в морг.

Твой пример с автомобилями-роботами вообще лежит вне "марксизма"! Для Маркса, жившего, как-никак, в XIX веке, ЧС являлись только средства производства, которые могут участвовать в экономической деятельности ТОЛЬКО будучи соединены с рабочей силой!

Возникает вопрос, а что вообще может марксизм адекватно описать? Пока такой области не встретил :)

Я привёл пример простого рентного капитала. Можешь заменить роботов на 2 лошадей или лодки - принципиально ничего не изменится. С рентой у Маркса вообще труба, просто бред какой-то. Тем не менее, рента играет очень важную роль в обществе - она перераспределяет ресурсы для их общественного использования. Например, я летом сдаю дачу, частично окупая расходы на неё, а арендаторы получают хороший отдых на короткий срок, не заморачиваясь годовым содержанием и всем прочим, что им ненужно. Сюда можно подставить всё - автомобили, лодки и яхты, лошадей, дачи, квартиры и дома и т.д. Это огромный рынок.

Ну, не знал Маркс ничего про роботы! smiley Вообще-то, мне кажется, что с точки зрения правоверного марксиста, роботы должны быть вполне кошерными! По той же причине, по которой для совершения обрезания евреям нельзя использовать металлический инструмент (Тора запрещает использование металла в этих целях), но можно применять лазер (про лазеры Тора почему-то молчит...).

Сравнение всесильного учения с Торой - я считаю, отлично! Почему-то роботы вызывают истерику у марксистов, их гуру написал, что капитал создаётся только путем эксплуатации, а тут все фантазии летят к чертям. Я иногда почитываю марксоидов, изумляясь беспредельной тупости этих сектантов. Читал некоего Месснера, он утверждал что-то вроде, что если всё произведено роботами, а вам принёс почтальон, то это вы проэксплуатировали почтальона и всё произвёл он! Нисколько не шучу. Роботы вообще убивают марксизм на корню. У моего соседа по даче в гараже стоит очень дорогой цифровой станок, стоимостью в несколько сот тыщ, так вот на этом станке он производит детали и использует их в своей работе с заказчиком. Станок заменяет 4 работников. По сути, это высококвалифицированный ремесленник. Работников у него нет вообще. Только станок-робот.

В твоём примере владельца парка автомобилей-роботов их хозяин, разумеется, никакой не "буржуй" - эксплуатировать можно ТОЛЬКО других людей, но никак не корову, не робота и не мясорубку. Однако с точки зрения моих, сугубо личных, представлений о социализме, тут есть над чем задуматься. 

В данном случае это - частичный рантье.

"А если ты ходишь на работу пешком и твой угнетённый робот бомбит круглые сутки..." Легко могу представить, что ты будешь при этом ещё и ходить на работу! Да и я бы без работы заскучал. Но очень многие граждане в такой ситуации ни пешком, ни ползком бы ни на какую работу не ходили - они бы лежали перед ТВ и пулялись бы в компьютерные игры.

Точно так.

Социализм же не может, не должен вести к оскотиниванию людей! Впрочем, это совсем далёкий от марксизма вопрос, его и разрешать придётся без привлечения Маркса с Энгельсом. smiley

Совершенно согласен.

Пример мелкого крестьянского хозяйства, на который ты сослался - классический случай полного "выпадения" из марксистского дискурса.

Ага, только он был основным производителем очень большую часть человеческой истории. Больше по времени разве что у охотников-собирателей. Из марксистского дискурса выпадает вообще почти всё, включая реальный капитализм.

Но даже и это не всё: следует помнить, что любая классификация всегда условна и несовершенна.

Это да.

Будь пойманный тобой марксист чуточку разумнее,

Уже смешно! smileysmileysmiley

он бы ответил, что это пример взаимоотношений наставника и ученика, который так же древен, как и само разделение труда.

Это несколько другое, если мальчишку не учат. Ему платят, но те же деньги можно пустить на более дорогую краску или станок, который смешивает и перемешивает. Результат будет один и тот же.

А в твоём примере ещё неизвестно, кто кого "эксплуатирует": маляр ли мальчишку, который смешивает ему краски, либо же мальчишка маляра тем, что получает бесплатное обучение мастерству! Потом мастер, глядишь, научит его отмывать кисти/настраивать пульверизатор, подготавливать поверхность под окраску, наносить слои... Это - партнёрство, а не эксплуатация. (Так же как в биологии различают симбиоз и паразитизм.)

Это точно. Тем более случай взят из реальной жизни.

Во все времена существовали мусульмане, не открывавшие в жизни Корана, и христиане, никогда не читавшие Библию - так отчего бы не быть и марксистам, не заглядывавшим в Маркса?! 

Таких полно :))

Кому бы ты ни красил - себе, заказчику, или родственнику - ты создаёшь ДОБАВЛЕННУЮ СТОИМОСТЬ.

Ага.

(Окраска забора стоит дороже, чем использованная при этом краска.)

Если в Канаде, то конечно, а если в Индии, то легко может быть наоборот.

После того, как ты из этой добавленной стоимости оплатил налог (если ты ремесленник), отложил что-то на амортизацию пульвера, заправил машину, пообедал (или работника с мальчишкой-помощником накормил) и т.д., у тебя остаётся ПРИБАВОЧНЫЙ ПРОДУКТ. Вот от того, как ты им распоряжаешься, и зависит "буржуй" ты, или нет. smileyЕсли ты красил себе, но работал работник - ты просто заказчик, потребитель услуги. Если ты красил сам себе, то ты просто покупатель краски - но к марксизму отношения не имеешь. Если ты нанял работника или мальчика-помощника, но красил на заказ, то тут возможны варианты - ты можешь оставить весь прибавочный продукт себе ("буржуй"), а можешь поделиться с помощником сообразно с вашим КТУ (кто больше трудился, кто выполнял более сложную работу - в иной ситуации "подогнать заказчика" сложнее, чем красить...). Это будет "социализм". Если же мальчишкой-помощником будет твой сын, то ты, возможно, потратишь заработок на его обучение и развитие ("коммунизм").  Если вообще красил сам и себе, то добавленная стоимость - твоя законная добыча при любом строе ("сэкономил - значит, заработал!").

Ты отлично пользуешься схоластикой с точки зрения правоверного! :) Не совсем понимаю правда, какую реальную пользу можно из этого извлечь? К слову, есть  нюансы, например, есть ли у тебя лицензия на то, чтобы красить себе? :) В Канаде, например, ты не можешь сам построить себе дом, потому что у тебя нет лицензии строителя, а при "тупом соффке" - запросто.

В приведённом тобой примере, кстати, один и тот же уровень техники соответствует совершенно разным производственным отношениями и никак с ними не связан. Можно вообще выдать бедолаге-мастеру валик и пусть им и машет, принципиально ничего не изменится. Ты говоришь правильно - "строй" зависит не от производства, а от распределения прибыли, а она зависит от целеполагания участников, то есть идеологии. Получается, что производтственные отношения определяются идеологией, а не чем-то надёжным и легко предсказуемым. Вот тебе и раз.

А так, как у тех упоротых "марксистов", вообще странно всё было бы: бригада плотников, ставящих избы по деревням, "эксплуатирует" лесорубов, заготовивших брёвна, а заодно и кузнеца, отковавшего топоры! ...

Рене Месснер да, кадр ещё тот и вокруг него тусовка - просто ураган. В принципе, любые марксисты умеют отжигать не по-детски. Спроси, например, что такое пролетариат и наслаждайся :)

Собственно, у нас раз в несколько лет происходит подобный разговор. smiley Я пытаюсь защитить от тебя Маркса, хотя сам далеко не являюсь его последователем.  Однако исхожу из того, что некоторые традиционные марксистские термины нам всем поневоле приходится использовать - и в будущем тоже предстоит. Да, надеюсь, что будет появляться и новая терминология (уже появляется потихоньку).

Просто Маркс украл использовал у исходных авторов и извратил исходную терминологию - прибавочной стоимости, разделения труда, классов и т.д. Мы знаем эту терминологию только через кривое зеркало марксизма. Это все традиционные термины, тут нельзя поспорить, но термины отдельно, а марксизм отдельно.