Вы здесь

Исторические основы "духовных скреп"

Главные вкладки

Недавно прочёл классическую книгу-исследование Джеймса Фрэзера “Золотая Ветвь». Полагаю, что в дальнейшем, когда в новой России снова возродится культ научного познания мира и, соответственно, появятся книгоиздательства атеистической литературы для детей и подростков, будет необходимо выпустить в свет сокращённую версию этой книги для изучения в школах. (В оригинале книга изобилует подробными описаниями кровавых и ужасных древних ритуалов.)

«Золотая Ветвь» позволяет проследить происхождение многих мотивов, которые у современного человека прочно ассоциируются с христианством – или с иудео-христианскими религиями вообще.

Ну, например, все мы знаем миф о «непорочном зачатии» - а что это такое? Образованный современный человек может ещё догадаться о ближайшем родстве мифа – он являет собой синтез иудаизма с религией Древней Греции. Да, древнегреческие боги и богини были «антропоморфны», могли испытывать человеческие страсти, влюбляться, спать со «смертными» мужчинами и женщинами, и т.д. Чего уж никак нельзя и представить, когда речь заходит о незримом иудейском боге, само имя которого запретно для правоверных. И вот, чтобы у Ягве появилась возможность произвести сына, был-де придуман миф о непорочном зачатии – ну, нельзя же вообразить Создателя Мира в постели с Марией!..

Фрэзер на многих примерах доказывает, что происхождение мифа ещё интереснее и поучительнее. Итак, как известно, на заре человечества существовал матриархат. Который позднее сменился патриархатом. Но переходный период от первого ко второму был растянут на долгие тысячелетия! Во время этой транзиции власть в племени УЖЕ принадлежала мужчинам, но ЕЩЁ передавалась исключительно по женской линии. Это означало, что царём становился муж или сын принцессы. Во втором случае от принцессы требовалось лишь одно – забеременнеть и родить. А от кого именно наступила беременность значения обычно не имело. Во многих случаях беременность становилась результатом вакхических оргий, когда попросту невозможно было проследить, кому именно девушка отдавалась. (Не будем забывать, что у древних вообще был достаточно распространён институт группового брака, который прекрасно соответствовал матриархату.) В подобных случаях у первобытных народов объявлялось, что принцесса понесла «в результате непорочного зачатия» - т.е. биологический отец ребёнка не может быть установлен, да и никто особо не интересуется его персоной...  (Как мы помним, у христиан и само «погоняло» новорожденного было вполне подстать – имя Христос по-гречески означало «царь».)  

В случае же царствования мужа принцессы, последний выбирался из большого числа кандидатов – традиционным критерием отбора было выступление женихов на конных ристалищах. Вспомним-ка сказки про Ивана Дурака: он садится на свою Сивку-Бурку и с трёх попыток ему удаётся допрыгнуть верхом на лошади до верхнего венца терема, где сидела царская дочь, а потом и до маковки терема. (После чего будущность принцессы решена, а у самого Ивана «жизнь удалась».) Такие разные персонажи, как Иисус Христос и Иванушка Дурачок из русских народных сказок, имеют общее происхождение: и тот, и другой были фольклорным «переосмыслением», новой интерпретацией основательно забытых древних обычаев, бытовавших на исходе матриархата.

Миф о Христе все мы знаем в мельчайших подробностях – от Благовещения, до Via Dolorosa. Итак, Бог посылает в мир своего сына, дабы тот умер мученической смертью и искупил грехи человечества. ...Если бы жаргон пользователей рунета имел хождение во времена неолита - тогдашние люди, наверное, хором бы прокомментировали Благую Весть: «Баян!»...

Дело в том, что в древнейших религиях издавна существовало представление о «богочеловеке». Правда, не совсем таком, каким его нарисовали авторы христианства. Древние верили в духов, могучих повелителей природы, поселившихся в телах обычных людей. Сперва такой «носитель Духа» был шаманом, а на более поздних стадиях развития религиозных воззрений становился царём племени. Отныне от этого царя (служившего «живым контейнером» для могущественного природного начала) требовалось обеспечивать жизнь племени: считалось, что обязанность царя – заботиться о том, чтобы сети были полны рыбы, чтобы вызревал урожай, чтобы вовремя наступала весна и шли дожди... Царю-носителю Духа оказывали великие почести. Но племя подстерегала страшная опасность: стоит лишь «богочеловеку» состариться, как вместе с ним та же участь неизбежно постигнет и заключённый в него Дух. Дух одряхлеет и не сможет более поддерживать жизнь людей. Поэтому в определённое время, по истечении отмеренного срока, почитаемого царя ... умерщвляли. (Для чего существовало великое множество разных способов.) А живущий в его теле Дух «переселяли» в нового носителя – отныне новый богочеловек брал в свои руки бразды правления. Вот таким был механизм сменяемости власти у большинства примитивных народов!

Но вечная беда власти в том, что она не желает быть сменяемой... Древний царь знал, что его ожидает – и изо всех сил старался увильнуть от необходимости умирать. Как правило, «отмазка» заключалась в том, чтобы отдать на смерть кого-нибудь другого. Кого? Кто может быть равноценной (в глазах «общества») заменой царю? Разумеется, естественнее всего в этой роли был бы человек царской крови, кто-то из ближайших родственников царя. Идеально – царский сын. И вот вступал в права страшный обычай: отныне родиться царевичем всё чаще означало раннюю смерть в результате ритуальной казни. («Преемственность правления» беспокоила древних царей гораздо меньше, чем спасение собственной шкуры – цари вообще достаточно несознательный народ...) Фрэзер ссылается на пример одного из древних скандинавских владык, который, дабы сохранить жизнь и трон, извёл на «жертвоприношения» аж 8 (!) своих сыновей – по одному на каждую «каденцию»! (Правда, на девятый раз номер не прошёл – царя в назначенный срок всё-таки убили. Эх, было бы в распоряжении этого древнего царька ТВ – представляю, как бы оно убеждало подданных в том, что затянувшееся правление монарха означает для населения «стабильность», что «коней на переправе не меняют», что пока правит сей царёк – есть и древняя Скандинавия, а как его не станет, то исчезнет и страна... И прочее.)

Вспомним библейские сюжеты. Патриарху («царю») Аврааму Б-г велит принести в жертву любимого сына. Объяснить столь экстравагантное распоряжение «всеблагого Творца» довольно затруднительно, если  оставаться при этом в рамках здравого смысла – потому-то его и не объясняют. Но зная историю первобытного мышления, нетрудно понять, откуда этот сюжет попал в Тору. ...Много позже у того же самого Б-га рождается сын Иисус Христос – который тоже с самого рождения обречён на насильственную смерть... Разумеется, ни в Ветхо-, ни в Новозаветные времена уже давным-давно не было страшного древнего обычая убивать царевичей. Но в фольклоре так происходит сплошь и рядом: ставший ненужным древний обряд забывается, но ...  не исчезает из памяти людей полностью. Вместо этого он получает новое толкование и превращается в сказки и мифы.

Мы помним, что христианский богочеловек погибает не как-нибудь, а «во искупление человеческих грехов». Что это означает? ...Выражение «козёл отпущения» существует в самых разных языках (по-английски это «the scapegoat»), т.к. у огромного числа древних народов существовал сходный обычай: животное, или специально назначенный для этих целей человек должен был «принять на себя» все беды, которые могли бы приключиться с членами племени в дальнейшем. После чего «искупитель» либо отпускался восвояси, либо приносился в жертву (согласно Евангелия, с Иисусом произошло в результате и первое, и второе...). Христианский миф явно вобрал в себя два разных мотива: один отражает повсеместный обычай убийства царей или (позднее) их сыновей, а другой – обычай перенесения будущих несчастий («платы за грехи») на другое существо. (Практичные евреи издавна решили не разбрасываться царскими детьми столь опрометчиво, а для «искупления грехов» в Судный День вертеть над головой жертвенную курицу «капарот» ( כפרות – мн. ч. от «искупление»: т.е. искупление за всех сразу) – съедобный аналог Спасителя.)

 

Это – лишь немногие наиболее ясно просматриваемые корни самых известных мифов новых религий. В действительности книга Фрэзера, с её подробными описаниями методов первобытной магии, изобилует аналогиями, которые читатель может отыскать самостоятельно. И наводит на очень печальные размышления. Нельзя не отметить, что огромное большинство современных людей в своих способах думать не особо далеко ушли от доисторических дикарей. Вероятно, препятствует биологическое ограничение, сдерживающее развитие большинства представителей рода homo (состоящего из очень сильно перемешавшихся между собой ещё в палеолите видов древних людей). Не в этом ли причина того, что сюжеты древних мифов, уходящих корнями в ещё более древние жуткие обычаи дикарей, до сих пор идут у многих людей «на ура»? Как бы то ни было, а учёному полагается направлять свой микроскоп на ВСЕ предметы, заслуживающие изучения – «духовные скрепы» тут никак не исключение.

 

Михаил Шатурин

Комментарии

Главная причина существования религии - это обещание существования за гробом. Не будь этого, от неё давно бы остались рожки да ножки. Конечно всем нам хочется просуществовать подольше, вполне естественное желание. Но есть проблема: никто еще не вернулся из-за грани, что б убедить. Сперитизм в качестве аргумента не предлагать.

Ж-)