Вы здесь

Космосовет

Главные вкладки

Космосовет работал третий день. Небывалое дело, раньше большой редокстью были и двухдневные сессии – материалы готовились очень серьёзно, люди выступали строго по делу. Никто не рисовался чтобы просто вылезти вперёд, поэтому с помощью сетевых организационных технологий даже за день успевали обсудить несколько сложных вопросов. Сейчас пришлось подключать другие Советы: Экспертизы Советов Экономики и Чести и Права выдали заключение, что с их перспективы пакет предложений выглядит рискованным, но не переходит границ допустимого, хотя если решение будет принято, то это изменит курс движения цивилизации Поселений. Сегодня должно быть заключение Института Прогнозов и Футуристики. Новое предложение сдвинуло давно собиравшуюся лавину противоречий развития, ошибок, открывшихся новых путей, накопившегося опыта и технологий.

Позавчерашнее выступление пилота Дымова начиналось простой констатацией всем известных вещей. Никаких фантастических двигателей, «пронизывающих гиперпространство» нет и не будет в отдалённом обозримом будущем. Даже если случится невероятное и через несколько тысяч лет что-то подобное появится, то экипаж из более чем нескольких десятков человек выглядит нереально. Производить суперкорабли целыми флотами – за гранью фантастики. Максимум даже для фантастики это забросить несколько десятков человек с небольшим грузом для создания прозябающей колонии, отчаянно сражающейся за выживание, о развитии там и речи не будет. Любой сигнал, любая просьба, любая информация будут лететь от заброшенной группы 5-10 лет от самых ближайших звёзд и столько же от Земли обратно. Будущее таких закидышей ради интереса рассчитывалось несколько раз, приводя к одному и тому же результату - высокой вероятностью гибели или катастрофической деградации.

Следовательно, освоить даже нашу Галактику на фантастических кораблях малореально или займёт невообразимое количество времени, когда надо будет создавать большой флот и только тогда забрасывать, как минимум, несколько тысяч колонистов.

Давным-давно рассчитано, что единственный надёжный - отправить очень большой корабль или группу кораблей перемещающихся с современными скоростями или всего на порядок быстрее их – десятки и сотни километров в секунду с большим экипажем из многих последовательных поколений,. Этот подход требует:

Первое – строительства гигантского корабля или большого флота с концентрацией огромного количества ресурсов, что займёт сотни лет строительства даже для объединённых сил всей планеты. Это малореально в ближайшие несколько сот лет.

Второе – число космонавтов ограничено размерами корабля и с определённого количества рост популяции должен остановиться.

Третье – имеющиеся механизмы требуют поддержания в рабочем состоянии в течение тысяч лет, потому что даже достижение Проксимы Центавра при недостижимой сейчас для корабля средней скорости в 300-400 км/с займёт около 4 тысяч лет.

Четвёртое – производственные возможности стагнирующего экипажа будут жёстко ограничены ресурсами корабля. Через несколько десятков лет стартовавший корабль станет морально устаревшим и если он всё-таки доберётся до цели, то это будет катастрофически устаревшая древняя жестянка, что-то вроде древнеегипетского тростникового корабля по сравнению с последними моделями экранопланов и островов-лайнеров.

Образ жизни на такой посудине приведёт к стагнации в популяции путешественников и неизбежной социальной, интеллектуальной и научной деградации социума. Кроме того, большой корабль или космический флот будет постоянно находиться в состоянии риска катастрофы, всё более возрастающего по мере устаревания. Столновение с поздно обнаруженным метеоритным роем, например, разрушенным астероидом, будет иметь для такого корабля катастрофические последствия. Столкновение с космическим объектом всего в несколько метров станет катастрофическим если не смертельным для всей экспедиции. Вероятность отказа противометеорной защиты за несколько тысяч лет выглядит недопустимо высокой.

По этой причине межзвёздные экспедиции не планируются в ближайшие сотни лет, не говоря уже о реально выполнимых планах расселения по Галактике.

Если человечество может подождать, то у Поселений не остаётся особого выбора – начать расселение или готовиться к столкновению с противником, превосходящим их экономически на четыре порядка, не говоря уже о численности и способности мобилизовать научный и военный потенциал. Судя по последним событиям, за них взялись всерьёз. Само существование Поселений было таким неприятным вызовом, что даже Океания для них не казалась слишком мерзкой, а Россия – вообще чуть ли не своей, едва сбившейся со столбового пути. Пока Поселения обладают колоссальным преимуществом в космических технологиях, но это временно, случай с катером №8 очередной раз показал, что нас стремительно догоняют, а кое-где уже начинают обгонять. Мы пока малоуязвимы для противника, а наш контрудар будет чудовищным, но опять рано или поздно наши оппоненты развернут сеть космических баз, разработают необходимые технологии, они даже пойдут на пересборку общества. Это, в общем, можно считать нашей моральной победой и выполнением долга перед человечеством – его заставили-таки выползти в космос, хотя бы для того чтобы нас уничтожить.

Никому не нужно было даже заглядывать в нейросетевую справку, снабжённую кучей ссылок, здесь не просто техническое несовершенство или задача, которую можно как-то обойти, а фундаментальное ограничение основных законов природы: предел скорости света и количество необходимой энергии для достижения скорости хотя бы трети от световой.

Есть также не фундаментальные, но базовые технические ограничения, принципиально преодолеть которые в обозримом будущем не представляется вероятным: требуемая продолжительность человеческой жизни - не менее 5 тыс.лет, технологическая надёжность материалов конструкций и электроники - свыше 10 тыс. лет. (если корабль собирается вернуться назад), если же брать весь комплекс огромного проблем, то неприятный ответ очевиден – такие полёты невозможны даже в дальнем обозримом будущем (1-2 тысячи лет). Все эти расчёты и оценки были проведены ещё в 60-70 годах ХХ века и они стали одной из основных причин сворачивания космической программы: простейшие расчёты показывали, что ни в следуещем веке, ни через век, человечество не высадится в планетной системе Альфы Центавра.

Единственный теоретически возможный сверхсветовой двигатель, это двигатель Алькубьерре, придуманный ещё в конце ХХ века также невозможен в обозримом будущем. Идея проста: сильнейшее гравитационное поле сжимает пространство перед кораблём и разряжает сзади, корабль движется внутри «гравитационного пузыря» с досветовой скоростью, а с точки зрения стороннего наблюдателя он может достичь сверхсветовой скорости, не нарушая фундаментальных законов. Простейшие оценки показывали, что для этого надо создать корабль массой в несколько солнечных, овладеть искусственной гравитацией и антигравитацией (иначе внутри чудовищно искривлённого пространства люди погибнут, а приборы работать не будут), суметь нейтрализовать в пузыре Излучение Хокинга, идущее практически из каждой точки пространства, найти источник энергии для всей этой прелести, решить ещё несколько десятков проблем «по мелочи» и можно лететь к звёздам! Кажется что тут чего-то нехватает? Точно – это наличие нескольких солнечных масс в наших краях для создания корабля. Увы, для его постройки надо будет сначала облететь, как минимум десяток звёздных систем вокруг и собрать материю в одном месте.

Очевидно, что если мы хотим добраться до звёзд, то мы просто логически упираемся в корабль поколений. Человек не может долететь даже до ближайших звёзд, а человеческое сообщество может. Что такое человеческая жизнь и даже целое поколение по сравнению с бессмертным суперорганизмом человеческого общества? Не огорчаемся же мы, отправляясь в путь, что по пути у нас погибнут десятки тысяч клеток?! Родятся новые, а мы этого даже не заметим.

Похожие предложения регулярно встречались с конца ХХ века, но отличие предложения Дымова было в том,  предлагается послать совместить все стадии – постройки, разгона корабля и его заселение экипажем. Следует послать не сам корабль, а заготовку гигантского корабля, металлический астероид с запасами урана размером от 20 на 10 км, но лучше всего 50 до 200 км длиной и от 10 до 50 км шириной. Такой, как давно предлагается для постройки поселения третьего этапа. Этот корабль-мир будет строиться в процессе полёта, такой поддерживая на пике популяцию в сотни тысяч и даже миллионы поселенцев. Популяция путешественников должна размножиться от нескольких сотен и не имеет проблем перенаселения даже в отдалённом обозримом будущем. Это уже не столько поселение, даже не летающий город, а настоящая небольшая страна, путешествующая по галактике.

Как планировалось много десятков лет назад, но откладывалось из-за неразвитости технологий и недостатка ресурсов из-за концентрации на марсианском проекте. Уже школьники знают, что жить оптимальнее на внутренней поверхности астероида, «выгрызая» его изнутри по мере роста населения и используя добытый материал для внешних построек, космических кораблей, зданий внутри корабля-мира. Астероид технически несложно раскрутить до создания внутри искусственной силы тяжести вплоть до размеров земной. Исходный объект должен быть достаточно плотным, чтобы его не разорвало центробежными силами, а поверхность должна, пройти обработку, например, спекание, чтобы нужные вещи – ледники, крупные каменные россыпи и пр. не выбросило в космос как пращой. Такой летающий титан практически неуязвим: ему нипочём не то что метеорный поток или крупные метеориты, даже столкновение с астероидом в несколько сотен метров не приведёт к фатальным повреждениям межзвёздного монстра.

Всё это давно разработано и просчитано, но конкретное планирование постоянно откладывалось, да, по объективным причинам но и в том числе потому, что астероиды рассматривались лишь как дополнение к поселениям на планетах и их терраформатированию.

Мелькнуло три красных огонька – председатель прервал выступление: - На похожую тему поступило предложение Эскена Жомбаева, поддержанное группой экспертов. Жомбаев будет выступать в третьей, закрытой части. Он получил разрешение СЧП на временную секретность, потому что обсуждаются вопросы общей безопасности. Я пересылаю ему Ваши тезисы по второй части, скоординируйтесь с ним и объедините выступления. У вас есть немало пересечений в темах. Тем более, Вы просите закрытого выступления в третьей части. Продолжайте!

Теперь о том, какой двигатель может быть использован: единственный вариант для достижения приемлемых скоростей около одной двухтысячной-одной тысячной скорости света – это гравитационная праща с коррекцией орбиты и последующим подталкиванием двигателями Жукова когда имеет смысл и есть ресурсы. Как все знают, «жук» - всего лишь растянутый во времени термоядерный взрыв. Его уже больше тридцати лет используют для перемещения небольших астероидов.  Где брать для него сырьё? Вариантов несколько, например, использования Гелия-3, которого много в почве Меркурия и атмосфере Урана. У нас нет поселений на Уране и Меркурии. Именно тут и имеет смысл рассмотреть предложение пилота Кожана, которое доступно по ссылке. Поселения на всех планетах Солнечной Системы, в атмосфере планет-гигантов, в крайнем случае на их спутниках – ключ к управлению орбитами астероидов.

В ближайшем будущем невозможно заранее расчитать орбиту объекта так, чтобы он ускорился у планеты, не находясь совсем рядом с этой планеты с большим количеством станций автоматических слежения и мощным вычислительным центром. Ещё совсем недавно это было нереально, но сейчас есть технологии, опыт и команда добровольцев, способная организовать поселение в атмосфере любой внешней планеты, кроме Юпитера. На самом астероиде должна располагаться группа корректировки движения и квартирьерская команда. В то же время, на Уране и Меркурии будет вестись активная заготовка сырья для термоядерных двигателей.

Если мы возьмём металлический астероид из Пояса Койпера со значительным количеством камня и толстыми ледниками, в приведённой таблице вы видите несколько кандидатов, то изменив направление орбиты термоядерными двигателями, вполне реально вывести объект к внешним планетам с ускорением гравитационной пращой. Если исследовать всерьёз, то подходящих кандидатов будут, минимум сотни.

В случае большого количества льда можно использовать испарение, перевод в плазменное состояние и разгон с помощью обычных ядерных реакторов с небольшим количеством привлечения термояда. Получившаяся реактивная сила будет не такой большой, но постоянной.

Можно также скомпоновать астероид корабль, столкнув на небольшой скорости металлический астероид с небольшой кометой и затем каменным астероидом. Материал кометы будет использоваться как источник воды и рабочее тело реактивного двигателя – ядерного или термоядерного. Многокилометровый слой тела скомпонованного астероида эффективно защитит корректировочную команду и колонистов от радиации. Есть ещё несколько способов компоновки – от грозди тел, вращающихся вокруг единого центра масс, до сложных конструкций, соединённых гибкими или негибкими структурами. Появились и исчезли несколько вариантов космических конструкций из астероидов и комет. Таким образом мы получаем не десятки, а сотни кораблей.

На голограмме мелькали ссылки на предыдущие разработки. Было слышно как несколько человек чуть-чуть разочарованно вздохнули. Дымов говорил увлечённо и захватывающе, но если чуть вникнуть, то почти всё это было в том или ином варианте известно давным-давно. Люди настроились смотреть и слушать дальше.

Любая из конструкций, начав движение к Солнцу из Пояса Койпера, проходя последовательно по рассчитанной траектории Нептун, Уран, Сатурн, Юпитер, Марс, Венеру и Меркурий, способен набрать скорость до 80-100 км/с. Самым сложным будет манёвр разворота около Солнца, почти зацепляя его, при этом будет обжигаться повехность объекта, растает и затем замёрзнет поверхность рыхлых снегов, превратившись в плотный ледник. Часть воды будет потеряна испарением, но оставшегося будет более чем достаточно. Применение зеркал и покрытий позволит сформировать нужные структуры. После этого можно будет использовать различные техники раскрутки астероида – ударные, гравитационные, реактивные или инерционные. Когда объект отойдёт от Солнца, на него можно будет забросить поселенческую команду, скорость и так будет близка к пределу скорости наших кораблей. Затем следует второй этап ускорения до скорости 150-200 км/с и выход на курс.

Мы только что освоили гравитационные манёвры с использованием двух крупных космических тел. Подобрать нужный период конфигурации планет и движения астероидов-заготовок, провести необходимые расчёты, основать поселения на всех планетах и остальную подготовку вполне реально за 30-50 лет. Операция маневрирования и разгона должна занять примерно 50-70 лет. Возможно также отправить первую экспедицию, используя астероиды нашего внутреннего пояса, это займёт около 50 лет, но скорость, достигнутая гравитационными манёврами, составить не более 100-120 км/с. Если будет достаточно топлива, то возможно дальнейшее ускорение как «жуками» так и методами постепенного испарения, если по пути удастся захватить небольшую комету из Пояса Койпера или Облака Оорта. Рассчётная скорость может составить до 1/1000 скорости света. Первый вариант при использовании технологий дополнительного разгона может позволить достичь в перспективе до 1/500 скорости света и даже выше. Вот список из нескольких кандидатов представлен Внутреннего пояса.

Переселение колонистов произойдёт в уже частично построенный мир, с практически безграничным полем для работы. Таким образом будет поддерживаться активное, предприимчивое, постоянно растущее общество, обладающее избытком ресурсов. Такой мир сам может строить космические корабли, отправляя их для исследования и расселения по мере надобности.

Если через две-три тысячи лет будет создан новый тип двигателя, способный, например, развивать 10% скорости света, то такой корабль будет рациональнее запустить к Проксиме или Альфе не с Земли, а с корабля-астероида, который к тому времени пройдёт, как минимум, полпути до цели. Даже если предположить невероятное и будет создан двигатель, способный двигаться со скоростью в 30% скорости света, то корабль-астероид будет представлять собой летящую в космосе ремонтно-спасательную базу для всей этой космической области.

- Как Вы полагаете тормозить такой гигантский корабль, например, у Проксимы Центавра? Для торможения потребуется ненамного меньше энергии, чем для разгона, с учётом уменьшившейся массы.

- Корабль вообще не надо тормозить,  а продолжить путешествие к другим звёздам, совершив гравитационный манёвр у Проксимы и высадив несколько сот тысяч колонистов. Система Альфы Центавра и Проксима в том числе, обладают развитыми астероидными поясами и космический остров может пополнить запасы ресуров – от воды и термоядерного топлива, до металлов и каменных строительных материалов.

Ещё один важный момент: уязвимость основных центров противника на Земле и в, ближайшее время в космосе, делает внезапное нападение на нас кардинально менее вероятным если они не будут иметь гарантии нашего уничтожения по крайней мере 99% нашего военного и промышленного потенциала. Уже давно предлагалось начать активное расселение по астероидам, но наша направленность на освоение Марса, Венеры и спутников Внешних Планет почти не оставляла ресуров. Освоениями астероидов занимались по большей части кучки энтузиастов за свой счёт.

- Я не предлагаю, по сути, ничего нового, всё моё предложение до настоящего пункта – создать единый план освоения астероидов и Внешних Планет который будет включать и отправку космических экспедиций в самом ближайшем будущем. То, что я предлагал по сути, технические улучшения и конкретные технологии, которые уже развились до достаточной степени. Ещё пять лет назад реальный гравитационный манёвр астероида вокруг 4 планет считался невозможным. Как специалист в космических полётах я утверждаю, что предложенный план манёвра – реален уже сейчас. Предложение использовать поселения в атмосфере Внешних Планет, также не моё.

- Вадима Кожана, уже отвергнутое на подходе к Совету, - глубокий низкий голос звучал как будто человек совсем рядом, а он был на Фобосе. Старший системный инженер космических поселений, серьёзный специалист, что и говорить.

Прерывать выступающего без крайней необходимости – дурной тон и признак невыдержанности. Такие люди не окажутся в Космосовете. Значит, причина есть.

- Используя Ваши ссылки и рассчёты, Александр, - продолжал голос, - я готов согласиться что оценки проведены правильно. Во всех приведённых идеях нет почти ничего нового кроме двух пунктов. Ценность Вашего доклада в технологическом обосновании и доказательстве, что работу можно начинать хоть завтра. Думаю, что выражу общее мнение, что технологическое обоснование следует признать достаточным для проекта. Полковник Дымов, кроме систематизации и сведения вместе уже предложенных идей и технологий предлагает две новые вещи: первая, начать космические экспедиции на скоростях 1/2000-1/1000 скорости света достижение которых возможно уже сейчас, не дожидаясь появления технологий 1/100 световой, считавшуюся граничной для начала галактической экспансии; вторая, заполнить Солнечную систему астероидными поселениями, начиная от предельно близкой дистанции к Солнцу вплоть до пояса Койпера и даже, возможно, Облака Оорта, по сути, это следствие первого пункта. Можно было бы оспорить новизну второго утверждения, но я бы продолжал на нём настаивать – раньше было непонятно, что делать поселениям в Поясе Койпера, на самых задворках кроме тоскливой идеи обеспечения безопасности с большими расходами. Теперь понятно что делать – отлавливать подходящие астероиды и поддерживать оперативный контакт с экспедициями. У меня всё. Предлагаю прервать выступления полковника Дымова, всем и так всё понятно. Если будут добавления к тому, что уже все поняли, пусть выступает вместе с Жомбаевым в закрытой части. Решения, которые мы примем, кому-то могут показаться чисто техническими, но в сейчас мы находимся в точке бифуркации, когда решаем по какому из путей пойдёт дальнейшее развитие Поселений и оба пути небезопасны. Впрочем, как к этому нам не привыкать.

Быстро растущее, вспыхивающее зелёное число показывало общее согласие. Несколько жёлтых – воздержавшихся, ни одной красной.

Перед закрытой частью представляли проект освоения Венеры.

Это единственная, по крайней мере, на 10 световых лет «вторая Земля». Все остальные планеты с твёрдой поверхностью слишком далеко от своей звезды или близко, слишком массивные или маленькие, как наш Марс. На малышах проблемы с плотной атмосферой и магнитым полем, то есть, вне куполов и тоннелей придётся ходить в лёгких скафандрах. Проблему, в принципе, можно решить даже при имеющемся уровне техники: создать космические зеркала, экраны, гигантские магнетроны и периодически «подкачивать» атмосферу, но малую силу тяжести всё равно надо компенсировать упражнениями и сложной системой периодического выхода в космос на станции с земной силой тяжести. На тяжеловесах же от двойной-тройной силы тяжести никак не спрячешься. «Гомо сапиенсу» всё-таки лучше всего при земном тяготении.

Венера идеальна и массой, и размером, и расстоянием от Солнца, и запасами тяжёлых элементов, и находится под боком. Сестра Земли - важный шаг к Солнцу для овладения энергией исполинский термоядерного реактора, впустую обогревающего космическое пространство. Земля получает лишь ничтожную часть солнечного потока. На Венеры солнечной энергии на единицу поверхности падает в 2 раза больше, чем на Земле. Как центральная база обслуживания и управления присолнечными заводами и энергостанциями Венера подходит отлично. Меркурий, в принципе, ещё лучше, но его не назовёшь «второй Землёй» даже в шутку.

Поверхность Венеры - ад из религиозных сказок: покрытая коричневым туманом раскаленная каменистая пустыня, с ручьями и озерами свинца, олова и цинка. Почти 500 цельсия, почти 100 атмосфер. Такое давление на Земле в океане на глубине 900 с лишним метров. В таких условиях углекислый газ, из которого состоит атмосфера планеты находится не газообразном состоянии, а в виде сверхкритической жидкости, когда нет различия между газовой и жидкой фазой. Ураганы, постоянно сотрясающие атмосферу, вязнут в этой удивительной жидкости-газе и у поверхности почти тихо. Облака там состоят их капелек серной кислоты.

Натуральный ад, но только если б было только это, Венеру давно бы уже ударными темпами превращали в рай. Технически это было несложно сделать ещё сто лет назад, задачу терроформирования Венеры без учёта фатальных факторов тут, в Поселениях, проходят в младших классах. Всё элементарно: подогнать небольшой астероид, разобрать на экран в точке Лагранжа или сделать несколько динамических отражателей. Через несколько десятков лет температура резко упадёт, польются дожди из серной кислоты, только успевай заливать в хранилища. Вывалить несколько тонн водорослевого генномодификата в атмосферу для формирования кислорода и осаждения углекислого газа и можно расслабиться пока всё сделает сила жизни. Ураганные ветра поднимут кальцитные породы и после дождей из кислоты пойдёт «снег» из карбоната кальция, покруче чем в земных морях в меловом периоде. Дальше давление падает до земного, углекислотное парниковое одеяло «всё», непрекращающиеся тропические ливни формируют гидросферу.... Лет через 500-700 бери да заселяй благодать.

Есть «только» три фатальных фактора: отсутствие магнитного поля, катастрофический недостаток воды и убийственно медленное вращение планеты – оборот вокруг оси занимает 243 дня, но из-за того, что планета вращается в противоположную обращению вокруг Солнца сторону, то сутки занимают «всего» 117 дней. Когда осознали масштаб фатальных факторов, интерес к освоению ближайшей соседки стремительно остыл.

Медленное вращение планеты было корнем проблемы, из-за него не работала «динамо-машина», не было циклических токов в жидкой оболочке железного ядра, как на Земле, где вращаются слои жидкого ионизированного железа, порождая мощное магнитное поле планеты. Без магнитного щита солнечный ветер за несколько десятков тысяч лет разрушил воду Венеры на кислород и водород, лёгкий водород улетучился в космическое пространство, а кислород прореагировал с углеродом, образовав углекислый газ, сделав из планеты гигантский парник. Поэтому уже неудивительно, почему но на Венере ничтожно мало водорода, самого распространённого элемента во Вселенной. Даже если охладить планету, она окажется такой пустыней, по сравнению с которой даже Сахара – кипящей жизнью оазис. Воды на Венере в 6000 раз меньше, чем на Земле.

Чтобы создать такую же гидросферу, как на Земле на Венеру надо откуда-то доставить 1,4 миллиарда кубических километров воды. Минимальное количество воды для поддержания хоть-какого-то уровня нормальной жизни даже для нескольких сотен миллионов человек - 14 миллионов кубических километров воды. Огромная комета диаметром 100 километров состоит примерно из полумиллиона кубических километров воды. По самому нижнему пределу необходимы тридцать комет, а их очень мало. Отыскать и доставить их на место займёт около 3000 лет даже с учётом развития технологий. Небольших комет намного больше, но и возни с ними тоже больше. Так что 3000 лет. Для раскрутки Венеры до скорости дневного оборота в 24 часа нужно где-то 10 в 30 степени джоулей. Это удар 5000 стокилометровых комет, это даст идеальную гидросферу. Разгон до 50 км в секунду на встрече по касательной, учёт перспективного роста скорости с усовершенствованием технологий и все проблемы решены – планета вращается с нужной скоростью, надо лишь подбавить ударов астероидами, магнитное поле есть, воды достаточно по самым взыскательным меркам. Но законы физики не обманешь, всего лишь пятьдесят тысяч лет упорной работы и планета-рай готова. Не подходит? Ну извините, другой Венеры у нас для вас нет.

Сжатая информация с профессиональной комбинацией звука, видео и вибрационных импульсов, хорошо знакомая нейросетевикам, заняла несколько секунд. В Космосовете все были профессионалами в восприятии информации. Где-нибудь на Земле для обычного цивилизованного потребителя, даже способного о чём идёт речь, чтобы понять столько же, нужна была бы часовая видеолекция.

Проект предлагал поэтапное освоение Венеры в течение 10-50 тысяч лет. Ничего нового в нём не было, просто конкретный план.

Подготовка закончена, последний транспорт только успевает причалить к космической станции на высокой орбите как в мутные облака планеты на встречном курсе врезается двадцатикилометровый железный астероид. Космический снаряд прошивает кору и почти всю мантию, кинетическая энергия и жар раскалённой магмы превращают астероид в группу гигантских железо-никелевых капель, постепенно опускающихся к ядру. Это ещё одна проблема Венеры – у ядра нет выраженного разделительного слоя твёрдое-жидкое ядро, как у Земли. В недрах Земли жидкий слой постоянно выпадает в твёдую фазу, отдавая тепло нижним слоям мантии, конвекционные потоки на границе слоёв и вращение планеты порождают мощнейшие токи, а значит и магнитное поле. Другой стороной этого является тектоника Земли – движение континентов, вулканы и землетрясения. Ничего этого на Венере нет. Теперь будет.

Выброшенный на тысячи километров вверх фонтан металлических и каменных осколков возвращается на планету огненным дождём. Один за другим скукоживаются пробитые в тысячах мест полужёсткие корпуса покинутых аэростатных платформ. Медленно, словно нехотя опускаются они в ад нижних слоёв. Страшное давление, словно бумагу скукоживает металлические листы и толстые балки, плачущие раскалёнными каплями легкоплавкие композиты разносит обрывками ураганный ветер. Серная кислота сжигает любую оставшуюся органику. Чернеют и рассыпаются деревянная панели, торжествующий ураган подхватывает кучки пыли.

Автоматические станции на поверхности подают сигнал, зарегистрировано ничтожное увеличение магнитного поля. В сердце реактора, диаметром несколько тысяч километров надо подбавить ещё железа. Щёлкает счётчик лет. Пятидесятикилометровый астероид повторяет удар. Этот приходится под небольшим углом, придавая планете ещё и ничтожный импульс вращения в нужном направлении. Проходят десятилетия, удары идут один за другим. Медленно, но неуклонно Венера формирует собственный магнитный щит.  Астероиды ещё будут, но уже можно работать кометами, не опасаясь, что если операция затянется, то солнечный ветер снова выдует весь водород. Раз в несколько десятков лет кометы втыкаются, принося воду и всё больше раскручивая планету. Две средних размеров кометы сталкиваются на невысокой орбите. Белое снеговое облако на несколько десятков лет окутывает планету, постепенно выпадая испаряющимя дождём. Кометы бьют по поверхности ещё и ещё. Многоцелевая ракета-робот, способная в случае необходимости, доставить и кассеты с термоядерными зарядами, расскрывается в верхних слоях атмосферы, выбрасывая тучу шариков размером с кулак. Плавно опускающиеся, разваливающиеся шарики весело подхватывает неистовый ветер, разнося по всей планете. Атмосфера, заполненная пылью от ударов астероидов и комет, теперь заселена микроботами. Они, используя пыль и углекислый газ, создадут свои копии. Больше они ничего делать не умеют, потому что всё уже сделано. Инфракрасные лучи, много раз отражающиеся от поверхности планеты и атмосферы, попав в миркобот, меняют свою частоту. Выходящий луч находится по частоте в «окне прозрачности» углекислого газа, для него эффекта парника больше не существует. Буквально за десять лет температура падает в два раза. Поверхность покрыта линзами застывшего свинца и олова. Снеговой экран рассеивается, но температура продолжает уменьшаться. Льют тропические ливни из серной кислоты. Атмосфера становится прозрачной, но поверхность не нагревается, температуру регулирует построенный зеркальный экран, производящий электричество. Люди возвращаются на Венеру, в смысле, в атмосферу. Прошло 15 тысяч лет, новые платформы по сравнению с погибшими старыми как космическая ракета рядом с телегой. Планета всё ещё вращается медленно – один оборот за 30 дней. Ночная сторона успевает охладиться и постоянные ураганы сотрясают атмосферу. Это ненадолго. Второе зеркало, но уже не для охлаждения, а для освещения, начинает подогревать ночную сторону. За платформами тянутся зеленоватые облачка, это выбрасываются атмосферных водоросли, маленькие пузырьки, заполненных азотом. Даже азот в атмосфере Венеры будет лёгким газом., Углекислый газ, поднятая ударами пыль кальцитная пыль, пары воды силой жизни превращаются в ажурный. Жизнь бесчисленных маленьких трудяг коротка, перед смертью они выбрасывают облачка спор, а подхваченный ветром скелет летит вниз, формируя осадочные породы. Проходит столетие за столетием и углекислый газ надёжно заперт, а атомсфера стала в основном азотной, как на Земле. Правда ещё давление в три раза больше. Наступает очередь связывающих азот бактерий, всего тысяча лет и давление падает до земного.

Срок освоения планеты – от 8 до 30 тысяч лет в зависимости от скорости формирования магнитосферы, требований к раскрутке планеты и ответной реакции Венеры на воздействие. Попросту говоря, насколько сильно планета «взбесится». Сейчас там нет вулканов, нет движения плит по вялой мантии, а значит и венеротрясений тоже не может быть. Правда периодически в раз в сколько-то там миллионов лет из-за отсутствия нормальной конвекции нижние части мантии перегреваются и вскипают, взрывая кору тысячами супервулканов, океаны выплеснувшейся перегретой магмы заливают поверхность, выглаживая всё в застывший каменный шарик. Поэтому на Венере нет гор, долин и ущелий, даже высокий холм большая редкость. Большой вопрос какую реакцию вызовут удары сотен астероидов? Есть несколько вариантов развития событий и по одному из них планета тысяч на пять лет превращается в пылающий шарик.

Мелькали колонки цифр и ссылок, показывающих необходимые для проекта ресурсы: к каким астероидам и кометам надо отправить экспедиции, необходимые затраты для взрывных термоядерных двигателей, сколько нужно людей и энергии. Обосновывалась необходимость освоения зоны Юпитера, этот монстр перехватывает 60% комет Солнечной системы. Был даже рассчёт освоения Меркурия в отдалённом будущем – его предлагалось передвинуть к орбите Венеры, чтобы сделать его луной Зелёной Планеты, какой он несколько миллиардов назад лет назад и был.

Слов нет, проект «Венера» был красив и отлично проработан, но количество требуемых ресурсов приводило в глубокую задумчивость даже самых разухабистых авантюристов. Выступлений не было, те кто хотел высказаться, ограничивались короткими, но информативными репликами основными были: «Для этого слишком много ресурсов надо отнять от других проектов, где отдача быстрее и очевиднее.» и «Проект в перспективе вызовет конфликт с остальной Землёй, но он незначительно увеличивает нашу защищённость при огромных затратах.»

«Куда мы будем всех девать, когда население вырастет в сто раз? А в тысячу? В десять тысяч?» - отвечали авторы проекта. Контрвопрос был сильным: ёмкость Поселений подходила к пределу, недавно построенный на Марсе купол лишь ненадолго отсрочил кризис. Быстро развивающийся конфлик из-за Марса ставил Поселения в сложное положение: надо было или найти неожиданное нестандартное решение, или идти на почётную капитуляцию, выторговывая второстепенные уступки, или идти напролом, как раньше, угрожая Земле термоядерными бомбардировками и астероидными ударами. Те, кто планировал марсианскую афёру, знали толк в таких интригах. Кроме мощного идеологического выигрыша они получали космические прибыли контролируя распределение средств почти всей планеты либо на проект терроформирования Марса, либо на экстренную программу коллективной безопасности для защиты от угрозы с Поселений.

- Эскен Жомбаев от имени группы более 20 членов Совета просит перенести обсуждение и голосование в закрытую часть как связанную с безопасностью, - объявил Председатель.

- А какой смысл? - вставила слово женщина с Фобоса, - проект почти наверняка завёрнут. Нам некуда девать время? Давайте всё-таки сконцентрируемся на первостепенных делах.

- Мы поддерживаем и просим обсудить вопросы в совокупности, это сложнее, чем может показаться, - поддержал запрос Брэтт, очень уважаемый специалист со Второй Межпланетной Станции. Это сдвинуло равновесие и все разошлись на обед до закрытой части.

- Сань, ничего если я выступлю от нас обоих, само собой, без твоего предложения по Сарне? – Жомбаев свойски хлопнул Дымова по плечу.

- Без вопросов, так намного лучше.

- Толь, - поднял брови Жомбаев, - ты решил появиться сам?

Человек без возраста приятно улыбнулся: - Я член Космосовета с совещательными голосом.

В нём ничего не было слишком - рост чуть выше среднего с гармонично развитыми, но не перекачанными мускулами, движения плавные, казалось, чуть-чуть не довердённые до конца, не слишком быстрые и не слишком медленные. Было ощущение, что он в любое мгновение может продлить движение, стремительно двинуться или встать как вкопанный. Голос в любой момент может прибавить громкость, изменить тембр, а слова стать более яркими. Даже одежда ему под стать – серая рубашка с едва заметным узором, красивая, но щёгольская, серовато-серебристые брюки и мягкие ботинки качественные, но не изысканные. Серые глаза с зелёными прожилками смотрели внимательно и чуть иронично, но не пристально.

Анатолий улыбнулся, кивнул на прощание и красивой плавной походкой двинулся к вышедшему ему навстречу Председателю.

Секция началась с объявления: много лет назад Космосовет предложил вот этому человеку статус постоянного члена, но он отказался, сказав, что когда будет готов, то сам обратится. Совет ответил, что кооптируют Анатолия сразу даже если все места будут заполнены, а СЧП подтвердил возможность такого исключения из правил. Этот человек оказал неоценимые услуги Космосовету и другим Советам, постоянно работая в качестве независимого эксперта.

- Не поздно ли решился? - вспыхнули на экранах ехидные реплики.

- Предлагаю не обсуждать, ставлю на голосование, для кооптации необходимо 2/3 голосов- невозмутимо ответил Председатель, - больше 70% «за». Принято.

- Вновь принятый, - объявил Председатель, - Вы делали оценку как один из независимых экспертов предложений Дымова и Жомбаева, к сожалению, Ваш голос аннулируется из-за возможного конфликта интересов. Ваша оценка уже не может считаться независимой.

- Разумеется, но я могу оставить её как частное мнение специалиста.

- Да, конечно... Объявляю временно закрытую часть совещания. Внешние каналы связи отключены. Эскен, Ваше выступление.

Жомбаев не стал выступать с места как все, а вышел на подиум, словно в старые времена. Там меньше каналов связи, но кажется будто ты окружён людьми – кто-то в первых рядах виден сразу, кто-то проецируется ближе проекцией, а голограммы с удалёнки подсвечены в полутёмном зале так искусно, что и не отличишь от настоящих. Старый марсианский волк скользил взглядом по лицам людей. Глаза в глаза. Минута. Две. Три. Почему-то это не казалось долгим.

- Все знают, - твёрдо и уверенно начал он, - что вряд ли кто отдал Марсу столько, как я. Лет жизни, друзей, близких, здоровья и труда. Если и говорить про кого-то, что он сросся с Марсом, то про меня.

Взвыл короткий противный гудок, зал заседаний на пять секунд заполнился вспыхивающим красным светом, это представитель СЧП прервала выступление: - Ваше выступление – попытка манипуляции Советом с целью продавливания нужного Вам решения. Выступление не содержит никакой новой информации, а только воздействует на эмоции, затрудняя анализ и принятие взвешенного разумного решения. Я обязана прервать выступление на 15 минут, пока не улягутся эмоции, предлагаю Председателю объявить перерыв.

- Всем ли понятно моё решение? Если его считают неправильным, Космосовет может проголосовать и преодолеть его. Можете также направить жалобу на мои действия в СЧП. Будете голосовать?

- Нет! Всё справедливо! Правила едины для всех!

Жомбаев развёл руками и слегка поклонился. Он действительно перешёл грань. В Космосовете переход в эмоциональную зону недопустим, иначе вместо поиска разумного решения может получиться обычная свара. Обидно, что все потеряли из-за него пятнадцать минут, но он сделал это намеренно. Сказанное отложится. Может быть он и неправ, но что сделано, то сделано.

- Не буду ходить вокруг да около, - начал он речь заново, - мы должны оставить Марс.

Эскен обвёл взглядом притихший Космосовет. Многие догадывались, что он это скажет, но было много и тех, кого как будто оглушило взрывом.

- Я лучше, чем любой из вас знаю сколько жертв, труда и времени стоило поднять Марс. Не знаю, представляет ли кто, как трудно было мне принять то, что я говорю вам сейчас – нам надо уходить. Марс был необходим для Поселений. Это был центр обкатки космических технологий, наш дом, куда мы возвращались после полётов, это и были Поселения, символ новой жизни. До сих пор на Земле говорят «Он полетел в Поселения», «А он полетел на Марс», даже если человек летит в Пояс или на Венеру. Я знаю что говорю – без Марса мы не подняли бы Поселения. Но сейчас из ступени развития Марс превратился в тормоз. По лестнице надо идти дальше, а не оставаться жить на ступеньках, хоть это может быть и комфортно.

 Жомбаев умел говорить просто, коротко и образно, за несколько минут он доложил суть: надо перемещаться на астероиды, точнее внутрь астероидов. Начинать со стартового проект – взять в Поясе две металлических заготовки размером 10-20 км, добавить на поверхность пару кусков льда километра в 2-3 и небольшую скалу, а потом подогнать ближе к Солнцу, где-то между Венерой и Меркурием. Термоядерные движки по пути выжгут рабочие полости, тем временем закрепить поверхность сеткой и термически, ч затем подраскрутить, давая выхлоп из движка под углом. Как объекты выйдут на место – подвесить плёночные электростанции, они заодно затенят лёд. Потом грызть изнутри и достраивать солнечные панели и внешние конструкции по необходимости. Энергии под боком – сколько угодно, материалы на месте, гравитация хоть земная, внешние стенки оставляем толщиной с полкилометра для перестраховки. Небольшая тренировочная болванка 5 на 10 км это примерно 150 кв. км площади по внешнему ярусу с земной гравитацией, если добавить ещё 1-2 внутренних яруса, то ещё больше. Это земной город 10 на 15 км с пригородами. Заселить туда народу можно от 50 до 100 тысяч, то есть почти все Поселения. Естественно, пока будут строить, то народу опять станет побольше.

Близко к центру вообще почти невесомость, размещай там хоть заводы, хоть госпитали. И до всего этого можно пешком дойти, лететь никуда не надо.

- Брэтт, - ты у нас самый знающий по элитному жилью на Земле, какого уровня жизнь будет в таком городке?

- По представленному проекту, - ответил англичанин, по-русски без сетевого переводчика, - это будет элитное жильё типа «кондо» низших слоёв высших классов или верхушки среднего класса в островном посёлке тропической зоны или зактрытом секторе Коста-Рики-Панамы.

Брэтт был одним из тех самых, благодаря которым Поселения называются «Объединёнными», что тщательно стараются забыть на Земле.  За пятнадцать лет он отлично выучил пару языков, правда слова он до сих пор и зажёвывал и не мог произносить мягкие звуки, что на русском звучало довольно забавно.

- На чём основывается такая оценка, - продолжал он, - размер жилой площади на человека, отсутствие преступности, технический уровень, транспортные возможности, климат, энерговооружённость, занятость и другие факторы, которые вы сейчас видите. У нас существенно хуже внешняя связанность за счёт оторванности города, но мы обладаем на два порядка высокой энерговооружённостью даже с учётом поддержания среды астероида. Не говоря уже о том, что внутри будет идеальный климат без ураганов, землятресений, засух, ливней, избытка или недостатка солнечного излучения, неподходящего спектра и прочих земных неприятностей.

- У нас нет опыта строительства экосистемы такого масштаба, - заметил пожилой кореец с Первой Межпланетной, - Купол – самое большое.

- По всем рассчётам выходит, что сделаем, - ответил англичанин, - но на всякий случай начинать надо с небольшого, поэтому и пилотные проекты. На всякий случай два, - улыбнулся он.

- Получается, что долины-оазисы под плёнкой делали зря? – грустно вздохнула женщина с Фобоса, - на астероиде, тем более вращающемся, их не сделать, только внутри можно. Хотя всё равно не погуляешь на такой праще.

- Отчего ж нельзя, - ответил Жомбаев, - растения вывели, корневая система мощная, улететь не даст. Плёнка – она полуживая, проткнёт метеорчиком, затянется, большой плотности атмосферы не надо, но придётся подкачивать, ясное дело, до марсианского уровня. Да больше и не надо. Солнца зато будет вдоволь.

- Деревья почти что в открытом космосе, - вставил кореец, - не думал, что доживу.

Ещё двое из «астероидной группы» коротко доложили о перспективных вариантах: там были кластеры из астероидов и инженерных структур, каждый из которых вращался вокруг своей оси, а все вместе – вокруг общего центра масс; гроздья астероидов и модулей, соединённых системой тросов; выдолбленные изнутри медленно вращающиеся астероиды, внутри которых крутились цилиндры-модули; комлексы для энергосферы, для Пояса Койпера, для орбит Внешних Планет; комплексы с зеркалами и щитами… Только человек с тренированным вниманием мог не потерять фокус.

Время пролетело почти незаметно. Жомбаев выступил с завершающим словом:

- Расселившись по Солнечной системе десятками, а потом сотнями и тысячами таких поселений мы в реальности останемся практически неуязвимыми в течение многих столетий, а скорее всего и дольше. Этот проект даст Поселениям необходимый импульс опережающего активного развития. Раньше было не очень ясно зачем лететь к Внешним Планетам, Пояс Койпера и Облако Оорта. Теперь кроме всего прочего у нас есть цель – найти подходящие для жилья группы астероидов и обеспечить базу для межзвёздного расселения. Прошу Совет поддержать предлагаемый проект. У меня всё.

Три раза мелькнул зелёный огонёк – вновь принятый член Совета попросил слова.

- Я бы хотел добавить к сказанному: мы знаем, что на ближайшие несколько десятков, а скорее всего, минимум, сотен и даже тысяч световых лет нет Земли-2, гдн виду гомо сапиенс было бы наиболее комфортно жить. То ли звезда не та, то расстояние от неё не то, то состав не подходит и так далее. Планеты Проксимы, на которых можно теоретически жить, вовсе находятся в гравитационном захвате и повёрнуты к звезде одной стороной со всеми вытекающими последствиями. Некоторые планеты можно терроформатировать, но как мы видели из сегодня представленного проекта то даже для Венеры, до которой рукой подать, это займёт десятки тысяч лет.

- Всё верно, Толя, скажи прямо, к чему ты клонишь, - с плохо скрытым раздражением спросил кто-то.

- Я не клоню, а говорю прямо, что когда мы прилетим к какой-либо звезде, то жить мы там сходу на планетах нормально не сможем вне зависимости от того, забросим мы туда двадцать человек или, как предлагал Дымов, две-три сотни тысяч. Поэтому единственный выход – это жить в астероидах, тем более ко времени прибытия технология будет отработана. Прилетели, оседлали астероиды, форматируем планеты. Другого варианта нет. Небольшие атмосферные поселения очевидно не в счёт. У меня всё.

Обсуждение было долгим и жарким. Последний вопрос задали с Первой Междпланетной: «Это смена направления движения всей нашей цивилизации! Эскен, а что делать со всем тем, что создано на Марсе таким трудом и с такими жертвами? Бросить?»

- Разрешите, я отвечу на вопрос, заданный не мне? – спросил разрешения Анатолий, - Спасибо, инфрастуктуру на Марсе и ряд предназначенных для него технологий следует продать.

- Да, именно продать, - ответил он после града вопросов, - нашим противникам и оппонентам. Некоторые особо секретные вещи придётся демонтировать, но главные постройки на Марсе – Купола, тоннели, крытые долины, космодромы, а также орбитальную пращу и челноки следует продать за хорошую цену. Они всё равно это скоро разработают.

- Но дорого и большой кровью! – возразили ему.

- Именно поэтому купят, - с лёгкой улыбкой парировал Анатолий.

- За какую валюту предлагаете продавать? - поинтересовался Председатель.

- Можем обсудить. Я считаю, что лучше всего за их астероиды, которые хорошо подходят нам и несколько ихних технологий, которых нет у нас. Если мы решим в принципе, то это второстепенный вопрос, не так ли?

- Я ставлю на голосование, возражения есть? Для принятия такого решения нужно две трети голосов , – мрачно буркнул Председатель. Вне зависимости от исхода голосования сейчас решалась дальнейшая судьба Поселений. Ответственность – тяжкий груз.

Программа астероидов была принята с перевесом всего в два голоса. Анатолий напомнил, что она пока должна быть секретной, так будет намного проще торговаться по цене за Марс.

То, что Дымову казалось решением задачи оказалось только концепт-идеей. Над настоящим решением пришлось ещё работать до вчерашнего дня на пределе сил. На самом деле он давно бился над решением и то, что казалось внезапным приходом, было просто подготовлено предыдущей работой и всем опытом его жизни. Сейчас он докладывал суть предложения.

Запустить первый межзвёздный астероид получится лет через 40-50 после обкатки технологий. Но есть ещё один способ подобного путешествия между звёзд, а в принципе даже между галактик – одинокие межзвёздные планеты. Их количество сравнимо с количеством звёзд. Причины появления кочующих планет самые разые: часть сформировалась непосредственно из космической пыли и газа (формально это более «недозвёзда», чем планета), часть была выброшена из своих звёздных систем одним из нескольких видов космических катаклизмов. Ряд одиноких планет летят с очень большими скоростями – от 100 до 2000 км/с, а планеты, выброшенные при разрушении двойных звёздных систем большими чёрными дырами могут двигаться и много быстрее. Некоторые, если им ничего не помешает, покинут нашу Галактику и станут межгалактическими планетами.

Согласно нашему нынешнему уровню знаний большая часть планет-кочевников это суперземли – каменистые планеты размером 3-5 земных. Значительная часть одиноких планет – газовые или водяные гиганты различных типов, в том числе класса наших Сатурна и Нептуна. Третья заметная часть - карликовые планеты различных классов, часть из них это модифицировнные металлические ядра больших планет, оставшиеся после взрывов сверхновых, столкновений звёзд и подобных катастроф. Например, таким остатком является карликовая планета Сарна, летящая сейчас в Поясе Койпера под заметным углом к Альфе Центавра со скоростью около 120 км/с. В недалёком будущем Сарна навсегда покинет Солнечную Систему.

Это уже четвёртая и самая близкая межзвёздная планета, которую удалось обнаружить в радиусе одного светового года от Солнца за последние тридцать лет. Солнечная Система находится на краю Кольца Единорога – звёздного потока, остатка карликовой галактики, трижды опоясывающий Млечный Путь. При разрушении этой галактики, поглощённой Млечным Путём произошло большое количество катаклизмов различных типов – столкновений обычных и нейтронных звёзд, распад и образование новых планетных систем, разрушение звёздных систем чёрными дырами и другими массивными объектами,  интенсивная бомбардировка газо-пылевых облаков мощными потоками нейтронного и электромагнитного излучения и так далее. Всё это привело к образованию большого количества одиноких планет по всем возможным механизмам. Эти планеты будут периодически появляться в относительной близости от Солнечной Системы. До Сарны такие планеты обнаруживались на расстоянии от трети до одного светового года.

Отличным суперкораблём для межзвёздного полёта была бы газовая планета типа Нептун или Сатурн, то есть водяной или водородно-гелиевый гигант с твёрдым металло-силикатным ядром размером с Землю или небольшую супер-Землю с одним крупным или несколькими небольшими спутниками на орбите. На нашем уровне технологий идеально был бы мини-вариант газово-водяных гигантов с группой металлических астероидов-спутников.

Пока для нас расстояние треть светового года также недостижима как тысяча. Но рано или поздно в зоне досягаемости наших поселений будут появятся подходящие объекты для межзвёздных и межгалактических путешествий.

Приведённый расчёт с моделью показывает, что можно двигать планеты такого типа используя «матрёшку» из двух и даже трёх сферических групп термоядерных взрывов. Кассеты из выдерживающих высокое давление термоядерных зарядов опускаются под своим весом с небольшой корректировкой в атмосферу планеты ближе к границе с мантией где температура ещё не превышает 3 тысяч градусов, а плотность газа или газо-жидкой либо газо-твёрдой фазы ещё не слишком велика но достаточна для образования мини-солнца. При подрыве вложенных в друг друга сфер термоядерных зарядов размером о нескольких десятков до нескольких сот километров произойдёт резкое сжатие и нагрев газа во внутреннем объёме, достаточные для начала собственной термоядерной реакции. Контролируещие ударные волны от направляющих зарядов приведут к выбросу большого количества вещества в нужном направлении, подобно тому как происходит в двигателях Жукова, только в намного больших масштабах. В зависимости от параметров взрыва будут протекать реакции по в основном водородному или углерод-азотному циклам с последующим запуском гелиевого цикла термоядерных реакций и дальнейших реакций синтеза тяжёлых элементов с выделением большого количества энергии.

Вне сферы подрыва реакция протекать не будет из-за недостаточности давления, поэтому после схлопывания двойной-тройной сферы и выброса потока вещества процесс прекратится сам собой. Расчёт показывает что на существующем уровне технологий мы можем достичь скорости истечения вещества до 20-30% световой. В результате путём последовательных подрывов термоядерных кассет в атмосфере газового гиганта в течение нескольких сотен лет возможно достичь скорости 3-5% от световой, что достижимо сейчас только для мини-зондов. Коррекция траектории движения планеты возможна в любом направлении.

Расчёт института Футуристики, произведённый по моей просьбе, показывает, что в среднеперспективном будущем используя эту технологию можно будет достичь скорости до 10% скорости света. В принципе, техничски возможно почти полностью «раздеть» такую планету до каменно-металлического ядра с остатком атмосферы сравнимой по плотности с атмосферой Венеры.

В приведённой модели учтено разбухание и падение плотности атмосферы планеты со временем, возникновение суперураганов и других атмосферных аномалий, показаны возможности использования выделяемой энергии. Отдельная модель учитывает, что часть вещества будет выброшена со скоростями между первой и второй космической и, таким образом останется на орбите, формируя газо-пылевые облака всех элементов Таблицы Менделеева вплоть до никеля, а также широких спектр веществ, образованный из этих элементов. Эти облака, очевидно, должны быть использованы орбитальными астероидными колониями для развития.

Теперь момент, который мне представляется очень важным: при крайнем развитии ситуации мы можем использовать не только гипотетические планеты-бродяги, а наши родные планеты Солнечной Системы начиная с Сатурна и далее. Если противник создаст очевидную неприемлемую угрозу, то вместо войны на уничтожение мы можем просто улететь из Солнечной Системы на Сатурне, Нептурне или Уране, а может быть даже на всех вместе. Расчёт такого развития событий и необходимых ресурсов и последствий воплощения такого проекта приведён в приложении и прокомментирован независимыми экспертами и Институтом Футуристики.

- Их отзыв по возможности осуществления проекта положительный, - мрачно сказал Председатель, - но лучше бы такого не потребовалось.

- Мы можем использовать любые газовые планеты, - продолжил Дымов, - Предлагаю одной из главных целей полёта к планетным системам сделать оседлание крупных газовых планет для последующего полёта. Такие планеты есть почти в каждой системе.

- Вношу предложение ввести режим секретности для информации по полётам на газовых планетах, - вставил Анатолий, - а для возможности использования внешние планеты Солнечной Системы – режим «совершенно секретно». Причины, думаю, очевидны. Все согласны, передаём в СЧП для утверждения. Простите, Александр, что вклинился, ведь у Вас ещё есть что сказать.

- Очевидно, что использование планет Солнечной Системы в качестве межзвёздного транспорта возможно только при крайних обстоятельствах, а появление в окрестностях наших поселений подходящей газовой планеты-путешественницы может занять очень долгое время – вплоть до сотен и тысяч лет, - продолжил Саша, - из этого вроде бы следует вывод, что это чисто теоретическое рассуждение и ближайшая реальная экспедиция в Дальний Космос может состояться не ранее чем через 50-100 лет с использованием астероида.

Тем не менее, у нас есть шанс отправить такую экспедицию в ближайшие 3-4 года, пока существует окно возможностей для полёта на Сарну.

Появление Сарны в своё время наделало много шума и Поселения, и несколько государств Земли отправили к ней микрозонды, разгоняемых мощными лазерами на первом этапе. Планета оказалась уникальной – плотность около 15 тонн на кубометр, в 3 раза плотнее Земли! Когда-то это было ядром металло-скалистого гиганта, родившегося из пылевых облаков в области плотно населённой горячими гигантскими звёздами небольшой галактики, миллиарды лет назад разорванной в клочья нашим Млечным Путём. Звёзды выгорели, превратились в сверхновые,  затем в нейтронные звёзды, потом столкнулись между собой много раз. Химические элементы тяжелее никеля не образуются при ядерном синтезе в недрах звёзд – такие реакции идут с поглощением энергии. Тяжёлые элементы образуются в двух процессах – бомбардировке нейтронами сбрасываемой оболочки сверхновой и столкновении нейтронных звёзд. Трудно поверить, что золото, серебро, медь, ртуть и прочие элементы после железа – дети взрывов сверхновых.

Но в туманности было ещё достаточно водорода и гелия, загорелись новые горячие гигантские звёзды, пылевые с непропорционально большим содержанием тяжёлых элементов слиплись в планеты. Тяжёлые металлы опустились в центр расплавленного ядра. Взрыв очередной сверхновой сорвал с выживших планет скальную оболочку, а потом очередной катаклизм выстрелил оплавленный остаток одной из таких планет в межзвёздное пространство. Согласно красиво построенной модели всё было именно так, было не совсем ясно что именно выбросило Сарну с такой скоростью – слияние нейтронных звёзд, образование чёрной дыры, или столкновение двух нейтронных звёзд с одной чёрной дырой.

Подобные планеты, состоящие наполовину из железа, наполовину из тяжёлых металлов, существовали, но были большой редкостью. Но радость обнаружения космической редкости быстро угасла. Планета была недостижима для человека - она улетала быстрее, чем развивались человеческие технологии, чтобы догнать её и изучить.

- Сарна недостижима, - прокомментировал кто-то с Околоземных Поселений, судя по акценту – этнический латиноамериканец.

- Сарна достижима! – ответил Саша, вот приложение с рассчётом и планом. Используя маленькие астероиды как первую разгонную ступень мы можем разогнать несколько кораблей, таких как полностью готовый Альбатрос, двигательно-энергетический сектор Первой Межпланетной с несколькими модулями и несколько катеров до 160-180 км/с и высадиться на Сарну. На планете из-за места её происхождения большое количество гелия-3 и лития, это сырьё для термояда. Планета проходила через плотные ледяные и газовые облака и на ней плотные полярные шапки. Одну из них можно использовать для небольшого разгона планеты. С учётом улучшающихся технологий и частичного использования материала планеты её можно разогнать до 150 км/с. Мегавзрывы на пустой планете никому не повредят. Кроме того, Сарна идёт через Пояс Койпера и Облако Оорта, там высокие шансы подцепить небольшие астероиды и кометы даже при большой разнице в скорости. Материал можно использовать для разгона или обживания планеты, а можно и для будущих кораблей.

- Если так, то действительно можно сделать прыжковый старт, - согласился латинос, - но это билет в один конец. Кораблям не хватит рабочего тела для двигателей чтобы вернуться. К тому времени как они догонят планету, затормозят, высадятся, подготовят нужный запас и проведут необходимое обслуживание двигателей, Сарна уйдёт дальше точки невозврата. К слову, таких серьёзных прыжковых стартов мы ещё не делали.

- Да, улетевшие на Сарну больше не смогут вернуться назад, за исключением, в самом крайнем случае, небольшой группы на Альбатросе, если тот заберёт все ресурсы. Это и есть проект первого межзвёздного полёта. Всего можно забросить 450, может быть даже 500 человек, если часть поместить в анабиоз. Вот модель экспедиции со всеми рассчётами. Полёт составит около 6 месяцев, если правильно ускориться гравитацией пока положение планет позволяет.

- Размер популяции нужен не менее 500 человек, а без риска вырождения лучше 700-800. Эти люди должны не только хотеть отправиться в путешествие без возврата, но и подходить по многим параметрам – здоровью, качествам характера, интеллекту, генетическим характеристикам и прочему, - жёстко сказала женщина с Фобоса, - в Поселениях пока не так уж много людей, собрать даже 500 будет большой проблемой, даже с привлечением Земли. Можно нагрузить корабль замороженной спермой, яйцеклетками и зародышами, но всё равно должно быть хотя бы 600-700 человек в первые два десятилетия не только для генетического разнообразия, но и для разделения труда и формирования правильного общества. Всех молодых не отправишь, потребуется определённое количество людей с большим опытом и им всем от 40 и выше. Тем более кто знает, какие люди получатся из заморозков, не получилась бы опять Земля. В Поселениях живут люди другого типа. Так что я как билог и социнженер не рекомендовала бы использовать заморозков без крайней необходимости. Допустим мы сумели отправить 500 человек, но часть из них погибла или часть женщин не смогли родить. Получается на грани большого риска, а его и так более чем достаточно.

- Но упускать такой шанс… - вздохнул кореец со Второй Межпланетной, - несмотря на почтенный возраст он оставался романтиком.

- Задачу можно решить, - улыбнулась женщина, - если колонисты будут состоять из 450 человек будет 300 фертильных женщин, итого получается мы забрасываем минимум 600 колонистов. Часть мужчин может быть любого возраста.

- Что за ерунда? – Не говори что считать не умеешь? – Зачем юродствовать? – посыпались реплики не сообразивших, - а вдруг какая-то женщина окажется не фертильной, раньше дети были, а больше не получается?!

Те, кто сразу догадались, улыбались. Улыбался и Саша.

- Вы догадались, автор проекта? – с небольшим вызовом спросила его женщина.

- Конечно: женщины должны быть беременными, причём, насколько я понимаю, не от своего постоянного партнёра. Таким образом, мы получим в неявном виде ещё 300 человек, но у них только половина генов будет от оставшегося за бортом отца. Получается геном от 300 женщин, половина от 300 свежих детёнышей и 150 мужчин, итого 600.

- У Вас предлагается полёт к системе Альфа-Бета-Проксима Центавра, - спросил Председатель, - но траектория Сарны идёт в стороне. Объясните про ударную коррекцию траектории.

- В схеме показано, что траекторию Сарны можно изменить ударами двух небольших объектов из Пояса Койпера, один астероид, одна комета. Объекты отмечены на схеме. Обычные двигатели Жукова на термоядерных взрывах. Для операции достаточно двух катеров.

- Вы признаёте, что при уровне технологий обозримого будущего Сарну не разогнать до 1/1000 световой, а только до половины этого и так невеликого числа. Это в два раза меньше, чем Вы обосновывали для межзвёздных полётов.

- Да, - Сарна правильнее считать межзвёздной базой, чем кораблём, - ответил Саша, - у неё на орбите находится два небольших металлических астероида, их через несколько сот лет можно подготовить и отправить в качестве кораблей хоть к Альфе, хоть к Проксиме. Население вырастет, технологии улучшатся, начальная скорость корабля-астероида будет 150 км/с, если он сможет набрать хотя бы 300 ещё, то это большой выигрыш. Если же использовать ступенчатый прыжковый старт – Сарна-астероид-корабль вроде Альбатроса через 1-2 тысячи лет, то можно выйти и на 1/500 световой, тогда время прибытия первой квартирьерской команды будет ещё лучше. Даже в случае провала всех отправок Сарна всё равно долетит до места назначения, просто на несколько тысяч лет позже.

- Если проект примем, - появилось общее сообщение от группы специалистов, - это сильно напряжёт экономику Поселений. Навсегда отдать лучший корабль всех времён - Альбатрос, только что обновлённую Первую Межпланетную, после отправки энергодвигательного блока её можно смело разбирать на запчасти, потерять несколько лучших катеров. Снаряжение, топливо и всё прочее... Плюс ко всему мы теряем полтысячи, в общем-то, самых лучших людей. Это много. Мы вроде как только что собирались эвакуироваться с Марса? Не мы ли собираемся размещаться на астероидах? Как это сделать без кораблей, катеров и заводских модулей? Первая Межпланетная – это же модульные заводы! Вы всерьёз полагаете что это не скажется на нашей безопасности?

- Я хочу ответить, - неожиданно поднялся Анатолий, - Первое, Альбатрос – исследовательский корабль и если он будет исследовать не Сатурн, как предполагалось, а Пояс Койпера с Облаком Оорта, а это четверть расстояния до Проксимы, то это больше, о чём можно было бы мечтать. В Облаке – несколько триллионов комет и астероидов, несмотря на разряженность там есть что исследовать. В конце концов, Сатурн вполне можно исследовать чуть ли не катерами, а транснептуновое пространство – увы, не очень. Второе, потеря трёх, даже четырёх катеров в условиях быстро развивающихся технологий – не критичная проблема. Третье, Первая Межпланетная морально устарела и даже с новым движком это просто мобильный завод. Когда мы двинемся на астероиды то самое разумное с Первой – это разобрать её на модули и раздать по объектам.

- Теперь отвечу по безопасности и прогрессу: полёт к звёздам вызовет на Земле шок, сравнимый с потрясением от Спутника и полёта Гагарина вместе взятых, а может и посильнее. Главными будут два направления.

- Первое: столько людей захотят к нам в Поселения, что фильтровальным командам надо будет всерьёз приготовиться и возникнут серьёзные проблемы с вывозом размещением подходящих людей. Промежуточные лагеря в Океании лишь немного смягчат проблему. Поедут со всего света. Если мы объявим заранее, то сможем найти часть подходящих людей и на Земле, таким образом уменьшив отток опытных кадров от нас. Гарантирован взрывной рост популярности Поселений и всего с этим связанного.

- Второе: наши оппоненты на Земле будут потрясены, частично деморализованы и после первого шока возжаждут реванша. Это выльется во вливание огромных ресурсов в программу дальних космических полётов, что уменьшит ресурсы, выделяемые на программы прямой борьбы с нами.

- И что, Вы полагаете, будет дальше? – спросил латинос.

- Два возможных варианта, - невозмутимо ответил Анатолий: - Первый - громко объявят о своей звёздной программе и потребуют скинуться, чтобы успеть раньше нас. Второй – проигнорируют, объявят, что у нас не настоящий полёт, а просто дальняя космическая станция, с годами биомасса на Земле всё забудет, а они будут без шума разрабатывать полёт.

- Я думая, - вклинился Председатель, - что как только мы всерьёз полетим во Внешний Космос это уже будет принципиальным шагом в обеспечении выживания Поселений. Даже если противник сумеет уничтожить нас до того как мы развернёмся, то внешняя экспедиция будет абсолютно вне его досягаемости.

- Да, - согласился латинос, - это большой плюс.

------------------------------------------

Была уже ночь. Саша шёл домой по берегу небольшого солёного искусственного озера, который здесь называли «морем». Яркой звёздочкой поблёскивал Деймос. Тропинка, пробегающая вдоль озера сквозь мохнатые кусты и невысокие ветвистые деревья, не подсвечивалась, но глаза уже привыкли, было не так уж и темно. Было даже видно как поблёскивает вода. Здесь, под Куполом, используя перепады температур, специально генерировался лёгкий ветер. Волн здесь не бывало, только чуть заметная рябь. Саше, выросшему на океане, это было странно – вода и никогда нет волн. Он не хотел включать ночное видение через Сеть, специально бредя в темноте, полагаясь на обычные человеческие чувства. Сросшийся в одно целое с Сетью космический человек уже стал подзабывать как это видеть и слышать только в обычном, доступном от природе диапазоне, как это не чувствовать радиации и магнитного поля.

Воздух, даже под куполом не сравнить с тесным кораблём, хотя состав тот же. Может быть это просто так кажется? Сашу покачивало, он отвык от гравитации, даже такой как на Марсе. Наверное, он ещё устал за последние три дня. Он раньше умом, как ему казалось, понимал масштаб ответственности, который лежит на Совете, но прочувствовал это только сейчас. Его проекты были приняты, но то ли не было сил радоваться, то ли подсознание сразу осознало масштаб перемен в жизни и уже озаботилось. Он чувствовал удовлетворение, знал, что всё идёт как надо, радость от успеха должна прийди завтра утром. Как в детстве, когда просыпаешься с ожиданием чего-то очень хорошего.

Впереди слышался смех, весёлые голоса, плеск, женский визг и шум возни. Наверняка молодёжь после вечерней смены прискакала купаться. Гормоны бурлят. Здесь для такого веселья удобное место на отшибе, в жилой зоне не слышно.

Кусты внезапно распахнулись в стороны уютной полянкой с несколькими столиками и скамейками. У воды переливался в свете тусклой панели спектра лунного света искристый песчаный пляж, на котором темными тенями выделялось несколько лодок. Полтора-два десятка красивых, блестящих обнажённых тел плескались в воде, гонялись друг за другом, швыряли угловатый мягкий мяч, играли в эротические игры, две парочки невдалеке, нисколько не стесняясь, занимались сексом. Обычный набор развлечений для этого возраста. Казалось, вода бурлила от бушующей энергии юности. После бурного веселья молодёжь обуяет жор. Потом потянет на возвышенное, после секса и обнимашек начнутся разговоры и споры про космос, людей, планы, искрами посыпятся новые идеи. Некоторые из них окажутся интересными, западут в душу  и, кто его знает, может быть из сегодняшней ночи родятся концепты новых кораблей, необычных звёздных посёлков, новые трассы, идеи астероидных шахт вообще то, о чём никто ещё не догадывается.

Саша постоял несколько секунд, любуясь. Его заметили, непонятно, узнали или нет, но помахали несколько рук. Саша помахал в ответ. Нечего стоять пялиться, надо было или проваливать, или так сказать, вливаться в коллектив. Если не подходит, быстро дадут понять, если подходит – тоже.

Дымов махнул рукой на прощание, включил ночное видение и по подсвеченным Сетью дополненной реальностью едва заметным тропкам зашагал домой. Через заросли было совсем недалеко, а то Светка заждалась уже.

------------------------------------------

Два пожилых человека молча сидели у воды на небольшой деревянной пристани, свесив ноги почти до самой воды. Тот, что помоложе, задумчиво погладил сваю рукой, ладонь встретила мягкую ворсистую ткань. Дерево выросло тут, на Марсе, дерево срубили, распилили на сваи, а они пустили побеги и зацвели.

Второй заметил: - На Земле так тоже бывает, особенно в тропиках, там много Солнца.

Первый кивнул и снова уставился на тёмную воду, обдумывая слова. С его работой он привык хорошо обдумать перед тем как сказать.

Наконец, Председатель повернул голову: - Зачем это надо было всё устраивать, Толик?

- Людям, особенно на Земле, нужны вожди и герои. Когда начнётся хайп с первой звёздной экспедицией, то на его имя хлынут сотни тысяч добровольцев, только отбирай.

- Думаешь, что этот парень вождь и герой?

- Нет, но он будет какое-то время выполнять их функции, чтобы зажечь людей.

- Из Поселений улетит, считай, золотой человеческий фонд.

- Поэтому будут нужны новые, чтоб заменить улетевших и выполнять астероидную программу. Россия и Океания уже сильно подвыбраны.

- Мы будем отбирать только доли процента.

- Да. Поэтому надо привлечь много людей.

- Вы с ребятами очень быстро сделали заключение по Сарне, она была уже в разработке?

- Да, наполовину сделана по закрытой программе. Но парень допёр сам, ему не подсказывали и не помогали, как с астероидами. Про газовые планеты он тоже всё сам.

- Мне кажется, что он сможет хорошо начать экспедицию, но когда население выростет, ему будет слишком трудно.

- Не только тебе так кажется. Очевидно, что руководство большим обществом – это не его. Найдётся кем его заменить. Саша найдёт себе применение, он может учёным, инженером, командиром местных экспедиций… без работы не останется.

- Нужны будут очень хорошие соцархитекторы, отпускать нашего нынешнего – с кем мы останемся в такое время? Молодые ещё не дорасли.

- Я разве не подойду?

- Не всегда могу понять шутишь ты или нет? Забыл сколько тебе лет?

- Лет 15-20 ещё покопчу небо. Там как раз по мне работа. Совсем новое общество, но и не слишком много людей, значит мелких деталей и суеты тоже немного. Возьмём с собой трёх-четырёх перспективных архитекторов разного возраста, но не высшего класса и нам нормально и вас не оберём. Что думаешь?

------------------------------------------

Возможное Будущее : 

Комментарии

С удовольствием читаю, ещё до конца не дочитал. Как всегда у Павла, это на половину фантастика, а на другую половину - учебник по естественным наукам и технологиям. Что есть очень хорошо! laugh

:)